В духе традиций
Конечно, и до Израиля Ицковича Брехмана были медицинские теории и научные работы, в которых так или иначе нашли отражение основные принципы ЗОЖ. Пальма первенства в этой области принадлежит, пожалуй, традиционной китайской медицине, хотя и греческие врачи и философы внесли в становление идеологии ЗОЖ заметный вклад. Так, философ Гераклит ещё в 5-м в. до н. э. говорил, что удовольствия становятся ярче, если сталкиваются со своей противоположностью: «Болезнь делает приятным здоровье, зло — добро, голод — насыщение, усталость — отдых». Надо находить золотую середину и придерживаться умеренности, только она способствует совершенствованию человека.
Один из главных трактатов тибетской медицины Чжуд-Ши учил, что огромное число болезней являются следствием употребления нездоровой пищи и неправильного образа жизни, который не соответствует конституции и возрасту человека, климату и другим факторам. Более того, одной из главных причин заболеваний тибетцы считали невежество, но не в плане отсутствия знаний, а как невосприимчивости к новому. А также жизнь, нацеленную на личное обогащение и получение удовольствий. Обжорство, распутство, совершение преступлений — всё это в равной степени рассматривалось тибетской медициной как причины нездоровья.
Ещё одним философом, система взглядов которого повлияла на формирование идеи ЗОЖ, называют итальянца Луиджи Корнаро, жившего в Венеции в 15-м в. Иногда его относят к философам, но с тем же основанием его можно отнести к популяризаторам наук или просто к… шарлатанам. История Корнаро фактически строится по законам современного пиара. Человек он был невоздержанный, любил все жизненные излишества, и к 40 годам полностью потерял здоровье. Врачи мало чем могли помочь Корнаро, но рекомендовали поменять питание и употреблять в пищу то, что обычно прописывают больным. Примерно через год он почувствовал себя новым человеком, и надо отметить, что Корнаро удалось то, что не удаётся большинству людей: добившись оздоровления, он смог не сорваться, а придерживался здорового питания всю оставшуюся жизнь. Коронаро ел мало, выбирал те продукты, которые его организм хорошо усваивал, а также считал, что здоровая пища должна быть простой. Лучшими продуктами он считал яйца.
Корнаро собирался прожить 100 лет, однако умер то ли в возрасте 99, то ли в 95 лет. В чём же шарлатанство, спросите вы. Дело в том, что современные исследователи полагают, что в какой-то момент он «добавил» себе примерно 20 лет, так что в состоянии его организма и долгожительстве в принципе не было ничего удивительного. Но его безусловной заслугой является то, что он проповедовал ценность старости как возраста, в котором человеку всё ещё доступны и радости, и наслаждения.
![3.jpg 3.jpg](/upload/medialibrary/328/3280183dff187aae911748f21e96e18c.jpg)
В 18-м в. один из главных трудов, посвящённых ЗОЖ, носил название «Макробиотика». Его автор Кристоф Вильгельм Гуфеланд, лейб-медик прусского короля, систематизировал знания о том, что влияет на продолжительность жизни. По его мнению, к благоприятным факторам относился прохладный климат, брак, регулярный труд, умеренность в потреблении вина и мяса, определённый уровень образования, жизнь в деревне или небольшом городе. Несмотря на некоторую хаотичность в перечислении благоприятных факторов, «Макробиотика» вполне может считаться системой ЗОЖ. Правда, Гуфеланд в своей книге приводил и малореалистичные примеры: он, в частности, писал, что некоторые пожилые люди в 60−70 лет начинали жизнь сначала: у них вырастали здоровые зубы, волосы, происходило общее омоложение организма. В принципе он полагал, что человек вполне может дожить до 150 лет.
В России примерно в это же время получила распространение книга Парфения Енгалычева «О продолжении человеческой жизни, или Средство, как достигнуть можно здоровой, весёлой и глубокой старости и как предохранять здравия надежнейшими средствами, и пользовать болезни всякаго рода». Енгалычев с юности служил в лейб-гвардии, но интересовался и литературой, был автором нескольких книг, посвящённых воспитанию, медицине и гигиене. На основе нескольких иностранных источников он и составил свой труд, который был достаточно популярен, хотя к нему рекомендовали относиться с осторожностью: всё-таки Енгалычев врачом не был. Но советы его были всё в том же духе, что и у его предшественников: избегать сильных страстей, быть скромным и целомудренным, анализировать своё состояние и пытаться понять, что нужно твоему организму, пить воду и молоко, содержать тело в чистоте, вести активный образ жизни и не спать на мягких перинах.
Как мы видим, начиная с древних времён рекомендации для продления жизни были примерно одинаковыми: умеренность, активный образ жизни, труд. Но именно Израиль Брехман создал на этой основе новую науку — валеологию.
Адаптация к трудностям
Израиль Ицкович Брехман родился в 1921 г. в Самаре. В 1940 г. поступил на Военно-медицинский факультет при 1-м Ленинградском медицинском институте: с одной стороны, он хотел стать врачом, с другой, — не хотел терять время на службу в армии, а этот факультет принимал выпускников сразу после школы. Его учёба пришлась на самые сложные военные годы, и диплом он получил в победном 1945-м. Молодого военного врача распределили на Тихоокеанский флот.
Ещё будучи студентом, Брехман принимал участие в разработке стимулятора «прозамин»: во время войны возникла потребность в препаратах, повышающих выносливость и оказывающих на организм тонизирующее действие. После войны работа продолжилась, но уже с другой стороны — Брехман занялся не поиском оптимальных сочетаний стимулирующих препаратов, а изучением свойств женьшеня. Тем более что жизнь на Дальнем Востоке располагала к этому.
Стараниями Брехмана и его коллег целебные свойства корня получили всеобщее признание, в 1949 г. был даже создан «Женьшеневый комитет при Президиуме ДВФ АН СССР». Однако чтобы покрыть потребности здравоохранения в сырье, нужно было организовать выращивание женьшеня на плантациях, а это оказалось очень сложно. В итоге Брехман занялся поисками природного заменителя «корня жизни», и им оказался элеутерококк. Так что во многом популярностью природных стимуляторов, которые широко используют и в наши дни, мы обязаны дальневосточным врачам 1940−1950-х годов.
Но врач не ограничился изучением природных свойств женьшеня и элеутерококка, а развил учение об адаптогенах, то есть таких веществ, которые, не нанося вреда организму, повышают его сопротивляемость. Этим направлениям заинтересовались спортивные врачи, особенно те, которые готовили олимпийскую сборную, специалисты-подводники, врачи, которые отвечали за здоровье космонавтов. Также элеутерококк начали применять на вредных производствах для восстановления здоровья рабочих. Со временем Брехман стал ведущим специалистом в области препаратов-адаптогенов, а элеутерококк вошёл в число наиболее изученных природных веществ этого класса.
![1.jpg 1.jpg](/upload/medialibrary/a5c/a5cd98fa28a086ebac6ce2f46db926db.jpg)
От частного к общему
Постепенно основным предметом интереса Израиля Ицковича стали не просто адаптогены, а сохранение и укрепление здоровья в целом. Он полагал, что на человека постоянно действуют три потока информации: сенсорный (то, что мы воспринимаем органами чувств), вербальный (словесный) и структурный, который включает самые разные сведения: от структурных элементов пищи до состава вдыхаемого воздуха. Чем сложнее последний поток, тем лучше для здоровья. Но упрощение химического состава синтетических продуктов, а также употребление большого количества рафинированного сырья приводит к тому, что наш организм оказывается обделен важной структурной информацией. Отсюда — вполне практическая идея обогащения продуктов дополнительными элементами. Например, на Приморском сахарном комбинате начали выпускать сахар, обогащённый лимонником и элеутерококком, а также тёмный неочищенный сахар.
Следующим направлением работы стало создание… Нет, не очередных обогащённых продуктов питания, а беспохмельной водки. Об остроте проблемы алкоголизма говорить не нужно, и Брехман решил исследовать, возможна ли в принципе эффективная профилактика этого заболевания. В частности, он изучил европейский опыт, где люди потребляли больше вина, чем крепкого алкоголя, и зависимость формировалась реже. В результате из виноградных кистей без ягод и шкурок винограда было получено вещество, которое назвали «каприм» (от сложения наименований двух регионов — Кахетия и Приморский край). Полифенол каприм снижал вероятность развития алкоголизма, и в итоге на его основе стали производить парадоксальный напиток «Золотое руно», фактически это была антипохмельная водка. Крепость напитка была 35 градусов, но похмелья он не вызывал, а также от его употребления не возникало привыкания.
Впрочем, люди покупали «Золотое руно» неохотно: стоил напиток дороже, чем водка, а вкус у него был необычный, напоминал одновременно перцовку и кофе. Но он «работал»! В 1984 г. в Северо-Эвенском районе Магаданской области провели эксперимент: всю обычную водку из магазинов изъяли, а купить в рознице можно было только напиток с капримом. Так как район это труднодоступный, альтернативы у населения не было: пили то, что завезли в магазин. В итоге за десять месяцев эксперимента потребление алкоголя в регионе снизилось на треть, так как исчезла необходимость похмеляться. Но антиалкогольная кампания, массово развернувшаяся в СССР с приходом Горбачёва, перечеркнула все результаты исследований с антипохмельной водкой.
Таким образом Брехман ушёл в популярную сегодня область функционального питания, фактически став его основоположником в СССР. Это направление на стыке медицины и нутрициологии: в рацион вводятся такие продукты, которые способны улучшать функционирование органов и систем. В итоге организм оздоравливается без применения медикаментов. В Европе и США эта концепция вошла в обиход в 1990-е годы, а вот в России она прижилась гораздо позже.
В конце жизни Брехман объединил весь опыт, полученный за годы работы, предложив новую науку о здоровье — валеологию (от латинского valeo — быть здоровым). Он считал, что его задача как врача — это оптимизация здоровья и повышение работоспособности. Он же ввёл в обиход понятие «фармакология здоровья», то есть применение препаратов, которые служат в первую очередь для профилактики и повышения устойчивости организма к негативному воздействию среды.
Это был совершенно иной подход, чем тот, который был в современной Брехману медицине. «Человек почти полностью отдан медицине, которая рассматривает его через призму патологии. Наука о человеке должна быть фундаментальной. Одной из важных составных частей о человеке должна стать наука о здоровье». Инициатива нашла понимание, изучение валеологии внесли в учебные программы вузов, во Владивостоке появился научно-координационный Центр валеологии. Но после смерти Брехмана на валеологию ополчились другие учёные, фактически назвав её лженаукой.
Конечно, принципы здорового образа жизни формулировали и до, и после Брехмана. Его основной заслугой было то, что он призывал изучать не только патологию и возможности лечения различных заболеваний, но и исследовать, что такое здоровье. Индивидуальные особенности здорового организма имеют огромное значение, и основоположник валеологии считал, что учитывать надо не только частные случаи заболеваний, но и частные случаи здоровья. Можно сказать, что современный подход персонифицированный медицины, который всё чаще применяется в практике, был заложен именно в 1990-е годы.