• 21 Августа 2018
  • 3924

Цена победы. Эрмитаж в годы войны

Во время Великой Отечественной войны, ставшей тяжелейшим испытанием для всего народа, грандиозная работа велась не только на полях сражений, но и в тылу. Мало кто знает, но практически с первых дней войны началась эвакуация музеев и выставочных галерей страны. О том, каких невероятных усилий стоило спасение Эрмитажа, рассказывает директор музея Михаил Пиотровский. Статья основана на материале передачи «Цена победы» радиостанции «Эхо Москвы». Ведущий программы — Виталий Дымарский. Полностью прочесть и послушать оригинальное интервью можно по ссылке.
Читать

22 июня 1941 года Гитлер напал на Советский Союз, и сотрудники Эрмитажа сразу же стали готовить к эвакуации музейные коллекции. Они работали круглые сутки. Им в помощь дали военных, которые помогали собирать, грузить экспонаты. Первый эшелон с эрмитажными коллекциями ушел буквально через несколько дней, в конце июня. Затем второй. А вот третий — не успел — 8 сентября 1941 года закрылось кольцо блокады.

Вывезли музейные экспонаты (примерно миллион) в Свердловск, часть из них разместили в подвалах Ипатьевского особняка, часть — в картинной галерее и костеле города. Директором филиала Эрмитажа в Свердловске был назначен Владимир Францевич Левинсон-Лессинг.

Музейные сокровища с третьего эшелона, который не успел уйти, остались в Ленинграде. Их вернули в Эрмитаж и уже хранили в подвалах и на первом этаже музея. Фарфор, например, прятали в песок, чтобы защитить от разрушения.

В самом здании Эрмитажа на стенах висели пустые рамы. Естественно, картины вывозили без них — так удобнее. Но при этом они, пустые рамы, напоминали посетителям о полотнах. Да-да, во время блокады в Эрмитаже было проведено несколько экскурсий.

При перевозке большие картины накручивали на валы, которые затем зашивали в клеенку и укладывали в прочные продолговатые ящики. Стоит ли говорить, что многие полотна при таком способе транспортировки пострадали?

И все же война не смогла прервать научную и просветительскую работу музея: в самом Эрмитаже и его филиале читались лекции, устраивались небольшие исторические выставки.

ФОТО 1.jpg
Экспонаты, перенесенные на хранение в Эрмитаж во время блокады Ленинграда, 1942 год. Фото waralbum.ru

Во время войны сотрудники музея старались сделать все, чтобы сохранить не только эрмитажные коллекции, но и само здание музея. Была создана пожарная команда, которая дежурила и днем, и ночью. Именно она «ловила» зажигательные бомбы, тушила пожары и так далее. А ведь у эрмитажников не было никаких особых пайков, привилегиями они тоже не пользовались. Правда, во дворе музея и в Висячем саду были огороды, где кое-что, конечно, выращивалось.

Да, не только работники Эрмитажа защищали свой «дом», помогал музею и флот.

Вообще, к Эрмитажу всегда было особое отношение. И это, несомненно, одна из заслуг его директора — Иосифа Абгаровича Орбели. Оставаясь во время блокады в Ленинграде, он вел большую работу по сохранению музейных ценностей.

Осенью и зимой 1941 года в эрмитажных бомбоубежищах (дворцовых подвалах) проживали не только сотрудники музея и их семьи, но и многие известные деятели науки и искусства. И даже в таких условиях люди не теряли присутствия духа. Художники (А.Н. Никольский, В. В. Кучумов, А. В. Каплун и другие) рисовали картины, поэты писали стихи.

Отмечали в Эрмитаже и 500-летие великого узбекского поэта Навои. С фронта отпустили некоторых писателей, которые читали переводы автора, было подготовлено несколько докладов.

Да, возвращаясь к стихам. Лев Пумпянский, искусствовед, в блокаду начал писать стихи об Эрмитаже. Музей закрыт, полотен в рамах нет, а он вспоминает, любит Эрмитаж… В одном из своих стихотворений Пумпянский пишет о картине Антуана Ватто «Меццетен»:

Тебя давно нет в Эрмитаже,

Ты продан в рабство, «Меццетен»,

Тебя купил на распродаже

Американский джентльмен.

Но тишину старинных стен

Ты вспомнишь, я уверен даже,

И в небоскребах Манхеттэн,

И в буржуазном бельэтаже.

Порой гуляя по Бродвею,

Ты вспомнишь точно в лунном мире

Неву и бронзовых коней,

Исаакий в снеговой порфире,

Так грусть о Северной Пальмире

Вплелась в излом твоих бровей.

ФОТО 2.jpg
Иосиф Абгарович Орбели в залах Эрмитажа после реэвакуации, 1945 год. Фото с сайта waralbum.ru

И напоследок еще одно замечательное стихотворение — про Рембрандта.

Когда сошел с привычных рельс ты,

Решив: «Я совесть не продам»,

Тебя затмили ван дер Хельсты,

Рембрандта предал Амстердам.

Твой труд отвергнут был с позором,

Испуганные торгаши

Глумились над ночным позором,

Ища судом свои гроши.

Фото для анонса материала на главной странице: waralbum.ru

Фото для лида: waralbum.ru


распечатать Обсудить статью