• 31 Января 2019
  • 1419
  • Документ

«Мне не нужно другого возмездия, лишь умереть у ваших ног»

После воцарения Елизаветы Петровны Христофор Миних был обвинен в измене и приговорен к ссылке в Сибирь. Здесь Миних провел 20 лет. Он направлял на имя императрицы письма с просьбой назначить его губернатором и различные проекты. «Сделать, чтобы пространство от Ораниембаума до Петербурга покрылось сплошь увеселительными домами, садами, фонтанами и каскадами по благому начертанию Петра Великого», - значилось в одном из писем.
Читать

Фельдмаршал Миних из Сибири. 1746

Предложения весьма секретные.

Августейшая, могущественнейшая и пр.

Если Божественное Провидение, которое охраняет священную особу вашего величества, дабы более и более умножать славу вашего престола и вашей империи, с той счастливой минуты, когда славной памяти Петр Великий начал, по какому то прямо божественному побуждению обдумывать и изобретать деятельные меры к блистательному возвышению Российской монархии над всеми государствами и державами сего мира; - если это вечное Провидение, правящее сердцами государей, внушит вашему величеству почтить меня своим высоким доверием: то я мог бы, августейшая государыня, указать и привести в исполнение, с успехом равно быстрым и счастливым, и в угоду вашему величеству, одно из величайших и славнейших намерений возлюбленного родителя вашего величества, славной памяти Петра Великого. Как бы вспомошествуемый Божественною Десницею, я имел счастие предъуспеть в большом Ладожском канале, который без меня обошелся бы в миллионы и судя по тому, как взялись за него, потребовал бы от тридцати до сорока лет работы, и даже по окончании, был бы никуда не годен. Славной памяти император признавал эту истину, и она была источником того доверия и императорского уважения, коими удостоивал меня сей несравненный монарх, что известно и самому вашему величеству. Россия мне обязана тем, что уже 16 лет судоходен этот большой канал, памятник забот Петра Великого об его империи, польза которого неисчислима для флота вашего величества, для торговли по Балтийскому морю и для новых городов, Петербурга и Кронштата. Меры, которые я укажу, и выгоды, с коими я приведу их в исполнение, коль скоро Богу будет угодно даровать мне жизнь и нужные силы для занятия, столь важными предприятиями, существенным образом будут содействовать к тому, чтобы в славное царствование вашего величества довершились намерения Петра Великого, кои имею честь предложить, а имянно:

1) Придать городу Кронштату то благообразие, которое имел в виду славной памяти Петр Великий, когда он основывал это морское место, служащее входом в Россию, и с кончины великого государя оставленное в совершенном небрежении.

2) Сделать, чтобы пятидесятиверстное пространство от Ораниембаума (что напротив Кронштата) до Петербурга покрылось сплошь увеселительными домами, садами, фонтанами и каскадами, бассейнами и водохранилищами, парками и веселыми дорожками и пр. и все это по благому начертанию Петра Великого, по смерти его оставленному в небрежении.

3) Чтобы город Петербург, любимое местопребывание Петра Великого, им основанное и уже знаменитое, достиг в немногие годы той разительной красы и блестящей величавости, кои предназначал ему Петр Великий. Есть на то тысячи средств, но многие из них до такой степени укрыты и, осмелюсь сказать, преданы забвению, что их не легко раскроют перед вашим величеством.

4) Чтобы река Нева, на пространстве 60 верст от Петербурга до Шлиссельбурга, окаймилась деревнями, загородными домами, парками, водохранилищами, фермами и пр., чего, как довольно известно, желал покойный монарх.

5) Чтобы берега Ладожского канала, в 104 версты длиною, от Шлюссельбурга до Новой Ладоги, покрылись народонаселением и оный сделался бы великолепнейшим каналом в свете согласно воле императора (творца этой великой постройки) которую он мне определительно изволил выразить, в справедливости чего свидетельствуюсь Богом. По смерти монарха эти повеления его были лукавым образом обойдены.

Одним словом, чтобы от Кронштата до Ладоги на реке Волхове и даже до самых ворот вашего дома, выстроенного в Ладоге для ее величества славной памяти императрицы Екатерины (их величества имели намерение ежегодно плавать по каналу в сопровождении министров и генералов и министров иностранных) все пространство в 220 верст было покрыто городами, замками, дворцами увеселительными и загородными домами, садами, парками, фермами и пр.

Таково, августейшая и милостивейшая монархиня, было великое и величавое намерение славной памяти покойного вашего родителя, и я при исполнении оного желал превзойти все чем хвалится Версаль, справедливо почитаемый за совершенство в своем роде.

Ничего мне не стоит доказать вашему величеству, самым ясным, не оставляющим никакого сомнения образом, верность всего мною изложенного касательно этого великого предприятия, равно как обнаружить причины, воспрепятствовавшие, до благополучного царствования вашего величества, исполниться этому предприятию, столь славному и достойному своего учредителя. Но, всемилостивейшая императрица, никто кроме меня, не в состоянии обнаружить и устранить все трудности и неудобства столь обширного и величавого предприятия, в чем ваше величество немедленно согласитесь, коль скоро вам угодно будет даровать мне столь желанную для меня возможность предстать к священной вашей особе. Я объяснюсь так ясно, верно и точно, что дельность моих представлений не укроется от проницательности вашего величества, и, я убежден, вы пожалеете о том, что прошло уже четыре года благополучного вашего царствования, и до сих пор еще не приступлено к общему исполнению столь славного для вас предприятия.

Я не останавлюсь на этих предложениях, всемилостивейшая императрица, и открою, еще два проэкта славной памяти Петра Великого, относящиеся до безопасности империи и верных подданных вашего величества, и тем более важные, что от их точного и скорого осуществления зависит отчасти сердечное спокойствие и мир вашего величества, коих никто на свете не желает вам столь ревностно и пламенно, как я.

И так дозвольте, великодушная императрица, воздать мне эту дань памяти Петра Великого, которого прах я почитаю и который, ходотайствуя обо мне, ныне обращается к вам с сими словами:

«Прости этому удрученному все его вины, из любви ко мне; прости ему, из любви к тебе; прости ему, из любви к империи, которую ты от меня наследовала; благосклонно выслушай его предложения, и прими их, как плоды сердца, тебе верного, преданного и ревностного. Простри руки к удрученным, извлеки их из несчастия, Спаситель прострет к тебе руки, когда ты явишься пред Ним. Не внимай тому что тебе говорят про них, и Бог услышит тебя в час, когда ты призовешь Его. Будь милосерда, и Бог покроет тебя небесною славою. Не забывай несчастных, и Бог запишет твое имя в книгу вечной жизни. Не упускай этих случаев, которые посылаются тебе Провидением, дабы ты снискала предназначаемый тебе венец правды».

О Елизавета Петровна! императрица, достойнейшая занимать престол монарха и отца, коего память будет любезна всем векам, внемлите словам этим. Следуя во всем по стопам и геройским, великодушным деяниям столь возлюбленного родителя, возмите пример, им преподанный. Петр Великий, побуждаемый негодованием и правосудием, прогневался на князя Василия Владимировича Долгорукого и послал его в ссылку; и Петр великодушный, побуждаемый милосердием, вызвал из ссылки этого генерала и за тем почтил его высоким своим доверием.

Но паче ли всех, всемилостивейшая императрица, достойны подражания примеры милосердия, преподанные вам Петром великим, славной памяти?

Лишь только ваше величество помилуете меня, Бог утешит и облегчит ваше сердце во всех могущих тревожить его огорчениях: таковы непременные следствия дел угодных Всемогущему, Который есть источник сострадания к удрученным.

Смиренное сознание своих проступков, искреннее раскаяние, соединенное с ревностью и желанием делать всякое по возможности добро, приближает грешника к Богу и обеспечивает ему Его пощаду и вечное блаженство.

О Елизавета Петровна, изображение Бога, по судьбам Провидения заступающее Его место на земле! Так как именно меня наполняют к вашему величеству эти чувства раскаяния, ревности и желания, то не тронут ли они христианского и столь великодушного вашего сердца? Бог, царь царей, имеет свойства, по которым вы можете познавать Его, каковы Его всемогущество, базпредельная святость и проч. Но Он ммеет и другие свойства, по которым вы можете уподобляться Ему, каковы снисхождение, милосердие и пр. Бог требует их от вас, а я, о божие изображение, молю о них сердцем, исполненным благоговения к вашему величеству.

И так мне предстоит всего ожидать от милосердия вашего величества. Хоть и знаю, что вы государыня изо всех на свете, самая величавая и щедрая на вознаграждение сердцем вам преданных; но я не прошу, о Елизавета Петровна, ни чинов, ни земель, ни дворцов, ни богатств; нет, великодушнейшая императрица, не того прошу я.

Мне не нужно другого возмездия, как лишь умереть у ваших ног, но наперед, достойною данью, которую я воздам вечнославной памяти Петра великого, убедить вас в неизреченном усердии, которое я питаю ко всему, что касается до славы, выгоды и удовольствий священной особы вашего величества.

NB. Я повезу вас, всемилостивейшая императрица, из вашего летного Петербургская дома в Царское Село на прекрасной яхте, в сопровождении сотни шлюпок, по каналу, который проведу с помощью Божиею прежде чем мне умереть; и надеюсь, что ваше величество примите меня также милостиво, как некогда Анна Петровна и славной памяти Петр Великий на канале Ладожском.

Напоследок я сделаю для вашего величества то, чего никто не сделает с равным усердием и успехом: я пожертвую всем для вас. Сделайте для меня то что вам стоит одного слова! Произнесите, божественная императрица, вашими устами сии угодные Богу слова:

Я тебе прощаю,

и вы все сделаете, и Бог, неистощимый источник милосердия, приумножит еще те благословения, коими Он ущедрил священную особу вашего императорского величества.

Вечная Правда, коей открыта прямота моего сердца, может свидетельствовать, что я ни за какие блага в мире не захотел бы прибегать ко лжи во всем том, что ныне имею честь представить вашему величеству. Какая мне была бы польза приобрести все богатства мира, коль скоро оставить меня Тот, Кто оные дарует?

И так Богу предлежит тронуть и преклонить сердце вашего величества, дабы вы, всемилостивейшая императрица, будучи владычицею всех сердец, подвигли сердца безжалостные и мне враждебные, и выслушали меня благосклонно.

В ожидании сего утешения, жена моя, орошающая слезами стопы вашего величества и я, мы не перестанем, до последней минуты жизни, с горячностью просить Бога о благе и высоком поспешении вашего величества и их императорских высочеств, пребывая с глубочайшею и неизреченною покорностью вашего императорского величества нижайший и наискорбный Б. де Миних.

30 марта 1746 года

распечатать Обсудить статью
Источники
  1. vostlit.info
  2. Изображения для анонса материала на главной странице и для лида: wikipedia.org