• 22 Марта 2018
  • 1670

«Гусиади!»

Из переписки и биографии Антона Чехова складывается весьма эксцентричный образ Александра Чехова — он был пьяницей, часть жизни прожил в незаконном браке (что бросало тень на его семью) и еле-еле сводил концы с концами.

Письма Антона брату наполовину состоят из беспощадных шуток и бесцеремонных указаний: поезжай туда-то, забери гонорар там-то, перешли мне туда-то, да смотри, чтобы все деньги были на месте. Впрочем, даже эти приказы можно считать особенностью стёбного стиля, который выработался в общении между братьями с самой юности.

Читать

Ал. П. Чехову

15 февраля 1888 г.

Москва

Гусиади!

Не писал я тебе так долго, потому что мешала лень; хочется не писать, а лежать пластом и плевать в потолок.

Я отдыхаю. Недавно написал большую (5 печатных листов) повесть, которую, буде пожелаешь, узришь в мартовской книжке «Северного вестника». Получил задатку 500 р. Повесть называется так: «Степь».

Вообще чувствую собачью старость. Едва ли уж я вернусь в газеты! Прощай, прошлое! Буду изредка пописывать Суворину, а остальных, вероятно, похерю.

Правда ли, что ты работаешь в «Гражданине»?

Я виноват перед Анной Ивановной, что не отвечаю на её письмо. Отвечу по её выздоровлении, ибо длинно толковать с больным о его болезни я считаю вредным. Пусть её не волнует «гумма». Йодистый калий помогает не при одном только сифилисе, а «гумма» разная бывает.

Во всяком случае я рад, что она выздоравливает и что Кнох, Слюнин и К° потерпели срам. Рад, что ты обратился, как я советовал тебе, к знающему человеку; рад я, что не верил бугорчатке, абсцессу печени, операции, катару желчных путей и проч. Мне казалось, что я знаю больше Кноха и К°, и теперь я в этом убеждён. Очень приятно, хотя с другой стороны и жаль, что я «фастаю».

19-го идёт моя новая пьеска в одном действии. «Иванов» ходит по Руси и не раз уж давался в Харькове.

М. Белинский сотрудник подходящий. Но — можешь не скрыть это моё мнение от Буренина — своим появлением в «Новом времени» он плюнул себе в лицо. Ни одна кошка во всём мире не издевалась так над мышью, как Буренин издевался над Ясинским, и… и что же? Всякому безобразию есть своё приличие, а посему на месте Ясинского я не показывал бы носа не только в «Нов. время», но даже на Малую Итальянскую.

Буду сегодня писать Суворину. Напрасно этот серьезный, талантливый и старый человек занимается такой ерундой, как актрисы, плохие пьесы…

Николай что-то бормотал мне насчёт твоего письма, да я ничего не понял и забыл. Всё это мелочно. Ну их!

Семья летом будет жить на юге.

Попроси Петерсена и Буренина от моего имени прочитать в марте мою повесть. Ведь они виноваты отчасти, что я написал большое! Пусть они и расхлебывают.

Будь здоров. Анне Ивановне поклон, а детей пори. Говорит ли Николка?

Твой 33 моментально.

Благодарю за письмо и за беспокойство о моём неказистом здравии.

распечатать Обсудить статью