• 9 Апреля 2017
  • 16041
  • Алексей Дурново

Что, если бы Россия проиграла войну 1812 года

В 1812 году Российская империя перемолола и выплюнула Великую армию Наполеона Бонапарта. Приблизительно за полгода могучее войско превратилось в кучку измученных и бежавших без оглядки солдат. Между тем та кампания легко могла бы закончится поражением России. 

Читать

А такое вообще могло быть?

Могло. По сути это был вопрос выбора тактики и стратегии. Одна ошибка, и победа над Наполеоном стала бы унизительным поражением. Дело в том, что французский Император не собирался завоевывать Россию от Польши до Тихого океана. В его планах не было походов к берегам Волги или на Урал. Наполеон пришел за выгодным миром. И сидя в Москве он несколько раз предлагал таковой мир Александру I. Российский император все эти предложения отвергал, но ситуация была не самая приятная. Важный город, вторая столица, оказалась в руках неприятеля. Стратегически это, в итоге, оказалось преимуществом.

1. Карта Европы в 1812-м году.png
Карта Европу в 1812 году

А вот в плане психологии потеря Москвы была очень серьезным ударом. Многие царедворцы и военачальники считали эту ситуацию позорной и требовали от Кутузова чуть ли не штурма древней столицы. Но тут нужно понимать главное. Если бы Кутузов не сдал Москвы Наполеону, то война 1812-го года почти наверняка обернулась бы унизительным поражением. Наполеон получил бы свой мир, на выгодных для него условиях, и, скорее всего, увел бы свою армию прочь. А Россия осталась бы с пятном на военно-политической репутации (потеря второй столицы) и полностью разоренными западными провинциями. Все это как минимум на пару лет превратило бы Россию из полноценного игрока в послушного союзника Франции.

Ключевой момент

Как известно, на совете в Филях обсуждался только один вопрос. Сдавать Москву французам без боя или дать еще одно сражение под стенами древней столицы. Начальник штаба русской армии Леонтий Беннигсен даже успел выбрать позицию. Правда, Барклай-де-Толли нашел ее неудачной и губительной. Вот только многие участники знаменитого совета, даже понимая неизбежность поражения, все равно настаивали на новом сражении. Беннигсена поддержали Алексей Ермолов, Петр Коновницын, Дмитрий Дохтуров и Федор Уваров. Их предложение состояло в том, чтобы атаковать армию Наполеона ночью.

Изображение 2. Александр.JPG
Александр I

Против нового боя выступали Барклай-де-Толли, а также Карл Толь и Николай Раевский. Чисто логически идея нового сражения выглядела настоящим самоубийством. Армия была измучена Бородинской битвой и переходом к Москве. Удачной оборонительной позиции вблизи города не существовало. И все-таки, контраргумент о том, что нельзя сдавать древнюю столицу без боя, имел на совете большой вес. Когда Кутузов решил отступать, многие генералы открыто высказали недовольство. Александр I несколько позже получил донос, в котором говорилось, что главнокомандующий проявил трусость и отказался защищать Москву от неприятеля.

Если бы сражение состоялось

Русская армия проиграла бы его из-за усталости, неподготовленности и слабой позиции. Скорее всего, это был бы разгром, а Наполеон постарался бы добить деморализованного противника, полностью уничтожив неприятельские силы. После этого французский император стал бы настоящим хозяином положения. Войну 1812-го года корсиканец начал главным образом для того, чтобы заставить Россию присоединиться к континентальной блокаде Великобритании. Мы уже говорили, что, заняв Москву, Наполеон трижды предлагал Александру I мир на достаточно приемлемых условиях: присоединение к блокаде и передача Франции Литвы. Ответа на свои послания Император так и не дождался.

3. Бородинская битва.jpg
Бородинская битва. Бой за Шевардинский редут

Впрочем, у Наполеона был и план В. Состоял он в том, чтобы совершить поход на Петербург и захватить его. От этой идеи Наполеона отговорили его маршалы. План похода на север в условиях наступающей зимы, казался им опасной затеей. Главные же опасения были связаны с тем, что армия Кутузова осталась бы у французов в тылу. Если бы сражение под Москвой состоялось и войско Кутузова было бы рассеяно, то поход Великой армии на Петербург стал бы реальностью. Александр I вынужден был бы принять предложение Наполеона за неимением козырей. Столица страны почти беззащитна, армия уничтожена. Крыть нечем. Наполеон, получив желаемое, покинул бы Москву, взорвав Кремль, и ушел бы через не разоренные войной территории, сохранив свои силы в почти полной неприкосновенности.

Что было бы дальше

Присоединение России к блокаде Великобритании означало бы, что континентальная Европа находится полностью под контролем Франции. Ключевым фактором нового объединения против Наполеона, после Войны 1812-го года, была потеря императором Великой армии. Если бы армия не была потеряна, то Пруссия с Австрией не посмели бы подняться против Франции. Точно также не предал бы Наполеона маршал Бернадот, ставший королем Швеции. Британия осталась бы один на один с грозным противником. Союзного договора России и Англии о возобновлении торговли тоже не было бы. Следующие несколько лет прошли бы в изнурительном морском противостоянии Британии и Франции. По сути, это была бы Холодная война, ибо никто не рискнул бы высадить десант.

Если бы Британии удалось победить в этом противостоянии и пережить длительную блокаду, то ее союзники на континенте немедленно поднялись бы против Наполеона. Далее события развивались бы примерно также, как развивались после 1812-го года и уничтожения Великой армии. Однако куда вероятнее, что блокада сломила бы Британию. Даже полугодичной изоляции хватило бы на то, чтобы на Туманном Альбионе начались эпидемии и голод. Но, прежде всего, это был бы сокрушительный удар по ее репутации. Статус «владычицы морей» был бы утрачен навсегда, а сама страна оказалась бы отрезанной от Европы. Порядок на континенте устанавливал бы Наполеон.

4. Пожар в Москве.jpg
Пожар в Москве

Как результат, на карте возникло бы несколько десятков совершенно новых государств, созданных по мановению руки императора. Во Франции надолго установилась бы власть Бонапартов. А в случае внезапной смерти Наполеона, в Европе, скорее всего, снова началась бы тотальная война. Возник бы эффект Александра Македонского, когда его полководцы принялись делить империю своего покойного правителя. Кто выдвинулся бы в новые императоры — Даву, Мюрат, Ней или кто-то еще, не важно. Важно, что борьба за контроль над империей привела бы к ее расколу. В войны маршалов втянулись бы все государства Европы, а Пруссия, Австрия и Россия начали бы возвращать то, что успели утратить. По сути, это была бы мировая война на сто лет раньше.

распечатать Обсудить статью