• 8 Мая 2017
  • 14585
  • Артем Кавалерян

Полет «диких гусей»

17 век, Ирландия. В 1691 году к концу подходила война между силами, верными свергнутому королю Англии, Шотландии и Ирландии Джеймсу II.  Представитель династии Стюартов позорно бежал, бросив свою армию на произвол судьбы. Победоносные войска короля Вильгельма окружили в Лимерике якобитскую армию под началом Патрика Сарсфилда. Мятежным ирландцам предложили щедрые условия: амнистию, вступление в ряды армии короля Вильгельма или безопасный проход во Францию. Лишь 3 тыс. человек согласились на первый вариант. 14 тыс. вооруженных якобитов и 6 тыс. членов их семей – женщин и детей – предпочли изгнание. Массовый исход ирландцев в Европу прозвали «полетом диких гусей».

Читать

Большинство эмигрантов поступило на французскую службу — короли династии Бурбонов всегда нанимали много иностранных солдат. В мирное время французская армия 17−18 веков на 12% состояла из иностранцев — итальянцев, немцев, валлонов и швейцарцев. В военное время — до 20%. Как и другим иностранным полкам, ирландцам платили больше, чем их французским коллегам. Всего на службе у Людовика XIV очутилось около 20 тыс. ирландцев — под знамена «Ирландской бригады» постепенно стянулись более мелкие группы эмигрантов-якобитов. К слову, это подразделение никогда не было полностью этнически ирландским — в среднем, по оценке центра изучения истории Ирландии и Шотландии в Тринити-колледже, на 10 ирландцев приходилось 2 англичанина и шотландец.

Армию Сарсфилда во Франции перевооружили и экипировали — ирландцы носили красные мундиры, похожие на те, что использовали их заклятые враги — английские солдаты. В 1692 году «Ирландская бригада» готовилась участвовать во франко-якобитском вторжении в Британию, однако после поражения французского флота при Барфлёре эта идея была забыта. Формально «дикие гуси» клялись в верности королю Джеймсу, однако платил им Людовик XIV, который де-факто и был их новым хозяином.

Ирландцы быстро проявили себя. Они участвовали во многих сражениях войны Аугсбургской лиги и войны за Испанское наследство, показав себя при Стенкерке (1692), Неервиндене (1693), Марсалье (1693), Бленхейме (1704), Альмансе (1707) и Мальплаке (1709). Главный подвиг на службе у Людовика ирландцы осуществили в 1702 году в битве при Кремоне.


В Италии французы сражались, в основном, с австрийскими войсками под началом принца Евгения Савойского. При помощи хитрости, ловкости и подкупа принц Евгений осуществил операцию, которая и по сей день вдохновляет командиров военных спецподразделений. Почти 400 австрийских солдат тайно проникли в Кремону и ночью открыли огонь по спящим французам. Командир французской армии маршал Вильруа был захвачен ирландским солдатом на австрийском службе Фрэнсисом МакДоннеллом. Тысяча человек погибла или была пленена. Остатки французской армии оставили Кремону. Город удерживали лишь два батальона Ирландской бригады из полка Диллона под началом майора Даниэля О’Махони. Именно они отбили атаку австрийских «коммандос» и отбросили их за пределы городских стен.

Атака австрийских гренадер была отбита. Принц Евгений, не желавший допустить лишнего кровопролития, предложил ирландцам переговоры и отправил Фрэнсиса МакДоннелла в качестве своего представителя. Ирландцам предложили перейти на австрийскую службу, получить сказочное вознаграждение, сдать Кремону или умереть. Махони, разумеется, отказался. Тем временем французские офицеры сумели навести порядок в своих рядах, и вскоре 7 тыс. человек присоединились к ирландцам в стенах Кремоны. Австрийцы еще могли победить, но цена могла оказаться слишком велика. Армия принца Савойского сражалась уже десять часов, а прибывающие к французам подкрепления могли окружить его армию в стенах Кремоны. Австрийцы были вынуждены отступить. Их утешительным призом стало пленение маршала Вильруа. Ирландцы потеряли в бою около 200 человек из участвовавших 600. Около 1000 их французских союзников были убиты или попали в плен. Оценки потерь армии принца Евгения разнятся.

Майору О’Махони после битвы выпала честь привезти депеши о произошедших событиях королю Людовику. Ирландца в Версале принимали очень тепло и в приватной обстановке. Король и офицер проговорили о сражении под Кремоной и военных делах около часа. О’Махони зашел к Людовику майором, а вышел из Версаля уже полковником. Вся ирландская бригада получила значительную прибавку к жалованию.


В 1715 году подразделения «Ирландской бригады» участвовали в якобитском восстании в Шотландии. Большинство офицеров и солдат подразделения не были наемниками, какими их порой изображают историки. «Ирландская бригада» была поистине верна французской короне. Ее состав был идеологически мотивирован — по крайней мере, большинство. Конечно, немало среди них было авантюристов, игроков, мерзавцев, насильников, алкоголиков — однако таких можно найти в рядах любой армии.

Если верить письму, написанному сэром Чарльзом Воганом Джонатану Свифту в 1732 году, за сорок лет (1692−1732) сто двадцать тысяч ирландцев были убиты или ранены на иностранной службе. Свифт написал об этом так: «Я не могу удержаться от высокой оценки ирландских джентльменов, которые, будучи изгнанниками и беглецами смогли благодаря своей храбрости и своим подвигам во многих уголках Европы превзойти все остальные нации».

С течением времени этнический состав «Ирландской бригады» постепенно разбавлялся. Ирландцы заводили семьи, интегрировались во французское общество и из «якобитской» армии становились все более похожими на элитное подразделение французских вооруженных сил. Однако от своих корней они не отрывались — их боевым кличем была фраза: «Помните Лимерик и саксонское коварство!».

В битве при Фонтенуа в 1745 году «дикие гуси» атаковали правый фланг британской колонны, разбили знаменитую Колдстримскую гвардию и захватили 15 орудий, обеспечив маршалу Морицу Саксонскому победу над превосходящими силам противника. Два года спустя, при Лауфельде, ирландцы вновь сразились с англичанами и, несмотря на большие потери, отбросили противника назад и заняли деревушку Лауфельд. В результате в руках французов оказалась вся Бельгия. Как вспоминали английские солдаты, им было трудно сражаться с ирландцами — и те, и другие говорили на одном и том же языке и даже носили похожую форму.

500 или 600 ирландцев участвовали в восстании якобитов в 1745 году. Они разбили несколько лояльных британской короне кланов горцев и прикрывали отступление уничтоженной якобитской армии при Каллодене.

До восстания 1745 года британские власти смотрели на сети франко-ирландских вербовщиков в Ирландии сквозь пальцы. Считалось, что отъезд молодых ирландцев во Францию способствует оттоку из страны потенциальных мятежников. Однако после того, как ирландские отряды поучаствовали в восстании якобитов, британские власти стали прикладывать значительные усилия к тому, чтобы не дать французам почти что открыто вербовать людей в свою армию. Приток рекрутов в «Ирландскую бригаду» значительно снизился. В 1792 году полки были окончательно расформированы революционным правительством. Один из бывших офицеров бригады Чарльз Дженнингс был близким сподвижником Наполеона во время кампании в Италии.

В последний раз ирландцы проявили себя в военной истории Франции во время Наполеоновских войн. Французский император, готовясь к вторжению в Британию, сформировал «Ирландский легион», куда вошло много бывших офицеров бригады и участников восстания 1798 года. Несмотря на то, что вторжение так и не состоялось, члены легиона хорошо проявили себя в боях в Германии, Испании и Нидерландах. Во время британского вторжения в Голландию в 1810 году, во время боев в Вальхерене, капитан Лоулесс и лейтенант О’Рейли спасли полкового орла и получили от императора Наполеона ордена Почетного Легиона. В 1814 году «Ирландский легион» три месяца оборонялся в Антверпене от атак английских войск, удерживая город для Наполеона. В 1815 году история ирландских подразделений во Франции окончательно завершилась. Среди потомков ирландцев во Франции — маршал Второй Империи МакМагон, ставший президентом Республики, маршал Наполеона МакДональд. По материнской линии ирландская кровь текла в жилах генерала де Голля — величайшего из французов XX века.

Вторым наиболее популярным местом несения службы для «диких гусей» была Испания. Условия и оплата тут были намного хуже, поэтому зачастую ирландцы дезертировали отсюда на французскую службу, где платили намного более щедро и чьи командиры были компетентнее своих испанских коллег. Испано-ирландские полки несли службу не только в Европе, но и в Мексике, на Кубе и в Гондурасе. Немалая часть королевской гвардии также набиралась из ирландцев. Одним из потомков испано-ирландских офицеров являлся Бернардо О’Хиггинс — герой борьбы Чили за независимость и первый президент этой страны. Все ирландские полки испанской армии были расформированы в 1818 году, равно как и другие иностранные подразделения. Были и многие другие — Томас Райт из Дрогеды или Артур Сэндс, в чью честь названы улицы в нескольких городах Эквадора.

Еще менее популярными направлениями была служба в Италии или Австрии. Ирландская рота гренадеров под началом Фрэнсиса Терри служила дожу Венеции. Потомки Терри традиционно командовали в Венеции драгунским полком, пока последний из представителей рода не был убит французами в 1797 году.

В Австрии не было «ирландских» полков, но немало офицеров ирландского происхождения. Максимилиан Ламораль О’Доннелл, спасший жизнь Францу Иосифу Первому. Готтфрид Фрайхер фон Бэнфилд, один из самых известных австрийских асов Первой мировой войны.

Даже в России были свои «дикие гуси». Потомком таких является генерал от кавалерии Иосиф Корнилович О’Рурк — обрусевший потомок ирландских якобитов, поступивших на службу к Петру Первому. Да и большинство знаменитых шотландских советников Петра также являлись якобитами.

Призраки забытых войн, проваленных заговоров, разбитых мятежей, братство изгнанников и лишенных всего людей — вот кем были знаменитые «дикие гуси». Они славились своей храбростью на поле боя, верностью королю и непреклонным упрямством. Они покрыли себя славой, однако каждая из битв, в которых погибали ирландцы, служа королям Франции, Испании или императору Австрии была не ради этого. «Дикие гуси» хотели с триумфом вернуться домой. Однако их мечте не суждено было сбыться.

В 1978 году на большой экран вышел фильм «Дикие гуси» режиссера Эндрю В. МакЛагена. Сюжет повествовал о приключениях группы европейских наемников в Африке, а сама история была основана на военных операциях знаменитых командиров «солдат удачи» Боба Денара и Жана Шрамма в Конго, а также на биографии конголезского политического деятеля Моиса Чомбе. Для сценария использовали книгу бывшего высокопоставленного сотрудника родезийской разведки Дэниэла Карни «Тонкая белая линия», в которой описаны события, по слухам, произошедшие в реальности. Правду о заключении Чомбе и деятельности Денара в конце 1960-х можно узнать, только имея доступ к архивам разведслужб, однако фильм отличается изрядной достоверностью в вопросах сюжета, описания африканской политики и деятельности, а также поведения наемников. Последнее — заслуга того, что в качестве консультанта к работе над фильмом был привлечен легендарный командир британских наемников Майк «Бешеный Майк» Хоар — человек, разбивший в Конго самого Че Гевару.

Когда встал вопрос о том, как назвать фильм, Хоар выступил с предложением — «Дикие гуси». МакЛаген попросил объяснить причину, и тогда Хоар, который как и многие ирландцы гордился своим историческим наследием, рассказал режиссеру об ирландских солдатах, служивших европейским королям. Этих наемников так и называли — «дикие гуси». Название было принято, и теперь наемников называют не только «солдатами удачи» или «псами войны», но и «дикими гусями».

распечатать Обсудить статью