• 5 Февраля 2018
  • 4438
  • Документ

«Не одни немцы виноваты в общей бойне»

Владимир Короленко считал, что в Первой мировой войне не могло быть победителей и побежденных - «все окажутся одинаково виновными перед высшей идеей человечества». А в годы гражданской войны писатель выступил с критикой методов, которыми большевики осуществляли строительство социализма; на них он возлагал ответственность за тысячи погибших в разных уголках страны. «Война коренится глубоко не в одних человеческих заблуждениях и пороках, но и в общественных условьях, вследствие которых и люди, совсем не склонные к убийству, видят, что идти защищать свое отечество нравственно неизбежно», - писал Короленко. 

Читать

Алеманову

27 ноября 1916 г. [Полтава].

Милостивый государь.

Начиная с самой войны, — все, что происходит теперь, — есть преступление перед высшими началами человеческой жизни. Но я плохо верю в голую проповедь и всегда в том, что писал, исходил из идеи, что обращаться нужно не только к совести, но и к учреждениям, всегда говорил о том, что исправимо такими-то путями, хотя бы пути эти были трудны и отдалены. Вот Вы пишете, что хотели, чтобы Вас приняли в действующую армию. Но ведь война — самое страшное зло и преступление всего человечества и, если бы это зло и преступление можно было остановить проповедью общих идей братства и протеста посредством печати, — то, конечно, в среде всех воюющих народов нашлись бы если не тысячи, то сотни или хоть десятки людей убежденных и сильных, во всяком случае много раз сильнее меня. Но дело в том, что будь это даже всё Толстые, — и они не могли бы остановить войну, потому что она коренится глубоко не в одних человеческих заблуждениях и пороках, но и в общественных условьях, вследствие которых и люди, совсем не склонные к убийству, видят, что идти защищать свое отечество в этой общей свалке народов приходится, что это нравственно неизбежно. Конечно, не одни немцы виноваты в этой общей бойне. Виновато все человечество, еще не нашедшее других способов для решения международных споров. И если бы Толстой теперь встал из могилы и стал повторять общие формулы: убивать грех, люди братья, то и ему бы ответили: мы это знаем, но я, человек, к совести которого Вы обращаетесь, не хочу, чтобы мой немецкий брат жег, убивал и насиловал в моем отечестве. И немец скажет то же самое о своем русском и французском брате. И оба правы, и оба страшно виноваты. Правы потому, что не могут иначе защитить своих, виноваты потому, что не должны бы убивать и насиловать других. И когда начать искать источника этой трагедии, этой вины без отдельных виновников, то непременно придешь прежде всего к несовершенству общественного устройства, при котором народы слишком мало участвуют в решении таких вопросов и споров. А затем потянется вереница причин, устранять которые нужно будет упорно и долго по наступлении мира…

Так и по отношению к теперешней нашей разрухе обращаться к личной морали дельцов — недостаточно. Один Протопопов с его отсутствием государственного смысла, навязанный нам в руководители, наделал столько зла, что армии проповедников не справиться хотя бы только с одними моральными последствиями его деятельности. И я считаю, что теперь важно и нужно проводить в сознание общества мысли о более совершенных формах государственного устройства, чем проповеднические формулы.

Знаю, что многие думают иначе, и Толстой, например, человек гениальный и морально сильный, — считал, что центр тяжести в миллионах отдельных совестей, а не в учреждениях, и что нужно обращаться именно к проповеди, а не к сознанию необходимости более совершенных общественных форм. Об этом можно сказать очень много. Я ограничусь тем, что я в голую проповедь морали не верю, а значит и не могу быть «пророком» в том смысле, как Вы пишете, хотя, конечно, совершенно сочувствую некоторым Вашим мыслям.

С уважением

Вл. Короленко.

Написав это письмо и обратившись к Вашей подписи для адреса, вижу, что оно едва ли дойдет до Вас. Вы подписались два раза, и оба раза, несмотря на отличный почерк — Вашу подпись я не мог разобрать. Как будто Алеманов, но может быть и совсем не Алеманов (Алемавсов? Алемавский?)

распечатать Обсудить статью