• 8 Октября 2016
  • 21684
  • Мария Молчанова

Кинократия. «Заводной апельсин» Стэнли Кубрика

«Заводной апельсин» — один из самых бунтарских киношедевров в исполнении Стэнли Кубрика. Фильм — экранизация одноименного романа Энтони Берджесса, который стал настоящей Библией для многих субкультур 70-80-х годов. Моды, скинхеды, футбольные фанаты и панки воспевали эстетику «Заводного апельсина» на андерграундной сцене, дистанцируясь от британского чопорного общества.

Читать

В чем феномен этого несомненно культового фильма? Секрет очень прост: Энтони Берджесс явил подросткам того времени простую и понятную им формулу: сленг, на котором говорят герои фильма вперемешку с русскими словечками, пренебрежительность к устаревшим моральным ценностям, беспорядочный секс и, конечно же, насилие. Все это укладывается во всем известную формулу — секс, наркотики, рок-н-ролл.

Фильм вызвал большой резонанс не только у критиков, но и у широких зрительских масс, выставив на обсуждение множество табуированных вопросов: насилие над личностью, влияние медиа на подсознание масс и многие другие. Это тончайшая кружевная работа режиссера, операторов, музыкантов, дизайнеров и многих других талантливых людей, принявших своеобразный контркультурный вызов.

Алекс (Малкольм МакДауэлл) — главарь банды, наводящей ужас по ночам на простых обывателей, а днем — обычный подросток со специфическими увлечениями, который больше всего любит классическую музыку. Под «Девятую симфонию» Бетховена он погружается в мир грез с насилием, убийствами и прочими жуткими сценами.

Иллюстрация 1.jpg
Кадр из фильма «Заводной апельсин»

Тема насилия, несомненно, преобладает и является ключевой. Режиссер гротескно обыгрывает ее, наделяя возвышенную музыку Бетховена и кинематографические изображения жестокими образами, от которых главный герой ранее получал извращенное удовольствие, а после эксперимента и его превращают в беспомощное существо без права выбора. Искусство становится таким же инструментом насилия, как и любое другое оружие, где форма «ненасилия» мало чем отличается от «обыкновенного насилия». Автор фильма вскрыл широко дискутируемый и актуальный вопрос того времени — каково влияние жестокости в средствах медиа на социум.

Стэнли Кубрик не без иронии срывает маски с иллюзорных и лицемерных отношений между людьми в современном обществе. В фильме нет положительных героев, все лишь прикрываются моральными принципами и «благими намерениями» — полицейские, политики и даже обыватели (родители Алекса) готовы врать сами себе ради личного комфорта или набора политических очков.

Иллюстрация 2.JPG
Кадр из фильма «Заводной апельсин»

Главный герой, или вернее антигерой, попадает в тюрьму после неудачного ограбления и убийства пожилой богатой дамы. Его подставляют собственные подельники, оставляя того в отместку на растерзание полицейских. Они же, его дружки, сводят с ним счеты позже, но уже в полицейской форме, став «нормальными» членами общества, припрятав под мундиром животные инстинкты. Во всех жертвах из прошлого просыпаются эти инстинкты по отношению к Алексу, который, казалось бы, только обрел свободу, но стал ручным и беспомощным: «Когда человек перестает делать выбор, он перестает быть человеком». Его выдавили на периферию общества, унизили и «перевоспитали». Где же тогда проходит граница безумия, за которой начинается абсолютный хаос?

Многие ответы кроются в случае из реальной жизни Берджесса. В 1944 году, когда он служил в армии на Гибралтаре, четверо американских солдат-дезертиров избили и ограбили его жену, оставшуюся в Лондоне. Жена была беременна и потеряла ребенка. Берджесс считал, что последовавшее физическое и психическое нездоровье жены стало результатом этого нападения.

Иллюстрация 3.jpg
Кадр из фильма «Заводной апельсин»

Детали фильма не менее интересны. Прототипом банды послужили английские тедди-бойс (стиляги 50-х), одежда которых походила на костюмы эдвардианских времен. Во время поездки в Россию Берджесс оказался под большим впечатлением от уличных шаек Ленинграда. Так в тексте появилась смесь русских слов с английским кокни — сленговым языком британского рабочего класса. Например, груди именуются groodies, руки — rookers, человек сокращенно veck, glazzies — глаза. Скульптуры в молочном баре были выполнены известным авангардным художником Алленом Джонсон. Этот фильм своими стилистическими визуальными приемами в дальнейшем вдохновил на творчество многие музыкальные группы, вот лишь некоторые: Exploited, Sepultura, Би-2.

После выхода фильма в прокат начались массовые беспорядки, которые связывают с влиянием картины на неокрепшие молодые умы. Из-за обилия секса и насилия кинолента была запрещена в Великобритании вплоть до 1999 года, но тем не менее номинирована на премию «Оскар» с возрастным рейтингом X. В журнале Time было напечатано: «Ни один фильм за последнее десятилетие не содержит такого изысканного и пугающего пророчества будущей роли культурных объектов — живописи, архитектуры, скульптуры, музыки — в нашем обществе…».

Цитаты из фильма:

1. «Мы бесцельно бродили по округе, как ночные странники, и валяли дурака. Потом мы повернули на запад — у нас была задумана операция «незваный гость». Это был крутой прикол, полный юмора и доброго-старого ультранасилия»

2. «Парадоксальным образом наш пациент тянется к добру через парадоксальную тягу к злу»

3. «Когда человек перестает делать выбор, он перестает быть человеком»

Фрагмент фильма:


распечатать Обсудить статью