• 14 Сентября 2018
  • 36454
  • Старшов Юрий

Рассыпной строй русской пехоты

В сражениях первой половины XIX века продолжала господствовать линейная тактика, при которой пехота выстраивалась в длинные линии, позволявшие максимально использовать всю мощь ружейного огня. Однако уже нередко на поле боя встречались целые пехотные подразделения, действовавшие в рассыпном строю.

Читать

Длинные линии или колонны пехоты. Это красиво выглядит в исторических фильмах и на батальных полотнах, а реально стоять в полный рост, когда залпами ведется огонь и сферические пули наносят жуткие раны, мог не каждый. Не меньший вред наносила и артиллерия противника, косившая пехоту рядами. Обеспечить устойчивость войск на поле боя можно было лишь одним действенным способом — муштрой, когда солдат выполнял все команды автоматически, какой бы ситуация ни была, а собственного офицера боялся больше, чем противника. При атаках кавалерии пехота срочно перестраивалась в прямоугольное каре, встречая противника ружейным огнем на средних дистанциях и штыками вплотную. В то же время каре — построение оборонительное, практически идеальная цель для артиллерии противника.

По сути, успех сражения определялся умением полководца организовать грамотное взаимодействие собственной пехоты, кавалерии и артиллерии. Утрата командования или нарушение связи могло обернуться катастрофой.
В отличие от линейной пехоты, в рассыпном строю нередко действовали русские егеря. Этот вид легкой пехоты появился в русской армии еще во времена Семилетней войны.

Распространено мнение о том, что егеря — это лучшие стрелки, вооруженные нарезным оружием (штуцерами). Это не совсем так. Большинство нижних чинов егерских полков русской армии имело те же гладкоствольные ружья, что и линейная пехота. Но принцип их действий был иной. Егеря могли действовать на пересеченной местности — в лесу, в населенных пунктах, где линейная пехота старалась не воевать. Для ведения боя в рассыпном строю отбирали, как правило, лучших стрелков и людей, способных действовать самостоятельно. Это сложно — тут уже в идеале ставка делалась не столько на муштру, а на подготовку стойкого и ответственного бойца, способного находиться впереди. Оказавшись под огнем или в опасности, предоставленные сами себе, стрелки нередко стремились покинуть опасное место и отойти в тыл.

1Егерь.jpg
А. Ю. Аверьянов «Князь П. И. Багратион в Бородинском сражении. Последняя контратака». Источник: winallos.com.

Основных поводов, характерных не только для русских войск, но и всех регулярных армий Европы первой половины XIX века, было два: помощь раненым или отсутствие боеприпасов. Для того, чтобы минимизировать данное явление, рассыпной строй подкреплялся сильным резервом, за счет которого проводилась смена и пополнение цепи. Правда, это не всегда помогало, и с годами мало что менялось. Намного позже, уже во время русско-турецкой войны 1877−78 гг., известный художник Василий Васильевич Верещагин отмечал: «Как ни запрещают обыкновенно товарищам покидать строй для уноса раненых, этот способ избегания опасности все-таки практикуется в широких размерах и сильно разрежает ряды. Пока не будет строжайшего наказания за самовольный уход из дерущихся частей, эта «мода» вряд ли прекратится. Каюсь, я сам не раз с удовольствием выходил из огня, ведя или вынося пришибленного товарища, и был очень доволен тем, что мой поступок принимался не за слабость, а за подвиг человеколюбия, тогда как в нем всегда бывала с последним и частица первого».

Помимо егерей в рассыпном строю вели бой и застрельщики — лучшие стрелки линейной пехоты, которые нередко начинали бой, находясь впереди строя. Действовали стрелки, как правило, в паре или тройке. Причем стрелять запрещалось до того момента, пока напарник не перезарядит оружие. Расстояние между парами было не менее пяти шагов. В начале сражения цепи стрелков приближались к строю вражеской пехоты, начиная тревожить противника ружейным огнем. Промахнуться, стреляя в линию или колонну противника, было практически невозможно, а вести ответный огонь залпами по единичной цели или цепи оппоненту было неудобно и невыгодно. Поэтому противник выдвигал вперед собственных стрелков, и между двумя цепями нередко завязывалась перестрелка.

2Егерь (1).jpg
Х. В. Фабер де Фор. «Смоленск, на правом берегу Днепра, 19 августа 1812 г. (Убитый егерь)». Источник: memory. nebofest.ru

Но основную опасность для стрелков представляла вражеская кавалерия, для которой сомкнутый строй каре был практически непреодолим, зато рассыпной строй пехоты мог быть мгновенно уничтожен или пленен в ходе стремительной кавалерийской атаки.

При приближении основных сил пехоты стрелки отходили на фланги или в промежутки между батальонами. При наличии укрытий егеря могли наносить противнику ощутимые потери, а главное замедлить движение вражеской пехоты, выигрывая драгоценное время. Один из французских офицеров вспоминал о завершающем этапе Смоленского сражения в августе 1812 года:

«Среди вражеских стрелков, засевших в садах на правом берегу Днепра, один в особенности выделялся своей отвагой и стойкостью. Поместившийся как раз против нас, на самом берегу за ивами, и которого мы не могли заставить молчать ни сосредоточенным против него ружейным огнем, ни даже действием одного специально против него назначенного орудия, разбившего все деревья, из-за которых он действовал, он все не унимался и замолчал только к ночи. А когда на другой день по переходе на правый берег мы заглянули из любопытства на эту достопамятную позицию русского стрелка, то в груде искалеченных и расщепленных деревьев увидали распростертого ниц и убитого ядром нашего противника унтер-офицера егерского полка, мужественно павшего здесь на своем посту».

4 егерь.jpg
Русская стрелковая цепь (на заднем плане представитель калмыцкой конницы в составе Русской армии). Источник: warsonline. info

В ряде случаев егеря и застрельщики (особенно при наличии нарезного оружия и на пересеченной местности) могли успешно действовать и против артиллерийских батарей, поражая с дальней дистанции прислугу и артиллерийских лошадей. В этом случае артиллерия противника в ответ не могла из-за приличного расстояния использовать картечь, а стрельба ядрами по рассыпному строю неэффективна. Егеря и застрельщики уничтожали и вражеских офицеров. Так, в самом начале Бородинского сражения командир 106-го полка генерал Плозон был убит русским егерем при попытке перестроить пришедшую в замешательство пехоту. Намного позднее в печально известном сражении на Черной речке в августе 1855 года стрелками выдвинутой вперед цепи были убиты два сардинских генерала, неосмотрительно приблизившиеся к русским позициям в яркой парадной форме.

Источники:

1. Верещагин В. В. На войне: воспоминания о русско-турецкой войне 1877 года. М., 1992.

2. Жмодиков А. Л. «Наука побеждать». Тактика русской армии в эпоху Наполеоновских войн. СПб-М., 2016.

3. Ульянов И. Э. Регулярная пехота 1801−1855. М., 1996.

Изображения для анонса материала на главной странице и для лида: casp-geo.ru, myshared.ru

распечатать Обсудить статью