• 7 Июня 2017
  • 11388
  • Оля Андреева

Факультатив по истории. #Меняневзяли

Начало двадцатого века – время особое. Женщины уже могут получать образование, но им по-прежнему практически ничего нельзя. Манекенщица, гувернантка, прачка – примерный список «разрешенных» женских профессий. Что было альтернативой скучной жизни и почему революция – женское дело, в новом выпуске «Факультатива по истории».

Читать

#Меняневзяли — это не выдумка столичных хипстеров, а классический лейтмотив женской судьбинушки в условиях Российской империи. Этакий идеальный заголовок для дамской автобиографии, если ты родилась до революции 1917-го. Ну, потому что не берут действительно никуда. Даже если недурна собой и чудом, с грехом пополам отходила на какие-то курсы и получила образование. Дальше-то что? Замуж, рожать детей, слоняться по Летнему саду и посещать приемы, на которых позволено сидеть преимущественно молча и смеяться над шутками своего спутника, иначе дома будет «атата».

Появиться одной в ресторане — нонсенс: сразу понятно, чем ты зарабатываешь на жизнь. Работать в ресторане тоже нельзя. В 1910 году Городская дума даже издала специальное постановление, согласно которому женская прислуга должна была покинуть трактирные заведения, а поскольку их владельцы выполнять приказ не спешили, в рестораны средь бела дня приходили с инспекцией. Фармацевтика? Что вы! Аптекам разрешили брать на учебу девушек только в 1888 году. Когда Антонина Лесневская открыла на Невском проспекте первую аптеку с полностью женским персоналом, ей все равно пришлось нанять одного мужчину — на случай «щепетильных разговоров с покупателями мужского пола».

2.jpg

А щепетильные разговоры возникали, многие господа категорически отказывались ходить в аптеку, где заведует женщина. Мысль о том, что баба способна не только пилюли заворачивать и рецепты подписывать, а работать наравне с мужчиной, надо полагать, взрывала им мозг. А эти страшные две минуты на тротуаре поздно вечером, когда ты не дай бог где-то задержалась, и швейцар уже запер входную дверь, и пока он ковыляет тебе отпирать, со всех сторон проспекта свистят и спрашивают цену? Это что, нормальная жизнь?

Луч света в темном царстве — революционеры. Во второй половине девятнадцатого века наболело порядком у всех, поэтому во всех слоях населения революционеров хватает. Они, к счастью, видят в тебе не живой манекен для демонстрации шелковой накидки, а равного себе человека. Как следствие, все больше девушек на стыке двух веков рассуждают так: меня никуда не берут — пойду в «Народную волю». Посмотрите на списки террористок. Перовская — аристократка, выпускница Аларчинских курсов. Засулич — дворянка, окончила частный московский пансион. Фигнер — дочь штабс-капитана в отставке, студентка Цюрихского университета. Господи, да в этих женщинах кипит жизнь! У них энергии через край, а им предлагается до конца своих дней шить приданое и стоять в очереди за фальшивыми бриллиантами на Невском? Сидеть дома, когда по соседству изобретаются бомбы, сочиняются новые конституции, а в центре города роют подкопы для взрывчатки под царскую карету? Ага, конечно. Размечтались.

распечатать Обсудить статью