• 10 Июля 2018
  • 7285
  • Дарья Пащенко

Шарашки: первый круг ада

10 июля 1931 года в газете «Правда» было сообщено об амнистии множества инженеров и техников, ранее объявленных вредителями. Однако это оказалось лишь затишьем перед бурей: спустя несколько лет еще больше специалистов разных профилей очутились в так называемых «шарашках». 

Хоть условия в них – если сравнивать с лагерями – и были практически санаторно-курортными, едва ли принуждение к работе в заключении можно считать гуманистическим подходом. Воспоминания тех, кому довелось трудиться в таких местах, – в нашем материале.

Читать

«Собственно тюрьма, в которой протекала наша внеслужебная жизнь, занимала три верхних этажа на ул. Радио. Здесь располагались три большие спальни, выходившие окнами во двор, столовая, кухня, санчасть и обезьянник. Многочисленные помещения администрации и охраны выходили окнами на улицу. Три этих этажа сообщались с остальными, где мы работали, одной внутренней лестницей. Карцера своего мы не имели и провинившихся возили в Бутырки.

Будили нас в 7 утра, время до 8 отводилось на уборку спален, умывание, бритье, физзарядку и т. д. С 8 до 9 был завтрак, после чего работа до часу дня, когда мы шли обедать. С 2 до 7 опять работа, затем отдых до 8, ужин и свободное время до 11, когда гасили свет. Проверка производилась ночью, в кроватях, когда мы спали.

Ближе к войне рабочий день удлинили до 10 часов, а с весны 1941 года и до 12. Кормили достаточно хорошо, на завтрак — кефир, чай, масло, каша; обед из двух блюд и компота; на ужин — горячее блюдо, кефир, масло, чай. Для работавших после ужина часов в 10 в столовую приносили простоквашу и хлеб.
После лагерей такое питание напоминало Лукулловы пиршества, и без физического труда и прогулок арестанты стали округляться.

При тюрьме была лавочка, где раз в неделю на деньги, передаваемые родственниками, можно было приобрести туалетное мыло, одеколон, лезвия для бритья, конфеты».

Леонид Кербер, авиаконструктор

фото 2.jpg
Леонид Кербер и Никита Хрущев, 1959 год. Источник: wikipedia.org

«Название она [Кучинская шарашка] получила от подмосковной железнодорожной станции Кучино, которая находилась неподалёку от зоны. Территория её была значительно больше Марфинской. В нескольких современных зданиях расположились различные лаборатории, но в основном были цехи: механический, керамический, формовочный, гальванопластики и много других. Метрах в двухстах от вахты красовалось помпезного вида, построенное в стиле соцреализма, здание клуба работников МТБ. Фронтон здания покоился на круглых колоннах, капители которых изобиловали множеством пятиконечных звёзд, серпов и молотов, снопов пшеницы и тому подобными атрибутами, олицетворяющими изобилие и счастье народов победившего социализма».

Морис Гершман, художник

«Никаких выходных. Отпуск — иностранное слово. Сверхурочные часы — одно удовольствие; все лучше, чем в камере припухать. Мысли о воле, о доме отгоняешь — от них только тоска и отчаяние. И работа уже не повинность, а единственный смысл жизни, замена всех благ, всех утех. Работа — и лекарство, и дурман…

В лагере говорят: «Труд сделал обезьяну человеком, а человека — ишаком». Работать в лагере — значит, ишачить, горбить, упираться рогами. И чтобы не «дойти», не «поплыть», не заработать «деревянный бушлат» — надо сачковать, кантоваться, туфтить, чернуху заправлять, филонить, мастырить…

А на шарашке все наоборот. Там тебя по имени-отчеству величают, кормят прилично, лучше чем многих на воле; работаешь в тепле; спишь на тюфяке с простыней. Никаких тебе забот — знай только шевели мозгами, думай, изобретай, совершенствуй, двигай науку и технику…

Митя был первым, кто стал рассказывать мне о шарашках. Именно он, то ли сам придумав, то ли повторяя чьи-то слова, назвал их первым кругом нашего тюремно-лагерного ада».

Лев Копелев, переводчик, литературовед

фото 1.jpg
Лев Копелев, Александр Солженицын, Дмитрий Панин. Все они прошли через Марфинскую шарашку. Источник: topos. memo.ru

«- Простите, как вас зовут?

- Лев Григорьич.

- Вы сами тоже инженер?

- Нет, я филолог.

- Филолог? Здесь держат даже филологов?

- Вы спросите, кого здесь не держат? Здесь математики, физики, химики, инженеры-радисты, инженеры по телефонии, конструкторы, художники, переводчики, переплетчики, даже одного геолога по ошибке завезли.

- И что ж он делает?

- Ничего, в фотолаборатории пристроился. Даже архитектор есть. Да какой! — самого Сталина домашний архитектор. Все дачи ему строил. Теперь с нами сидит.

- Лев! Ты выдаешь себя за материалиста, а пичкаешь людей духовной пищей. Внимание, друзья! Когда вас поведут в столовую, — там на последнем столе у окна мы для вас составили тарелок десятка три. Рубайте от пуза, только не лопните!»

Александр Солженицын, писатель

Источники:

Кербер Л. Л. «Туполевская шарага»
Гершман М. Д. «Приключения американца в России (1931−1990)»
Копелев Л. З. «Утоли моя печали»
Солженицын А. И. «В круге первом»

Фото для анонса на главной странице: maxpark.com
Фото лида: pastvu.com

распечатать Обсудить статью