• 18 Ноября 2017
  • 16535
  • Надежда Чекасина

Белый атаман Краснов

Генерал Краснов был выходцем из знаменитой и уважаемой казачьей семьи. Благодаря своим талантам в военном деле и мужеству он быстро сделал карьеру. Когда к власти пришли большевики, монархист Краснов возглавил восстание казаков и все силы бросил на борьбу с неприятелем. Он верил, что «враг моего врага — мой друг», и неважно, был ли им германский император или Адольф Гитлер.

Читать

Петр Николаевич Краснов родился в 1869 году в Петербурге и происходил из авторитетного донского казачьего рода. Его прадед Иван Козьмич в Отечественную войну 1812 года сражался вместе с атаманом Платовым. А дед Петра Николаевича был первым в роду литератором. Видимо, от него будущий деятель Белого движения и унаследовал тягу к изящному слогу. Он отучился в Александровском кадетском корпусе и поступил в Первое военное Павловское училище, которое окончил с отличием. На службу Краснов был выпущен хорунжим и зачислен в Лейб-гвардии атаманский полк. В тот же период он стал делать первые шаги в литераторстве. Сотрудничал со многими изданиями и был известен своими статьями о русско-японской войне. Об этом даже в своем дневнике упоминал Николай II.

С началом Первой мировой войны Краснов тут же отличился — выбил неприятеля с его позиций на железнодорожной станции, за что получил Георгиевское оружие. На следующий год его уже удостоили ордена Святого Георгия. Вообще Петр Краснов отличался мужеством и храбростью, что помогло ему достаточно быстро сделать блестящую военную карьеру. Уже к середине 1915 года он стал начальником 2-й Сводной казачьей дивизии, а весной 1916 года одним из первых начал Луцкий прорыв.

2.jpg
Краснов с белым генералом Деникиным

Февральскую революцию Краснов воспринял как роковую неизбежность. Следуя призыву Николая II, он подчинился Временному правительству для завершения войны. В августе 1917 года его вызвал генерал Лавр Корнилов и поставил во главе 3-го конного корпуса, направлявшегося в составе других войск к Петрограду. Во Пскове Краснова арестовали, но вскоре отпустили. После октябрьских событий Краснов получил от Керенского приказ вести состав корпуса в количестве 700 человек на Петроград. Его войска заняли Гатчину и Царское Село, но так и не получили подкрепления. Выступление провалилось. Тогда монархист Краснов был вынужден заключить перемирие с большевиками, которые тут же вошли в Царское Село и разоружили казаков. Краснова отпустили под честное слово больше не выступать против Советской власти, но генерал бежал на Дон и продолжил антибольшевистскую борьбу. Краснов писал: «Уже, кажется, и так физиономия Ленина достаточно хорошо определена, но русскому обществу этого мало. Ему нужно оправдать свою гнусность тем, что с Лениным нельзя бороться, потому что за ним стоят какие-то страшные силы: всемирный еврейский кагал, всемогущее масонство, демоны, бафомет, страшная сила бога тьмы, побеждающего истинного Бога. На ухо шепчут: Ленин — не Ульянов, сын саратовского дворянина. Русский не может быть предателем до такой степени…».

3.jpg

На юге Краснов возглавил восстание казаков. Ему удалось выбить красногвардейцев с территории Области Войска Донского, Круг Спасения Дона избрал Краснова атаманом. Он создал Всевеликое Войско Донское как самостоятельное государство, отменил все постановления советской власти и Временного правительства, сформировал 17-тысячную армию. Краснов призвал бывших императорских офицеров присоединиться к нему, что значительно укрепило командный состав Донской армии. После своего избрания атаманом Краснов тут же написал германскому императору Вильгельму II и заверил его в том, что его казаки не воюют с Германией. Он надеялся на помощь немцев и полагал, что любой борец с большевиками — его союзник. Германия признала правительство Краснова и даже оказала ему военную помощь. Но подобные прогерманские наклонности был негативно восприняты в белом движении. Краснов разошелся с Деникиным, который продолжал ориентироваться на «союзников», и отказался от совместных действий в борьбе с большевиками.

Однако после поражения Германии в войне ситуация изменилась. Донская армия оказалась на краю гибели, и Краснов все объединился с Добровольческой армией и под давлением Деникина вскоре ушел в отставку. Он уехал в армию Юденича в Эстонии и возглавил там армейскую газету. В 1920 году Краснов эмигрировал в Германию, а затем перебрался в Париж. Там он продолжил заниматься политической деятельностью и сотрудничал с различными белоэмигрантскими организациями, много писал, в том числе и мемуары. В 1926 году его даже номинировали на Нобелевскую премию по литературе.

5.jpg
Краснов с обергруппенфюрером СС

В 1936 году Краснов снова оказался в Германии, получил паспорт. Он открыто симпатизировал нацистскому режиму и 22 июня 1941 года заявил: «Я прошу передать всем казакам, что эта война не против России, но против коммунистов, жидов и их приспешников, торгующих Русской кровью. Да поможет Господь немецкому оружию и Хитлеру! Пусть совершат они то, что сделали для Пруссии Русские и Император Александр I в 1813 г.». В 1942 году началась организация казачьих формирований в составе Вермахта как на оккупированных территориях, так и в эмигрантской среде. В начале 1943 года, когда немцы стали отступать, много казаков с семьями ушли вместе с ними. В Берлине Краснов возглавил Главное управление казачьих войск. В июле 1944 года казаки были направлены в Италию для борьбы с местными красными антифашистами. Краснов не хотел включаться во Власовское движение, но весной 1945 года ему все же пришлось перейти под управление командующего РОА Власова. Но внезапно германские войска в Италии капитулировали и все казаки с семьями эвакуировались в Австрию. В Лиенце казаки сдались англичанам. Краснов и еще две тысячи казачьих офицеров были переданы СМЕРШу.

4.jpg
Процесс над «красновцами». Первый ряд: П. Н. Краснов, А. Г. Шкуро, С.-Г. Клыч. Второй ряд: Г. фон Паннвиц, С. Н. Краснов, Т. Н. Доманов

Военная коллегия Верховного суда СССР признала атамана Краснова и других «красновцев» виновными в вооруженной борьбе против советской власти, в шпионаже и террористической деятельности против СССР. 16 января 1947 года Петр Краснов был повешен в Лефортовской тюрьме. На прощание он завещал внучатому племяннику: «Что бы ни случилось, не смей ненавидеть Россию. Не она, не русский народ — виновники всеобщих страданий. Не в нем, не в народе лежит причина всех несчастий. Измена была. Крамола была. Недостаточно любили свою Родину те, кто первыми должны были ее любить и защищать… Россия была и будет… <…>Не поминай лихом! Береги имя Краснова! Не давай его в обиду. Имя это небольшое, небогатое, но ко многому обязывающее… Прощай!».

распечатать Обсудить статью