• 22 Октября 2016
  • 9818
  • Мария Молчанова

Кинократия. «Полеты во сне и наяву» Романа Балаяна

Картина режиссера Романа Балаяна нашла точное воплощение эпохи советского «застоя». После того, как запустили космические корабли, а мир поделили на сферы влияния, в жизни простого советского человека образовалась пустота. Вакуум этот заполнялся главным образом бытовыми конфликтами, повальной рефлексией, разбавленной алкоголем, и наивными представлениями об окружающем большом мире, который ретранслировали через балет либо победы очередной «пятилетки». Внешние атрибуты этого периода казались вполне благополучными, однако, не всякой личности находилось место в сером упорядоченном социуме. Так и у главного героя фильма, Сергея Макарова (Олег Янковский) неожиданно что-то щёлкнуло и безвозвратно перевернулось.

Читать

Проблематика фильма гораздо глубже, чем может показаться на первый взгляд. Это не рядовые проблемы человека, достигшего кризиса среднего возраста. Главный герой начинает пристально наблюдать за своей жизнью со стороны, привычная модель существования рушится на его глазах — зрителю приходится только догадываться, о чем он думает. Его сознание, закадровый голос, молчит — скорее, это можно отнести к режиссерской задумке, чем к простому сценарному совпадению. Люди, окружающие его долгое время, становятся статичными и неживыми: вся их энергетика и эмоции с этого момента начинают идти параллельно внутренним переживаниям главного героя. Его любимые и близкие искренне недоумевают и не понимают весь экзистенциальный смысл полетов сознания героя, которые он выпускает наружу.

Это бешеная и неукротимая энергия, которая исходит от человека, неожиданно открывшего глаза. Единственный персонаж, который находится на одной волне с главным героем, — это его маленькая дочь, чье восприятие еще не затуманено бытовыми масками, социальными ролями и иерархическими статусами. Она проживает те же моменты, что и отец, но только в своем детском мире. Она искренне любит главного героя, любит окружающий мир и находится с ним в полной гармонии.

Иллюстрация 1.jpg
Кадр из фильма «Полеты во сне и наяву»

Образ, созданный Янковским, представляет собой типичного героя русской классической литературы, чей характер предстает в крайностях, одновременно свойственных его натуре: убийца-страдалец Раскольников, рефлексирующий философ Печорин и возвышенный идеалист Пьер Безухов. Не случайно в этой связи высказывание режиссера Романа Балаяна по поводу причин утверждения именно Олега Янковского на главную роль, а не Никиты Михалкова, под которого сценарист Виктор Мережко и писал сценарий: «Я увидел по телевизору фильм Татьяны Лиозновой «Мы, нижеподписавшиеся…» с участием Олега Янковского. Я засмотрелся на то, как он режет лимон. Просто режет лимон… Я не знал сюжета картины, смотреть стал откуда-то с середины. Но мне вдруг увиделось что-то двусмысленное в таком незамысловатом как будто действии артиста. Я почувствовал, что за его героем стоит очень многое, неоднозначное, что этот человек двулик, неверен… Больше того, по его лицу не видно, какой он человек. Никто заранее не знает, не в состоянии определить, плохой он или хороший. Его взгляд, я убеждён, способен выразить немыслимую амплитуду: от мерзавца до Христа. Такая сложность меня устраивает».

Помимо лабиринта мыслей главный герой соприкасается с окружающим миром через второстепенных персонажей-проводников, таких как Сергей Синицын (Олег Меньшиков) — молодая копия главного героя с идентичным именем. Он один из немногих персонажей, играющий без серой статики — его герой юн, амбиции бьют ключом, а циничная улыбка чем-то похожа на легкую иронию самого Макарова. Выйдя за рамки фильма, можно продолжить сравнение этих двух талантливых актеров — намек на преемственность в фильме, как и в реальной творческой биографии Олега Янковского и Олега Меньшикова, героев-одиночек, полных ироничного отношения к окружающему миру.

Иллюстрация 2.jpg

Фильм, казалось бы, состоящий в основном из серых красок депрессивной глубинки, таит в себе много знаков-подсказок, насыщая эту ленту новыми смыслами, как бы в тайне, которую было запрещено замечать советским кинокритикам. Взять хотя бы кульминацию фильма — парящие качели под пронзительную песню Валерия Леонтьева. Этот лаконичный режиссерский жест стал визуальной метафорой всей ленты — человек, вышедший за пределы зоны своего внутреннего комфорта и воспаряющий в небо. Таких знаков-аллюзий на протяжении киноповествования достаточно много. Вот как трактует свой главный эпизод сам режиссер: «Например, в фильме есть кадр, где главный герой бежит по полю к стогу сена. А на нем кроссовки с красной подошвой. Критик писал: «Это не просто подошвы — это красные подошвы. Потому что у него горит земля под ногами!» А я вспоминаю, как на площадке орал на реквизитора: «Дура, ты что, не могла найти обувь с нормальными подошвами?!»

Сюжетная линия фильма довольно типична для того времени: вспомнить хотя бы пьесу Александра Вампилова «Утиная охота» и снятый на ее основе фильм «Отпуск в сентябре» с Олегом Далем в роли Зилова. Герои Даля и Янковского — потрепанные жизнью инженеры-романтики, носящие серые кофты, джинсы клеш и кеды. Они продолжают совершать те же ошибки, делать трагические выводы, не находя выхода из замкнутого круга своей жизни. Единственным способом вырваться из рутины повседневности оказывается самоубийство, которое совершает Зилов из пьесы Вампилова и должен был бы совершить герой Янковского, если бы не цензура, которая не смогла бы пропустить в прокат фильм с таким концом.

Иллюстрация 3.jpg

Экзистенциальный выплеск героя в фильме «Полеты во сне и наяву» остро ощущается в моменте, когда Сергей проигрывает спор умиляющемуся молодому герою Меньшикова и, залезая под стол, от души кукарекает. В мимике Янковского прослеживалась вся жизненная полнота главного героя, возможно, даже счастье. Это до конца не ясно — режиссер оставляет в недоумении не только других героев фильма, но и зрителей, предлагая открытый финал.


Цитаты из фильма:

«Вот сидят две женщины, одинаково дорогие для меня. С одной меня ничего не связывает, кроме долга, с другой — всё, кроме долга»

«Тебе не стыдно перед людьми? — Нет. Они прекрасно продемонстрировали свои лучшие качества»


распечатать Обсудить статью