«Наш долг — долг русской эмиграции — принять посильное участие в борьбе с большевизмом всегда, везде и при любых обстоятельствах», — писал общественный деятель и член Русского общевоинского союза (РОВС) Василий Орехов на страницах эмигрантского журнала «Часовой» в самый разгар Зимней войны. Русские военные, после Гражданской войны покинувшие Россию, искали любой повод для того, чтобы вновь выступить с оружием в руках против большевиков. Война СССР и Финляндии стала поводом для их активизации, что привело к попыткам создания на территории Суоми Русской Народной Армии.

Русские эмигранты и Финляндия

Во время революционного лихолетья и Гражданской войны Финляндия стала местом пристанища тысяч русских, бежавших из страны из-за прихода к власти большевиков. Однако их жизнь в бывшей части Российской империи, только получившей независимость и пережившей свою кровопролитную междоусобную войну, была сопряжена со многими трудностями. Хельсинки всячески поддерживал родственных переселенцев из Ингерманландии и Восточной Карелии, однако этнические русские, в большинстве своём оставшиеся без средств к существованию, ограничивались лишь помощью международного Красного Креста. Это было связано с чрезвычайно подозрительным отношением финнов к русским. Не без оснований — белогвардейцы слишком долго тянули с окончательным решением о независимости Финляндии, а война против большевиков в Карелии для многих участников имела яркую националистическую окраску.

1.jpg
Русские беженцы на финской границе. Ноябрь 1918 года. (aalto.vbgcity.ru)

Всего из России в Финляндию эмигрировало около 20 тыс. человек, считая ингерманландцев с карелами. В 1922 году вместе с теми выходцами из империи, кто проживал здесь ещё до революции, численность русских от общего населения страны составляла около 1%. Состав эмигрировавших был чрезвычайно пёстрым — можно было встретить и представителей буржуазии и дворянства, бежавших из Петрограда, и участников Кронштадтского восстания, и крестьян из смежных с Финляндией областей, спасавшихся от продразвёрстки.

С течением времени многие эмигранты покинули Финляндию и отправились искать свою судьбу в другие страны Европы. Бывшие военные чины организовывались в союзы, чтобы сохранить связи и, в случае благоприятного момента, вновь выступить против большевиков. Одним из самых крупных объединений стал РОВС, основанный в 1924 году бароном Петром Врангелем. Союз имел своих представителей на всех континентах и в большинстве европейских стран — не стала исключением и Финляндия, где местное отделение возглавлял капитан Фёдор Шульгин, уроженец Хельсинки.

2.jpg
Фёдор Шульгин. Слева — в форме финской армии. (yle.fi)

РОВС предлагает руку помощи

Осенью 1939 года, когда отношения между СССР и Финляндией обострились в связи с тяжёлыми переговорами о границе, часть русской эмиграции всецело поддерживала последнюю. В журнале «Часовой» появлялись публикации, полные слов поддержки по отношению к Финляндии: «Чувства наши всецело на стороне финнов, вторично с большим мужеством и настойчивостью защищающих свою независимость от посягательств коммунистической власти».

Ещё в самом начале войны отдельные члены РОВСа добровольно шли в финскую армию, а русские белые офицеры, находившиеся в Эстонии, предлагали финским военным свои услуги, касающиеся разведки. Уже в декабре 1939 года глава союза, генерал Алексей Архангельский, сообщил Карлу Густаву Маннергейму о том, что офицеры организации могут поступить в распоряжение финского командования в качестве военных специалистов и разведчиков на территории СССР. Тем не менее командующий финской армией сначала отказался от помощи эмигрантов. Это нежелание можно объяснить тем, что для Финляндии война приняла «национальный» характер, она стала для них своей «Отечественной», поэтому появление русских союзников могло подорвать боевой дух войск.

3.jpg
Генерал Алексей Архангельский. (pereklichka.livejournal.com)

Впоследствии сам Архангельский писал об этом в своём отчёте 30 марта 1940 года: «Финскому правительству было необходимо сохранить полное единение народное, и это единение оно могло сохранить, лишь ведя войну национально-оборонительную против русских». Такое положение дел сохранялось до второй половины января 1940 года — в этот момент ситуация на фронте начала складываться не в пользу финнов. Поэтому они более благосклонно отнеслись к предложениям РОВС, которые озвучил в ходе встречи с Маннергеймом и высшим генералитетом армии Борис Бажанов, бывший «секретарь Сталина», разочаровавшийся в коммунизме и сбежавший из СССР в Персию в 1928 году. В Европе он предложил свои услуги РОВС.

Русская Народная Армия: создание и конец

Бажанов прибыл в Финляндию в январе 1940 года и посетил несколько финских лагерей для военнопленных, где провёл беседы с красноармейцами. Затем подготовил план создания отрядов из пленных русских, которые возглавили бы офицеры РОВС. Он писал генералу Карлу Рудольфу Вальдену, члену Совета Обороны Финляндии: «Необходимо эти отряды назвать отрядами Русской Народной Армии. Это не значит, что уже есть такая армия. Это значит, что есть отряды, являющиеся первыми единицами такой, начинающей зарождаться армии».

4.jpg
Карл Рудольф Вальден. (Wikimedia Commons)

По плану Бажанова, следовало набирать солдат для отрядов РНА из военнопленных, избегая при этом вербовку офицеров младшего командного состава и политруков. Первые отряды должны были выполнять, в первую очередь, пропагандистские функции, призывая своих соотечественников за линией фронта к добровольной сдаче оружия. При увеличении численности отрядов планировалось переходить и к боевым задачам — заброске за линию фронта для действий на коммуникациях Красной армии. В перспективе Бажанов предполагал превратить Зимнюю войну в русскую гражданскую, открыв полноценный фронт в Карелии и в будущем взяв Ленинград. Конечно, этот план казался фантастическим, с чем соглашался и сам его автор: «Никто не может гарантировать, что всё именно так гладко и произойдёт, но поскольку все элементы положения поддаются учету, всё это представляется вполне возможным».

5.jpg
Советские военнопленные. Декабрь 1939 года. (sa-kuva.fi)

Финское командование дало добро на реализацию этого плана, и Бажанов приступил к вербовке уже в феврале 1940 года. Из пленных красноармейцев удалось отобрать 150 человек, которые отправились в отдельный лагерь для подготовки под руководством белых офицеров. Их подбором занимался глава финского отделения РОВСа Фёдор Шульгин. Прежде всего было необходимо подготовить новобранцев идеологически и наладить отношения между офицерами и рядовыми. Последнюю проблему особо подчёркивал сам Бажанов: «Они говорили на разных языках, и мне нужно было немало поработать над офицерами, чтобы они нашли нужный тон и нужные отношения со своими солдатами».

Первые два отряда численностью в 40−50 человек были подготовлены к началу марта 1940 года и отправились на Ладожский фронт. К сожалению, история сохранила имя лишь командира одного из них, подпоручика Владимира Бастамова. Генерал Архангельский высоко оценил эффективность этого отряда: «он привёл с фронта красноармейцев в числе, превышающем значительно его состав — все они также пожелали перейти на сторону русского народного отряда».

6.jpg
Финский плакат, призывающий красноармейцев к сдаче в плен. (sovunion.info)

Однако общая военная ситуация уже не располагала к продолжению создания Русской Народной Армии. Прорыв линии Маннергейма и дальнейшие события постепенно подводили войну к своему логическому завершению. Солдаты белогвардейских формирований были вынуждены репатриироваться, так как всё ещё считались военнопленными — там ими занялись чины НКВД. К сожалению, до сих пор нет достоверных данных о том, что же именно случилось с теми, кто согласился вместе с белогвардейцами выступить против СССР на стороне Финляндии. Известно лишь, что из репатриированных 158 человек были приговорены к высшей мере наказания — возможно, что значительная часть из них состояла в РНА.

7.jpg
Пленные советские солдаты возвращаются домой. (sa-kuva.fi)

Несмотря на то, что планы по созданию Русской Народной Армии провалились, генерал Архангельский высоко оценивал опыт Зимней войны для русской военной эмиграции: «Стояла суровая зима, и трудно было надеяться, что пленные красноармейцы, только что спасшиеся от опасности на фронте, попавшие после сильных морозов в тепло, накормленные досыта, могли быть возбуждены пропагандой до такой степени, чтобы идти опять на холод и голод и вновь подвергать свою жизнь опасности. Но тем не менее, несмотря на неблагоприятную обстановку и на короткий срок, отпущенный нам судьбой, произведённый «опыт» с пленными дал блестящие результаты».

Источники

  • Источник лида: sa-kuva.fi
  • Источник анонса: sovunion.info
  • Александров К. Русские солдаты Вермахта. Герои или предатели. М., 2005.
  • Голдин В.И. Солдаты на чужбине. Русский Обще-воинский союз, Россия и русское зарубежье в XX – XXI веках. Электронное издание, 2011.
  • Geust C.F. Valkoiset emigrantit ja Stalinin sotilaat Suomen armeijassa // Sotahistoriallinen aikakauskirja. №31. Helsinki, 2011.

Сборник: Зимняя война

В результате советско-финской войны 1939—1940 гг. к СССР отошли Карельский перешеек с Выборгом, ряд островов в Финском заливе, северное и западное побережья Ладожского озера.

Рекомендовано вам

Лучшие материалы