• 14 Сентября 2016
  • 16424
  • Алексей Дурново

15-летний капитан

Говорят, что история помнит победителей, но разве всех упомнишь?

Читать

«Вот человек, который лишил сна и меня, и всю Испанию». Такими словами встретил Тюренна испанский король Филипп IV вскоре после подписания Пиренейского мира. Мир, по сути, лишил Испанию статуса великой державы, что стало одним из самых больших унижений в ее истории. И все это случилось из-за Тюренна, который нанес испанцам добрый десяток болезненных поражений.

Король действительно лишился сна из-за действий виконта. Впрочем, перед тем, как лишить сна испанского монарха, виконт поступил так же в отношение себя самого: во время войны он почти не спал, а когда приходило время вздремнуть, как правило, отправлялся делать это среди своих солдат. С одной стороны, это укрепляло его авторитет в армии, с другой, — пару раз подобная простота спасла виконту жизнь. В 1646-м армия Тюренна со своим войском вынудила Баварию выйти из Тридцатилетней войны.

1. Тюренн.jpg

Тюренн

Незадолго до капитуляции в походную палатку виконта проник наемный убийца. Глубокой ночью он подкрался к походной кровати полководца и успел нанести ей десять ударов кинжалом прежде, чем понял, что самого виконта в ней нет. Тюренн в ту ночь спал где-то в своем лагере среди солдат. Покушение, бывшее последней надеждой Баварии избежать поражения, сорвалось. Вскоре курфюрст подписал мир.


Башня Оверни

2. Герб Латуров (1).png
Герб рода Ла Тур д’Овернь

В 15 лет Тюренн стал капитаном, в 19 — полковником, в 33 — маршалом. Такое возможно при двух сценариях: либо удивительный талант, либо большие связи. В случае Тюренна верно было и то, и другое. Виконт был, что называется, голубых кровей. По отцу он принадлежал к древнему и благородному роду Ла Тур д’Овернь, (Овернская башня). Ла Тур — фамилия, достаточно распространенная среди французских дворян, но если за ней следует еще и д‘Овернь — значит, речь идет об аристократическом роде, известном с конца XI века. Графы Оверни — родственники нескольких Пап Римских, пэры Франции, наконец, потомственные великие камергеры королевского двора.

Старший в роду Ла Тур д’Овернь отвечал за утренний туалет его величества и в качестве высочайшей чести подавал ему во время этой церемонии сорочку. Сейчас это может показаться смешным, но в Средние века даже право присутствия при туалете короля составляло предел мечтаний французского дворянства. Это означало, что ты в фаворе, что жизнь и судьба твоя вот-вот устроятся. Старшая ветвь рода Ла Тур д’Овернь прервалась в мужском колене в начале XVI века, и славное имя перекочевало к ветви младшей, которая носила фамилию Тюренн и владела небольшим виконтством на востоке Франции.

Этот род не считался столь знатным, но фамилия Ла Тур д’Овернь, видимо, творила чудеса. Отец нашего героя был маршалом Франции, любимцем двух королей — Генриха III и Генриха IV (причем первый любил его несмотря на то, что Тюренн был гугенотом и воевал против короля), а под конец жизни и вовсе едва не стал штатгальтером Нидерландов. Его детям вообще повезло родиться в богатой, знатной и ни в чем не нуждающейся семье. Прадедом Тюренна-младшего, который родился в 1611-м был знаменитый коннетабль (читай генералиссимус) Анн де Монморанси. Дедом по материнской линии — сам Вильгельм Оранский, первый глава Нидерландов и лидер войны за независимость от Испании. Кузенами ему приходились принцы Конде. В момент рождения сына отец боролся за регентство при малолетнем короле Людовике XIII, эту борьбу он проиграл, что вынудило его вернуться домой в принадлежавшую ему крепость Седан к жене и детям.

Тут надо сказать главное: тот Тюренн, о котором рассказывается в этой статье, был младшим сыном своего отца. А это означало, что никаких прав на его владения он иметь не мог. Мальчику предстояло самому проложить себе путь в большую жизнь. От всего гигантского наследия своих предков он мог рассчитывать лишь на их бесконечно длинное и очень громкое имя, но подкреплять его вынужден был исключительно собственными силами. Отец довольно быстро выяснил, что сын не очень крепок здоровьем и с трудом справляется с физическими нагрузками. Каким образом он решил эту проблему, неизвестно, но в 1625-м Анри де Ла Тур д’Овернь виконт де Тюренн отправился в Нидерланды к своему дяде Морицу Оранскому изучать азы военного дела. Боевое крещение он принял менее чем через год. Во время осады крепости Буа-де-Дюк Тюренн с небольшим отрядом пробрался через подземный ход в подвал твердыни и ошеломляющей атакой принудил гарнизон к капитуляции. Примерно так он действовал и впредь. Долгие изнурительные маневры, а затем один стремительный и всесокрушающий победный удар.


Учитель и ученик

3. Принц Конде в битве при Рокруа.jpg
Принц Конде в битве при Рокруа


В 19 лет Тюренн уже был полковником французской армии, во всю воевавшей в Тридцатилетней войне. Так он попал под начало к принцу Конде. Точнее, к Генриху II Бурбону принцу де Конде, кузену короля, первому аристократу и воину Франции. Здесь же Тюренн познакомился с его сыном Луи, который до смерти отца носил титул герцога Энгиенского, а примерно с 23 лет — прозвище Великий Конде. Впрочем, в момент знакомства с Тюренном Великому Конде было всего восемь. И все-таки, если проводить параллели, то их встреча чем-то сродни первой встрече Энекена Скайуокера и Оби Вана Кеноби. И вот почему. Великий Конде был не по годам развит и смышлен. В отличие от Тюренна, он не имел ни проблем со здоровьем, ни старших братьев.

Военную карьеру он начал в 17, а в 19 был уже генералом. В 22 ему впервые доверили командовать армией в большом сражении. 22 тысячи солдат Конде встретились с 22-тысячной армией испанцев. Это была знаменитая битва при Рокруа, которая поначалу складывалась таким образом, что ни у кого не было сомнений в полном разгроме французских войск. Получилось ровно наоборот. Конде выиграл баталию, развил успех, нанес испанцам еще три поражения и стал национальным героем. В 1643-м, когда Тюренн стал маршалом Франции, Конде был назначен командующим всеми войсками в Германии, то есть командиром Тюренна. Полководцы вроде бы даже подружились, да только Великий Конде ставился всеми куда выше виконта Тюренна. Считалось, что Тюренн — ученик принца, а ведь виконт был на 11 лет старше.


Случайный фрондер

За Тридцатилетнюю войну Тюренн успел немногое. Довольно ловко захватил Турин, умело вышел из окружения, успев соединиться с союзными шведскими войсками до того, как кольцо замкнулось. Вступил в Мюнхен, чем и закончил войну. Впрочем, на момент окончания Тридцатилетней войны Тюренну было не до сражений. В родной Франции он был объявлен изменником и врагом короны. Первоначально по чистой случайности. Старший брат Тюренна — герцог Буйонский — действительно принимал участие в заговоре против Мазарини.

Сам виконт к той истории отношения не имел. Однако вскоре события приняли очень неприятный для полководца оборот. У Мазарини резко обострились отношения с парламентом, что привело к знаменитой Фронде, и тогда хитрый кардинал записал во враги короны всех тех, кто когда-либо против него злоумышлял. В черный список попал и Тюренн. Тому пришлось бежать из армии, чтобы избежать ареста. Виконт скрылся в Оверни, где вскоре встретился с братом и герцогиней де Лонгвиль — первой красавицей Франции, в которую Тюренн, судя по всему, был влюблен с самого детства. Они и убедили виконта встать на сторону Фронды.

От конфликта с парламентом Мазарини спас Великий Конде. Он вовремя подтянул свои войска к Парижу, разбил армию парламента и вынудил оппозицию подписать мир. История, однако, на этом не кончилась. Конде, находившийся на вершине славы и могущества, решил, что Мазарини при дворе совершенно лишний. Его заговор против кардинала поддержали все, кроме королевы-матери Анны Австрийской. Конде был объявлен врагом короны. Так началась вторая часть Фронды, известная как Фронда принцев.

К 1651 году положение Мазарини было критическим. Он потерял Париж, а принцы-фрондеры окружали его со всех сторон. И тогда кардинал сделал неожиданный ход. Он амнистировал Тюренна, который только что потерпел от войск двора досадное поражение, после которого поссорился и с Конде, и с госпожой де Лонгвиль. Это был блестящий ход. Прощенный Тюренн встал во главе королевской армии и пошел громить своих бывших союзников.

В первую очередь досталось «учителю». Тюренн сокрушил Конде под Парижем, а затем разбил и остальных. Столица была спасена, но Фронда продолжалась. Великий Конде отступал на запад ближе к границе с Испанией. И здесь раздосадованный принц пошел на отчаянный, граничащий с предательством, шаг. Он заключил союз с Испанией. Тут надо понимать, что франко-испанская война, начавшаяся еще в 30-е годы XVII-го века, не закончилась с подписанием Вестфальского мира, который положил конец Тридцатилетней войне. Страны все еще находились в состоянии войны. Конде предполагал при помощи Испании сбросить Мазарини, обещав в благодарность небольшие территориальные уступки. Это был хороший план, только Тюренн разрушил его до основания.

В войне с Конде вообще проявился весь полководческий гений виконта. Он пренебрегал общепринятыми правилами ведения боевых действий, но, несмотря на это, все время побеждал. Армия Тюренна не рыла траншеи и не строила укреплений, она находилась в постоянном движении, быстро маневрируя и меня свое положение. Суть тактики сводилась к тому, чтобы подойти к врагу с фланга, сгруппировать силы и обрушиться на неприятеля всею мощью. Работало безотказно.

На последних этапах войны Конде отчаянно пытался придумать какой-то выход. Он маневрировал сам, располагался посреди болот, разделял армию на небольшие отряды, которые периодически вновь соединялись, — все тщетно. Он дважды пытался окружить Тюренна, но тот оба раза ускользнул.

Апогеем противостояния была Битва в Дюнах. Корпус Конде и Хуана Австрийского занял позицию среди песчаных холмов, где тыл и правый фланг армии прикрывало море. У Тюренна не было иного выхода, кроме как штурмовать дюны в попытке нанести удар, но виконт снова всех перехитрил. Чуть ли не впервые в своей военной карьере он построил укрепленный лагерь и стал чего-то ждать. Конде не понимал, чего он ждет. Где-то недалеко был союзный Тюренну английский флот, но он не мог высадиться у дюн, ибо был бы тут же разгромлен.

Но виконт ждал всего лишь прилива с отливом. Прилив позволил английскому флоту подойти ближе и начать обстрел дюн. Конде потерял много солдат, но позицию не оставил. Когда прилив кончился, флот отошел, а к принцу вернулось преимущество. И тут начался отлив. Армия Тюренна совершила стремительный маневр по песчаном берегу, зашла неприятелю во фланг и почти полностью уничтожила силы Конде и Хуана Австрийского. Это было последней каплей. Король Филипп IV подписал мир, опасаясь, что если так пойдет дальше, то Тюренн возьмет Мадрид.


Как д’Артаньян

5. Сен-Дани.JPG

Базилика Сен-Дени, в которой был похоронен Тюренн

В 1660-м Тюренн стал Великим маршалом Франции. Людовику XIV он служил верой и правдой до своей гибели в 1675 году. Погиб Тюренн почти так же, как литературный д’Артаньян. Тоже во время войны с Голландией, тоже от случайного пушечного ядра. Это была трагическая случайность. Тюренн выехал на рекогносцировку близ крепости Засбах. Именно тогда и случился тот роковой выстрел. Один-единственный. Ядро, однако, попало Тюренну в грудь и убило его.

Людовик XIV решил оказать полководцу, который некогда спас его корону, величайшую честь из всех возможных. Виконта похоронили в базилике Сен-Дени, где располагалась усыпальница французских королей. С монархами людей не королевских кровей хоронили очень редко. В конечном итоге, то решение Людовика сыграло с прахом Тюренна дурную шутку. В 1793-м усыпальница была осквернена, а останки похороненных выбросили на улицу. Много позже Наполеон распорядился найти прах Тюренна и торжественно перезахоронить его в Доме Инвалидов. Бонапарт был большим почитателем таланта Тюренна. Однажды по чьей-то просьбе он составил список семи величайших, на его взгляд, полководцев, там нашлось место лишь одному французу. И этим французом был Тюренн.

распечатать Обсудить статью