• 30 Октября 2018
  • 3231

Цена победы. Заговор «Белой розы» в Мюнхене

Их имена носят десятки немецких школ и улиц. Они национальные герои и кумиры нескольких послевоенных поколений в Германии. Ганс и Софи Шолль, Александр Шморель, Кристоф Пробст — лидеры студенческой антифашистской организации «Белая роза» — стали одним из главных символов движения Сопротивления в Третьем рейхе.



Читать

Отец Александра Шмореля, доктор Гуго Карлович, был выходцем из немецкой купеческой семьи. Мать, Наталья Петровна Введенская, была русской женщиной. Александр родился в 1917 году в Оренбурге и был крещен в русской Православной церкви. Год спустя мать умерла от тифа. Отец, женившийся вторым браком на дочери владельца пивоваренного завода Елизавете Егоровне Гофман, в 1921 году переехал в Германию и осел в Мюнхене.

Казалось бы, другая страна, другой язык (отметим, что Шморель одинаково хорошо говорил и на русском, и на немецком), однако Александр всегда ощущал себя русским человеком, подчеркивал, что он — русский по матери. Живя в Германии, Шморель был активным прихожанином Мюнхенского православного прихода. Да и вообще в семье чтили и поддерживали русские традиции.

В 1937 году Александр был призван в армию, но отказался принимать присягу на верность Гитлеру, попросил об увольнении. И все могло бы сложиться очень плохо, если бы не великодушность командира, который обратился к отцу и наказал разобраться с сыном.

После увольнения в запас в 1939 году Шморель вернулся домой и поступил на медицинское отделение Мюнхенского университета. Однако в 1940 году его снова призвали в армию. В составе санитарной роты он попал во Францию.

Как военный врач, участвовал Александр и в войне с Советским Союзом: он нес службу в пехотной дивизии в районе Гжатска. Осталось очень много воспоминаний и самого Шмореля, и его товарищей об этом периоде. Например, в своих дневниковых записях пребывание в СССР один из друзей Александра оценивает так: «Для меня пребывание вместе с Алексом совершенно по-другому дает пережить пребывание здесь, в России. Я чувствую русскую душу, я понимаю русское население, мы много общаемся».

Что касается «Белой розы», то, по сути, данная группа сформировалась весной 1942 года, когда Ганс Шолль и Александр Шморель встретили друг друга. Вместе ребята начали сочинять и распространять листовки, стараясь пробудить нацию, указать на неправильные действия нацистского правительства. Пребывание на фронте, где товарищи увидели оккупацию, зверства, не только укрепило их веру в правильность идеи, но и кардинально изменило стиль работы. На стенах домов стали появляться лозунги: «Долой Гитлера!», «Свобода!» и так далее.

Вокруг Шмореля и Шолля сплотились и другие студенты: сестра последнего Софи, Вилли Граф, Кристоф Пробст. Чуть позже им удалось привлечь к своей деятельности и профессора философии Курта Хубера.

Портрет Александра Шмореля. Фото с сайта ru.wikipedia.org
Портрет Александра Шмореля. (wikipedia.org)

По поводу того, почему свою группу ребята назвали «Белая роза», существует масса мнений. Согласно одному из них, название было навеяно Гансу Шоллю испанскими романсами Брентано. Кто-то считает, что предложение исходило от Александра Шмореля.

Возвращаясь к деятельности группы, следует отметить, что за оружие молодые люди не брались. Они оказывали пассивное сопротивление, стараясь достучаться до сознания своих сограждан и объяснить им, что все, происходящее в стране, — настоящий хаос.

Тысячи жителей городов Германии (Берлина, Франкфурта, Мюнхена и так далее) получали листовки, призывающие к сопротивлению существующему режиму. Свои воззвания ребята печатали сначала на машинке, а потом размножали при помощи гектографа. Адреса получателей они брали из телефонных справочников, пытаясь при этом найти мультипликаторов своих идей, то есть тех, кого они считали элитой нации. Письма рассылались ученым, адвокатам, врачам, владельцам общественных заведений (с целью получить дополнительное распространение), плюс, конечно, для контроля самим себе, родственникам.

Под различными предлогами в университете Шолль старался достать бумагу — дефицит военного времени. Но еще большей проблемой было приобретение почтовых марок. Практически сразу после первых акций по вбросу листовок гестапо разослало указание немедленно докладывать обо всех, кто приобретает больше 10 — 15 марок одного типа.

Несколько слов следует сказать и про содержание листовок, которые печатали члены «Белой розы». В нынешней Германии тексты этих листовок являются лучшим образцом литературы. Все воззвания ребят написаны очень грамотным, серьезным стилем. В них, помимо примеров многочисленных преступлений нацистов, фактов из повседневной жизни Рейха, приводились цитаты Гете, Шиллера, Лао-цзы.

В заключении лингвистической экспертизы, которую гестапо заказало с целью найти автора листовок, сказано, что с большой долей вероятности воззвания писал выходец из профессорско-преподавательских кругов, который очень хорошо ориентировался в ситуации не только в самом Мюнхене, как столице движения, но и в ситуации в Рейхе, в международной обстановке.

18 февраля 1943 года брат и сестра Шолль пришли в здание Мюнхенского университета и разложили свои листовки пачками перед лекционными аудиториями. Несколько сотен экземпляров Софи сбросила в холл университета со второго этажа. В этот момент ее увидел сторож и вызвал гестапо. Так начала свою работу следственная машина. Во время задержания у Ганса Шолля при себе оказался рукописный черновик листовки, написанный Кристофом Пробстом, который он попытался проглотить. Естественно, ему никто не дал этого сделать. По почерку имя автора было быстро установлено.

Александр Шморель, направлявшийся на учебу, совершенно случайно в трамвае услышал, что здание университета оцеплено, кого-то поймали. Он, конечно, догадался, о чем идет речь, и попытался бежать. Некоторое время он скрывался в Швейцарии с паспортом гражданина Болгарии, но в итоге вернулся в Мюнхен, где практически сразу был выдан в руки гестапо.

На допросах ребята не запирались, стараясь по максимуму взять всю вину на себя.

По делу «Белой розы» было проведено пять показательных процессов. Первый прошел молниеносно. 22 февраля в течение двух часов Кристофа Пробста, Ганса и Софи Шолль осудили и тут же обезглавили.

Всего было арестовано 29 человек. Семерых приговорили к смертной казни, шестерых оправдали, остальные получили разные сроки лишения свободы.

Роланд Фрейслер, 1944 год. Фото с сайта de.wikipedia.org
Роланд Фрейслер, 1944 год. (wikipedia.org)

Несколько слов о том, почему процессы над членами группы «Белая роза» принято считать показательными. Во-первых, в зал суда была приглашена специальная публика. Защиты как таковой не было. Официальные адвокаты во время процесса торжественно заявили, что, узнав о чудовищных деяниях своих подзащитных, отказываются их защищать. Ну и дальше Фрейслер, который был мастером ведения показательных процессов, просто не давал никому вставить слова. Он кричал, возмущался, одним словом, представлял все в нужном свете.

Кстати, со вторым процессом вышла небольшая заминочка. Дело в том, что вермахт возмутился: как это так — политический суд осуждает его служащих. Поэтому в срочном порядке от фельдмаршала Кейтеля поступило распоряжение Александра Шмореля и других ребят уволить из армии и сделать гражданскими лицами.

Статья основана на материале передачи «Цена победы» радиостанции «Эхо Москвы». Гость программы — историк Игорь Храмов, ведущие — Владимир Рыжков и Виталий Дымарский. Полностью прочесть и послушать оригинальное интервью можно по ссылке.


распечатать Обсудить статью
Источники
  1. Изображение для анонса материала на главной странице: timeline.com
  2. Изображение для лида: de.wikipedia.org