• 23 Февраля 2018
  • 6986
  • Надежда Чекасина

Первые шаги Красной Армии

В середине января 1918 года СНК опубликовал декрет «О Рабоче-Крестьянской Красной Армии». Доступ в ее ряды был открыт для всех граждан, готовых отстаивать идеалы революции и власти Советов. Россия была втянута в войну, царская армия распалась, новая еще не была сформирована. Опорой большевикам служили латышские стрелки, но их сил было недостаточно. Германская армия наступала. 23 февраля СНК опубликовал воззвание «Социалистическое отечество в опасности!», а  также обращение Главнокомандующего Николая Крыленко с призывом: «Все к оружию. Все на защиту революции. Поголовная мобилизация для рытья окопов…» Начался приток добровольцев в ряды Красной армии. Но на пути ее формирования было немало преград, которые новой власти предстояло преодолеть. Как шли первые бои, с какими вызовами столкнулась молодая армия и как власть пыталась не допустить ее распада – в воспоминаниях современников. 

Читать

Из пособия для политруков РККА:

«Наша армия называется рабоче-крестьянской. Сверху донизу, от красноармейцев до комиссаров и командиров, она состоит из рабочих, крестьян, из людей, на деле доказавших свою преданность рабочему классу и революции.

Но самое важное — то, что она борется за рабоче-крестьянскую власть, за счастье трудящихся России и всего мира, за уничтожение класса капиталистов. Именно по этой причине наша армия должна быть чисто-классовой. Капиталистам и дворянам, явным врагам пролетариата, не может быть доверено оружие в рядах той армии, которая воюет за уничтожение буржуазного господства.

В декрете ВЦИК’а об обязательной воинской повинности, изданном 28 сентября 1922 года, сказано:

Все граждане РСФСР привлекаются к несению обязательной военной службы в Красной армии и флоте для защиты республики. Лица, коим по их классовой принадлежности или активно выраженной враждебности к Советской власти не может быть доверена защита РСФСР с оружием в руках, призываются на военную службу в особом порядке.

Закон борьбы гласит:

«Отобрать оружие у побежденного является основною задачею победителя, если он хочет, чтобы борьба не начиналась ежеминутно вновь», — эти слова одного из великих вождей рабочего класса, Лассаля, являются для нас руководящими.

На этом рабочий класс в результате упорной борьбы с буржуазией стал твердо и непоколебимо».

1.jpg
Красногвардейский отряд завода «Вулкан», 1917

Из воспоминаний генерал-лейтенанта А. И. Черепанова, 1918:

«В те первые дни, когда Красная Армия только еще создавалась, в ее составе был, как говорил Ленин, «безусловно великолепный боевой материал, но материал сырой, необработанный"{30}. Не удивительно, что возникало немало неувязок, недоразумений, нарушений дисциплины.

…В сумерках, прикрываемая дозорами, на дороге показалась колонна неприятельских солдат.

Я взглянул на установленные по обеим сторонам дороги пулеметы.

— Открывай огонь! — приказал командиру пулеметчиков Газнюку, решив завязать огневой бой, втянуть в него весь полк и таким образом остановить врага.

Лишь только затрещали пулеметы, немцы с удивлением остановились, словно не веря, что их спокойному продвижению по чужой территории кто-то помешал. Затем противник стал откатываться назад.

Вспоминая впоследствии это первое, по существу, еще слабое сопротивление неприятельским войскам, я думал о том, что можно было бы по-настоящему дать отпор врагу даже в этот день, 19 февраля 1918 г., если бы в наших рядах оказались те коммунисты, питерские и псковские рабочие, которые пришли в армию буквально через два-три дня — 22−23 февраля».

2.jpg
Стрелковые формирования РККА, 1920

«Героическая борьба первых красноармейских отрядов на псковском и нарвском направлениях имела громадное значение. Задержав продвижение немецких оккупантов к сердцу молодого Советского государства — красному Питеру, защитники Пскова, Ревеля и Нарвы дали возможность правительству Республики выиграть время для подготовки новых красноармейских формирований. Вместе с ранее действовавшими в этих районах силами революции им удалось окончательно остановить наступление врага на петроградском направлении.

<…>

Планы немецких империалистов на достижение легкой победы рухнули. Для похода на Петроград, Москву, в глубь России требовались большие силы, а они были связаны вооруженной борьбой на Западном фронте. Да и в самой немецкой армии начиналось революционное брожение. В этих условиях правительство кайзеровской Германии вынуждено было отказаться от своих планов войны против Советской Республики. 3 марта 1918 г. в Брест-Литовске был подписан мирный договор. Заключение Брестского, хотя и несправедливого, грабительского, мира, давало молодому государству передышку, необходимую для укрепления Советской власти и строительства новой армии.

В эту грозную и опасную для судеб революции неделю, с 18 по 24 февраля 1918 г., которая, по словам В. И. Ленина, войдет как один из величайших исторических переломов в историю русской и международной революции, самоотверженная борьба первых красноармейских полков и отрядов сыграла поистине выдающуюся роль. Плохо вооруженные, не имеющие достаточного количества боеприпасов, продовольствия и снаряжения, бойцы и командиры проявляли на полях сражений массовый героизм. Уже в первых боях молодые красноармейские полки и отряды доказали непобедимость Красной Армии, ее способность успешно бороться против сильного и коварного врага».

3.jpg
Английский танк, захваченный красноармейцами, 1920

Воспоминания первого наркома по морским делам делам Павла Дыбенко:

«Два классовых врага скрестили свои шпаги. Гражданская война началась, Битва разгоралась. Но восходящий класс, опередивший своего врага ударом, перешел в наступление. Враг оборонялся, отступал. Он старался оторваться от своего противника и закрепить свою базу на Дону, на Кубани, среди заамурских и забайкальских казаков — там, где луч света еще не успел развеять мрак. Началась погоня. Но молодая, еще не окрепшая Красная гвардия, преследуя своего классового врага, встретилась с неожиданными, неучтенными явлениями — стихийным бегством, потоком с фронта многомиллионной армии, начавшимся разложением флота, остановкой промышленной машины, дезорганизованностью государственного аппарата. Наряду с этими явлениями надвигалась новая угроза: внутрь страны двинулись покорные Вильгельму полчища. Они без боя занимали города, захватывали богатства, уничтожали только что народившуюся Советскую власть».

4.jpeg
Парад РККА, 1921

«Теперь, когда вспоминаешь героизм, проявленный бойцами, командирами и шедшими во главе штурмующих колонн делегатами Х съезда во главе с Климом Ворошиловым, то не находишь слов для описания. Это были действительно сказочно легендарные подвиги, которые могла показать только классовая, политически сознательная Рабоче-Крестьянская Красная Армия, умеющая беззаветно драться за дело Великого Октября.

<…>

Только к 7 часам вечера бой начал затихать. Противник, окончательно разбитый и деморализованный, спасался бегством в Финляндию. Окончательно моральный удар был нанесен мятежникам атакой кавалерийского полка, несшегося по льду галопом со стороны Ораниенбаума. Вид атакующей конницы вызвал среди мятежников слухи — в атаку идет конница Буденного.

В день 17 марта полки Рабоче-Крестьянской Красной Армии, ее командиры и влившиеся рядовыми бойцами ответственнейшие коммунары еще раз подтвердили несокрушимость воли рабочего класса.

Кронштадтский мятеж был подавлен. И зорким часовым стоит теперь красный Кронштадт вместе с революционными кораблями на страже великих Октябрьских завоеваний».

5.jpeg
Парад красноармейцев, 1922

Воспоминания маршала Советского Союза Семена Буденного:

«Я встретил Ищенко недружелюбно, и к тому у меня были основания. Он принадлежал к числу тех обозно-партизанских деятелей, которые называли себя пропагандистами и агитаторами, а в действительности были просто болтунами, или, как говорили о них бойцы, бузотерами — любителями говорить, заседать, поучать, но только не воевать. Их было немного, но они очень настойчиво требовали создания солдатских комитетов, таких же, какие были созданы в русской армии после Февральской революции. Они утверждали, что солдатские комитеты необходимы и в Красной Армии — для установления политического ока над командным составом, а то, мол, в среду командиров проникают чуждые революции элементы. В разговоре со мною Ищенко то и дело подчеркивал, что вопросу создания солдатских комитетов придается большое значение и это видно хотя бы из того, что на совещании будут присутствовать прибывшие в дивизию руководители 10-й армии: член Центрального Комитета партии Нарком Сталин и крупный военный специалист бывший генерал Снесарев.

Ищенко рассчитывал заполучить на совещание подобных себе болтунов, но я его предупредил, что приду с бойцами и командирами, которые сознательно борются с врагами Республики и хорошо знают по своему опыту, что такое Рабоче-Крестьянская Красная Армия и чем она отличается от старой русской армии.

<…>

В своем выступлении я старался как можно убедительней доказать, что время солдатских комитетов отошло, что они нужны были в свою пору для разложения старой русской армии, но теперь они совершенно не нужны нам, поскольку мы должны не разрушать свою армию, а укреплять ее. Я говорил, что бойцы Красной Армии в подавляющем большинстве своем рабочие и крестьяне, добровольно выступившие на защиту Советской власти, сами из своей среды выдвинули командиров, ничего общего не имеющих с офицерским составом старой армии, и, следовательно, нет оснований не доверять им — они способны и без опеки солдатских комитетов поддерживать в частях сознательную революционную дисциплину. Возражая против солдатских комитетов, я предложил выдвигать политбойцов, которые будут проводить разъяснительную работу среди красноармейцев. В заключение своего выступления я сказал, что расцениваю инициаторов создания солдатских комитетов как людей, сознательно подрывающих дисциплину в Красной Армии, и предложил снять с повестки дня этот ненужный и даже вредный для дела вопрос, а инициаторов создания комитетов арестовать и направить в Царицын в распоряжение Реввоенсовета армии».

6.jpg
Лев Троцкий в рядах Красной Армии

«…Я высказал свои соображения об организации кавдивизии.

Вероятно, мой доклад сыграл какую-то роль, так как вскоре руководители обороны Царицына приняли решение о создании кавалерийской дивизии.

<…>

Начдивом назначили Думенко, меня — начальником Штаба, потому что по организационной структуре заместитель или помощник начдива не полагался. Однако Думенко вскоре заболел тифом, и командовать дивизией пришлось мне.

<…>

В составе кавалерийского полка по-прежнему осталось пять эскадронов, в эскадроне по четыре взвода. Состав взвода определен в пятьдесят кавалеристов с одним станковым пулеметом на тачанке.

Дивизия имела артиллерийский дивизион четырехбатарейного состава (в батарее четыре пушки) с тем, чтобы каждому кавполку можно было придать по батарее. Артиллерия являлась огневым средством начдива. Кроме того, в распоряжении начдива имелся Особый резервный кавалерийский дивизион трехэскадронного состава (эскадроны того же состава, что и в полках).

Созданием сводной кавалерийской дивизии было по существу положено начало создания стратегической конницы в Красной Армии. Если кавалерийские полки и бригады, входившие в состав стрелковых дивизий, выполняли задачи в интересах своей дивизии, то сводная кавалерийская дивизия должна была выполнять задачи командующего армией в интересах армии и фронта».

7.jpg
Троцкий на красноаармейском митинге

Воспоминания Льва Троцкого:

«Весна и лето 1918 г. были из ряда вон тяжелым временем. Только теперь выходили наружу все последствия войны. Моментами было такое чувство, что все ползет, рассыпается, не за что ухватиться, не на что опереться. Вставал вопрос: хватит ли вообще у истощенной, разоренной, отчаявшейся страны жизненных соков для поддержания нового режима и спасения своей независимости? Продовольствия не было. Армии не было. Железные дороги были в полном расстройстве. Государственный аппарат еле складывался. Всюду гноились заговоры.<…>

Армия под Свияжском состояла из отрядов, отступивших из-под Симбирска и Казани или прибывших на помощь с разных сторон. Каждый отряд жил своей жизнью. Общей всем им была только склонность к отступлению. Слишком велик был перевес организации и опыта у противника. Отдельные белые роты, состоявшие сплошь из офицеров, совершали чудеса. Сама почва была заражена паникой. Свежие красные отряды, приезжавшие в бодром настроении, немедленно же захватывались инерцией отступления. В крестьянстве пополз слух, что Советам не жить. Священники и купцы подняли головы. Революционные элементы деревни попрятались. Все осыпалось, не за что было зацепиться, положение казалось непоправимым.

<…>

И все же революция была спасена. Что понадобилось для этого? Немногое: нужно было, чтобы передовой слой массы понял смертельную опасность. Главным условием успеха было: ничего не скрывать, и прежде всего — свою слабость, не хитрить с массой, называть все открыто по имени. Революция была еще слишком беспечна. Октябрьская победа далась легко. В то же время революция вовсе не устранила одним взмахом те бедствия, какие ее вызвали. Стихийный напор ослабел. Враг брал тем, чего не хватало нам: военной организацией. Этому искусству революция училась под Казанью.

Агитация во всей стране питалась телеграммами из Свияжска. Советы, партия, профессиональные союзы создавали новые отряды и посылали под Казань тысячи коммунистов. Большинство партийной молодежи не умело владеть оружием. Но они хотели победить во что бы то ни стало. А это было главное. Они вправили позвоночник рыхлому телу армии.

<…>

Коммунисты убеждали, разъясняли и подавали пример. Но было ясно, что одной агитацией не сломить настроения, да и обстановка оставляла слишком мало времени. Надо было решиться на суровые меры. Я издал приказ, напечатанный в типографии моего поезда и оглашенный во всех частях армии. «Предупреждаю: если какая-либо часть отступит самовольно, первым будет расстрелян комиссар части, вторым — командир. Мужественные, храбрые солдаты будут поставлены на командные посты. Трусы, шкурники и предатели не уйдут от пули. За это я ручаюсь перед лицом Красной Армии».

8.jpg
«Товарищ Троцкий — вождь Красной Армии»

«Старая армия ещё разбредалась по стране, разнося ненависть к войне, а нам уже приходилось строить новые полки. Царских офицеров изгоняли из старой армии, местами расправлялись с ними беспощадно. Между тем нам приходилось приглашать царских офицеров в качестве инструкторов новой армии… Еще не отзвучали проклятия по адресу старой дисциплины, как уже мы начинали вводить новую. …Оппозиция по военному вопросу сложилась уже в первые месяцы организации Красной Армии. Основные её положения сводились к отстаиванию выборного начала, к протестам против привлечения специалистов, против введения железной дисциплины, против централизации армии и т. д. … Серьезный опыт гражданской войны очень скоро опроверг эти предрассудки. Преимущества централизованной организации и стратегии над местной импровизацией, военным сепаратизмом и федерализмом обнаружились слишком скоро и ярко на опыте борьбы.

На службе в Красной армии состояли тысячи, а затем десятки тысяч бывших кадровых офицеров. Многие из них, по собственным словам, ещё два года тому назад считали умеренных либералов крайними революционерами, большевики же относились для них к области четвёртого измерения…

Во время наших неудач на Востоке, когда Колчак приближался к Волге, Ленин на заседании Совнаркома, на которое я явился прямо с поезда, написал мне записочку: «А не прогнать нам всех спецов поголовно и не назначить ли Лашевича главнокомандующим?» Лашевич был старый большевик, выслужившийся на «немецкой» войне в унтер-офицеры. Я ответил на том же клочке: «Детские игрушки». Ленин поглядел на меня лукаво исподлобья, с особенно выразительной гримасой, которая означала примерно: «Очень вы уж строго со мной обращаетесь». По сути же он любил такие крутые ответы, не оставляющие места сомнениям. После заседания мы сошлись. Ленин расспрашивал про фронт. «Вы спрашиваете, не лучше ли прогнать всех бывших офицеров. А знаете ли вы, сколько их теперь у нас в армии?» — «Не знаю». — «Примерно?» — «Не знаю». — «Не менее тридцати тысяч». — «Ка-а-ак?» — «Не менее тридцати тысяч. На одного изменника приходится сотня надежных, на одного перебежчика два-три убитых. Кем их всех заменить?»

распечатать Обсудить статью