• 3 Августа 2016
  • 11698

«Друг мой, тот, кто боится, проклят»

Читать

3 августа 1921 года Николай Степанович Гумилев был арестован по подозрению в участии в заговоре «Петроградской боевой организации В. Н. Таганцева». Несколько дней его пытались выручить друзья, но, несмотря на это, вскоре поэт был расстрелян. 24 августа вышло постановление Петроградской ГубЧК о расстреле участников «Таганцевского заговора», опубликованное 1 сентября с указанием, что приговор уже приведен в исполнение. Гумилев и еще 56 осужденных, как установлено в 2014 году, были расстреляны в ночь на 26 августа. Место расстрела и захоронения до сих пор неизвестно.

Вспоминаем одни из самых ярких цитат русского поэта Серебряного века, выраженные им за свою непродолжительную жизнь.


Николай Гумилёв. Фото из следственного дела. 1921 г.

Николай Гумилёв. Фото из следственного дела. 1921 г.


«Есть Бог, есть мир, они живут вовек,
А жизнь людей мгновенна и убога,
Но всё в себе вмещает человек,
Который любит мир и верит в Бога».


«В литературе нет других законов, кроме закона радостного и плодотворного усилия — вот о чем всегда должно нам напоминать имя Теофиля Готье».


«Первое, что привлекает внимание читателя и, по всей вероятности, является важнейшим, хотя часто бессознательным, основанием для создания стихотворения — это мысль или, точнее, образ, потому что поэт мыслит образами».


Гумилёв и Ахматова с сыном

Гумилёв и Ахматова с сыном


«Правдива смерть, а жизнь бормочет ложь…»


«Я всегда шел по линии наибольшего сопротивления».


«Как сладко жить, как сладко побеждать моря и девушек, врагов и слово».


«Детски-мудрое, до боли сладкое ощущение собственного незнания, — вот то, что нам даёт неведомое».


«Я считаю, что прийти на экзамен, подготовившись к нему, это все равно, что играть с краплеными картами».


Фотография Максимилиана Волошина, Гумилёв Н. С. в Париже, 1906 г.

Фотография Максимилиана Волошина, Гумилёв Н. С. в Париже, 1906 г.


«Только змеи сбрасывают кожи,
Чтоб душа старела и росла.
Мы, увы, со змеями не схожи,
Мы меняем души, не тела».


«Лишь небу ведомы пределы наших сил,
Потомством взвесится, кто сколько утаил».


«И мы до сих пор не забыли
Хоть нам и дано забывать,
То время, когда мы любили,
Когда мы умели летать».

распечатать Обсудить статью