• 26 Января 2019
  • 2366
  • Документ

Чумной бунт в Москве

Последняя крупная эпидемия чумы в России пришлась на 1771 год. Мор проник в Москву из Причерноморья, где в то время шла очередная русско-турецкая война. В разгар эпидемии среди черни распространился слух о явлении образа Богородицы на Варварских воротах. Власти, мешая заразе охватить массовое скопление народа, запретили проводить молебны. Москвичи подняли бунт, убили архиепископа Амвросия и принялись за погромы. Донесение об этих событиях составил будущий сенатор Александр Саблуков, участвовавший в подавлении беспорядков.
Читать

19 сентября 1771 г.

Письмо ваше, батюшка, от 12 числа, вчерась я получил и за оное нижайше благодарю, а притом и о Московских обстоятельствах донесть имею обстоятельно. Они состоят в том: дней десять назад, как стало здесь известно, что явился на Варварских воротах образ Боголюбской Богородицы, где и сделалось великое богомолье и великая теснота и сбор деньгам; а как болезнь от прикосновения весьма прилипчива, то покойной здешней преосвященный и рассудил в этом случае сделать некоторое распоряжение, а притом, чтоб не была раскрадена, и казну велел запечатать; и как скоро для сего только прислано было 15 числа около вечера, то бывшая тут чернь, не повинуясь сему, тотчас взбунтовала и ударила в набат.

И как собралось множество черни, и, побив сию присланную команду, пошли ночью на 16 число, разломав железные вороты, в Чудов монастырь, дабы там найти и убить архиерея, который уже тогда потаенным образом и в сером кафтане ушел в Донской монастырь. То она в удовольствие нашла, чтоб разграбить, переломать все в покоях, где он жил, также и в домашней его церкви, ободрав Евангелие, престол и ризы и сосуды и случившиеся там деньги покрав, пошла 16 числа, около обеда, человек с 200 сих бунтовщиков, в Донской монастырь, где и нашли преосвященного и, вытащив его из алтаря на поле, убили его каменьями и дубьем до смерти. А в тож время случившаяся в Кремле чернь разломала в Чудове монастыре купеческие погреба с винами, стали пьянствовать, и Кремль был так страшен от сих пьяных бунтовщиков, что они всех входящих туда солдат побивали каменьями. Чего ради П. Д. Еропкин (который находился только один из господ в Москве) приказал собрать все военные команды и несколько пушек, дабы сих бунтовщиков разогнать и усмирить, и послал прежде оберкоменданта Грузинского царевича уговаривать их, чтобы они перестали бунтовать, то они чуть также до смерти каменьями не убили. Того ради П. Д. Еропкин и решился, чтоб не дать время еще более умножиться бунтовщикам и не дать более столь дерзостных поступок, идти туда и усмирить их вооруженною рукою. И так мы пошли в тот день после полудня, в 5-м часу, и, пришел в Кремль, с Боровицкого мосту, нашли там еще остальных от убежавших на Красную площадь довольно бунтовщиков, коих усмирили пулями и штыками. А потом я был командирован с пушкой и с несколькими солдатами в Спасские вороты, дабы их очистить, где я и нашел до нескольких сот сих бунтовщиков с кольями и каменьями; они не увидя меня приближающегося, покусились было войти, в сии вороты с оружием, то я, дав время им туда набраться, выстрелил один раз из пушки картечью и нескольких убив, остальных тотчас разогнал штыками, и потом несколькими выстрелами очистил всю Красную площадь, чем и кончилась наша баталия. 17 числа собралось множество их опять, но от стоящих бекетов их много и переловили. Слышим от них, что вся их претензия была в том: на что их лечат доктора и лекари и на что учреждены лазареты и карантины, и для чего архирей приказал запечатать казну. Но теперь, благодаря Бога, все сии беспокойства кончились, и другой день как состоит прежняя тишина и повиновение. Однако ж, в осторожность, по разным местам расставлены бекеты и пушки; а как я живу возле П. Д. Еропкина, то он свои бекеты и артиллерию поручил мне в команду; он меня еще более полюбил и отлично рекомендовал ее величеству.

31 октября 1771 г.

Во время сражения я имел в своей дивизии 88 престарелых гвардейских солдат и одну армейскую полковую пушку, и с оною-то армиею долженствовал сопротивляться не одной тысяче мятежников; но потом был подкреплен и вместе с капитаном Волоцким пробыл целые двои сутки с оным корпусом на Спасском мосту, не сходя с оного поста, ни на минуту, поныне сии мятежники чрез сие время все покушались. Наконец, видя неудачу и то, что в тож время пришел сюда и армейский полк (который стоял по деревням в квартирах), раздумали более не дурачиться; и в то уже время мы были сменены армейскими; сначала же как мы пошли в Кремль, наша вся армия состояла менее чем во сто человек. П. Д. Еропкин во все двое суток не сходил с лошади и был безотлично на сражении, а потом объезжал весь город и все карантины не один раз.

Сверх этого считаем не лишним сделать из прочих писем следующие извлечения:

От 22 авг. (1771). Занимать денег не у кого; ибо почти все господа разъехались по деревням.

25 авг. Болезнь действительно чума, отчего все господа разъехались, а осталась чернь, меж которою болезнь эта бывает. Чума не уменьшается, но умножается; заболевших и умирающих в моей части должен я сам осматривать по силе данной инструкции; а болезнь сия весьма прилипчива.

29 авг. У меня в команде 1000 дворов, и ежедневно имею дело с 300 человек.

Приходится сталкиваться с полицейскими крючками.

30 авг. Язва гораздо умножилась, и нет никакого способа ее совсем искоренить, да и медики утверждают, что до наступления стужи от нее избавиться нельзя.

1 сент. Народ час от часу убывает: все мастеровые, хлебники, пирожники, разносчики всякие и тому подобные люди расходятся по деревням. Из моей части в 6-ть дней вышло около 700 человек; перед уходом их осматривают доктора и выдают билеты о здоровий.

5 сент. Суды все заперты.

8 сент. Людей у меня в части гораздо убывает: все расходятся и разъезжаются по деревням, и во дворе не более остается, как человека по три, а в господских домах оставлено только по одному дворнику.

12 сент. Офицеры и прочие находящиеся в Москве господа здоровы.

13 сент. Еропкин живет в 14 части за Пречистенскими воротами.

13. сент. Еропкин командир такой, лучше которого и желать нельзя.

С великим нетерпением ждем зимы, которая может быть лучшее лекарство от чумы.

22 сент. Господствует прежняя тишина. Погода становится холоднее, то надеемся, что Бог и чуму скоро утишит. Идет следствие над теми, кои попались под караул во время тревоги.

26 сент. Как наш командир, так и мы все, видим неописанную благодарность от всех граждан за избавление их от случившегося беспокойства.

27 сент. Вчера приехал к нам в Москву граф Григорий Григорьевич Орлов, и публикован манифест, что полномочен во всех делах, касающихся до учреждения надлежащего порядка в комиссии о чуме. Мы его приезду все рады, и он случившееся наше 16 сентября сражение очень апробует; а в манифесте написано, что ему возвратиться тогда, когда сия комиссия приведена будет в настоящий порядок.

29 сент. В Москве все тихо и мирно.

3 окт. Приезжих из Петербурга много; все они, как говорят, будут иметь разные комиссии. Умерших и заболевших, как видно по рапортам, благодаря Бога, гораздо уменьшается.

От 6 окт. Граф ГГ. Орлов имеет безупречное попечение сделать еще полезнейшие установления, дабы сохранить народ от распространившейся заразительной болезни.

Вы изволите писать, что моего письма от 19 сентября получить не изволили, где я описывал все случившееся во время мятежа; не думаю, чтобы его удержали на почте; понеже это не секрет, да и писал не в чужие края.

Если бы не случилось во время мятежа гвардии офицеров, то не с кем бы было его усмирить.

От 11 окт. Господа начинают съезжаться.

От 24 окт. Московские обстоятельства гораздо поправляются, так что число умерших содержит почти только третью часть против прежнего.

27 окт. Благодаря Бога, чума уменьшается.

От 3 ноября. Умерших чувствительно уменьшается.

От 7 ноября. Чума, благодаря Бога, чувствительно уменьшается. Москва-река замерзла.

От 14 ноября. Сегодня дожидаемся сюда князя Михаила Никитича Волконского. Он здесь будет начальником, а граф, как сказывают, на этой неделе отправляется в Пб. К не малому нашему сожалению П. Д. Еропкин идет в отставку.

От 5 янв. 1772 г. В моей части уже 6 недель как все, слава Богу, благополучно…

распечатать Обсудить статью
Источники
  1. Русский быт в воспоминаниях современников. XVIII век. Астрель, 2012.
  2. Изображение анонса и лида: Pinterest