• 4 Июня 2018
  • 6341
  • Константин Котельников

Ленин: «Сотни тысяч не выкинешь!»

Публицист Александр Яблоновский писал еще в марте 1917 года, что для обывателей понятие «буржуй» означает по своему содержанию что-то среднее «между подлец и скотина». После октября в советском обществе для буржуев не было места. Со всех сторон раздавались призывы к их уничтожению, и они стали «бывшими людьми», свергнутыми с прежних социальных позиций. Но истребить их всех физически новая власть не могла, а уехать пожелала только часть. Оставшиеся ждали своей участи.

Читать

Кто такие «бывшие»?

В дореволюционной России насчитывалось не менее 22 млн довольно хорошо материально обеспеченных человек. Крупная буржуазия, помещики, высшие чиновники составляли около 4−5 млн человек. Эмигрировали, по разным оценкам, от 1,2 млн до 2,5 млн человек, остальным же пришлось адаптироваться к новым условиям.

Если до революции «бывшими людьми» называли тех, кто лишился всего и оказался «на дне», то теперь так называли тех, кто принадлежал к «враждебным классам» и «социально чуждым элементам»: эксплуататоров, «остатки старого умирающего мира», «осколки проклятого прошлого». В самом общем смысле «бывшими» считали тех, кому раньше неплохо жилось вне зависимости от рода занятий. В их число вошли и интеллигенты (приспешники и прислужники буржуазии), служащие, мелкие собственники и лавочники, даже не имевшие наемных работников. В условиях Гражданской войны даже аполитичные «бывшие» считались потенциальными врагами и становились жертвами террора. ЦК РКП (б) после гибели М. С. Урицкого 30 августа 1918 г. провозгласил: «Они убивали личности, мы убьем классы!»

Фото 1. Бывшие люди на новой работе. худ. И. Владимиров..jpg
Бывшие люди на новой работе. худ. И. Владимиров. Источник: grad-petrov.ru

Тысячи голов «буржуазии и ее приспешников» оказались под угрозой истребления. На местах начались аресты, обыски и конфискации тех, кто занимал высокое социальное и имущественное положение до революции. Обычные формулировки в сообщениях губернских ЧК в Москву по поводу ареста того или иного лица — «являлся представителем бюрократического строя, по мнению комиссии, фигурою довольно реакционной». Этого было вполне достаточно. Сотрудники ЧК грабили и убивали под видом борьбы с классовыми врагами. Совет народных комиссаров и сам был недоволен этой ситуацией, но преодолеть ее пока Москва не могла. Один из коммунистов писал Ленину в начале 1920 г.: «Провинция нагло обманывает центр. Чудные декреты центра игнорируются […] Суды стали ареной личной мести…».

Фото 2. москва 1917 vatnikstan.ru.jpg
Одна из квартир, разгромленных в Москве в 1917 г. Источник: vatnikstan.ru

Но в целом центр сохранял подозрительное отношение к «бывшим». С 1919 г. капиталисты — домовладельцы, рантье, мелкие торговцы, владельцы ремесленных мастерских, мелких контор и тому подобные люди — подлежали обязательной регистрации и надзору. Многие лишались работы, имущества и крова.

Новая жизнь в новом обществе

Что теперь делать, где жить, как добывать еду? Тысячи людей потеряли все, а новую жизнь начинать приходилось, будучи врагом в глазах государства и общества. В первое время после революции эти люди были в полной растерянности. Кто-то просто ждал, проживая свое имущество, пока новая власть падет. Потом, когда надежды на это рухнули, «бывшие» попытались примириться с новой властью, ведь большая их часть не участвовала в политической жизни. С другой стороны, большевики тоже нуждались в них, так как «враждебные классы» оказались самыми образованными. Ленин говорил: «Сотни тысяч не выкинешь! А если бы мы выкинули, то себя подрезали бы».

После Гражданской войны немало военных и гражданских специалистов сумело сохранить свои рабочие места и занять должности в новых советских учреждениях. Некоторые проявили немалую изобретательность, пытаясь сохранить свои позиции. И часто удавалось. Так, Николай Рябушинский (почти вся его знаменитая купеческая семья эмигрировала) служил оценщиком произведений искусства и сумел накопить небольшое состояние, прежде чем уехал за границу в 1922 г.

Фото 3..jpg
Николай Рябушинский. Источник: ru. wikipedia.org

Некоторые, стремясь показать себя друзьями новой власти, «переобулись» и доносили на других «врагов». Так, сотрудник Дворянского банка Н. Ф. Захаровский приветствовал большевиков и засыпал редакции большевистских газет статьями о грехах старых управляющих банка. Положительной реакции, однако, не последовало, и тогда он написал лично Ленину: «Проклятие и вечный позор разжиревшему народным потом и кровью имущему классу […] Пора их хоронить да зарыть поглубже, и на могилах забить по осиновому колу». В письме он предложил арестовать членов Правления профсоюза служащих упраздненных банков и своих коллег, по его мнению, не принявших советскую власть. Ничего из этого не вышло, но пример характерный для того времени.

Основная масса «бывших» стремилась получить работу в советских учреждениях — только так теперь можно было обеспечить себя самым необходимым. При этом свое «плохое» прошлое приходилось скрывать, называть себя «трудящимся» и надеяться, что проверять все равно не станут (и так часто бывало). До конца 1920-х гг. при приеме на работу принимались уклончивые ответы в анкетах. Например, о положении отца до революции заявители часто писали только, что «отец умер», или «отец старик», «служил». О прежнем имуществе писалось: «ничем не владел», «жил личным трудом».

На эти уклоны смотрели сквозь пальцы — образованных служащих не хватало. А кто честно отвечал на анкетные вопросы, сам себя ставил под удар, рискуя не получить работу. Приходилось и подделывать документы или находить способ убедить паспортистов не указывать в новых документах происхождение. Немало людей просто переехали туда, где их никто не знал. Кому не удавалось скрыть прошлое, приходилось демонстрировать лояльность, на работе при всяком случае читать речи о пользе пролетарской диктатуры и лично отправлять в органы власти приветственные и поздравительные телеграммы (например, в годовщину революции).

Фото 4 анкета voenspez.ru.jpg
Подробные ответы о происхождении давали в советских анкетах и позднее, в 1930—1940-е гг. Источник: voenspez.ru

Труднее всего пришлось не интеллигенции, а священникам и коммерсантам. Если без врачей, юристов и ученых обойтись было практически невозможно, то торговцев и биржевиков выкинуть было куда проще. В 1919 г. запретили занимать административные места на ранее своих, а теперь национализированных предприятиях (с трудом иногда обходили этот запрет). Их, а также помещиков и рантье использовали как разнорабочих, грузчиков, работников огородов и подобной неквалифицированной работы.

Фото 6. нэп seeandgo.ru.jpg
Нэпманы. Источник: seeandgo.ru

«Бывшие» сдавали комнаты (если были), давали частные уроки детям внезапно разбогатевших «пролетарских» нэпманов, работали у них же прислугой, продавали остатки личного имущества, даже варили самогон. Не принятые для работы на пользу трудящейся массы, выполняли неформальные услуги в частном порядке. Так, генерал Джунковский давал частные уроки. А генералу Куропаткину повезло больше — он преподавал в сельской школе.

Фото 5. Генерал Джунковский. Бывший командир отдельного корпуса жандармов. После революции зарабатывал на жизнь частными уроками. Расстрелян в 1938 году txapela.ru.jpg
Генерал Джунковский. Расстрелян в 1938 г. Источник: txapela.ru

Условия жизни бывших мало отличались от пролетарских к середине 1920-х гг. Знаменитый А. Я. Вышинский в 1928 г. говорил, что «враг сломлен», и власть должна быть великодушной. И она была такой. До 1935 г. как-то устроившиеся в новом обществе «бывшие» не подвергались масштабному целенаправленному преследованию со стороны властей. Довольно успешно адаптировалось молодое поколение. Дети фабрикантов и домовладельцев становились, как Юрий Шувалов, техниками-электриками, или инженерами, рабочими, служащими. Расправляться с ними начали позже, когда уже не спасали ни нехватка кадров, ни честный труд, ни политическая лояльность.

Источники:
Смирнова Т. М. «Бывшие люди» Советской России: Стратегии выживания и пути интеграции. 1917 — 1936 годы. М.: Издательский дом «Мир истории», 2003.
Иванов В. А. Бывшие люди. Родина, 1999, № 4.

распечатать Обсудить статью