• 25 Сентября 2018
  • 6694
  • Максим Новичков

Злодей Салаватка и башкирский батыр

Участник пугачевского восстания, поэт-импровизатор и башкирский национальный герой Салават Юлаев в царскую эпоху оставался для власти и большинства историков злодеем и разбойником. Официально его образ стали прославлять уже после Октябрьской революции. Каким Салават запомнился его современникам, свидетелям и участникам крестьянской войны?

Читать

«Семья, природа и школа были его воспитателями; под влиянием их рос мальчик, развивались его силы и способности и закладывался характер будущего героя… Впечатлительный, с натурой страстной и поэтической, он ко всему прислушивался, на все отзывался и приходил в восторг от красот родной природы…»

этнограф Филипп Нефедов — первый русский биограф Салавата Юлаева (1838 — 1902)

«Салават Юлаев, ростом двух аршин четырех вершков с половиною (164 см), волосом черен, глаза черные. На шее рубец, бит кнутом, ноздри рваные, на лбу и щеках указные знаки, 21 году»

именная опись, составленная в Уфимской провинциальной канцелярии в 1775 году

«И пойду на Симский завод, где, по дошедшим ко мне известиям, в семи верстах от заводу находится злодейский начальник башкирский старшина Салават, а на Саткинском заводе — злодейский начальник атаман Белобородов…»

Иван Михельсон, военачальник, победивший Пугачева

1.jpg
Изображение: pinterest.com

«Будучи ж в марше, повстречался со злодеем башкирцом Салаваткою, у которого было злодейской толпы до трёх тысяч человек, и имел с ними прежестокое сражение. Но храбрыми ея величества воинами все были обращены в бег, и несколько сот человек в преследовании побито, и едва сам злодей Салаватка мог спастись. Оставивши свою лошадь, бежал в болото. С нашей же стороны вреда никакого не было»

«Дерзкой их прожект столь был сделан с их злодейским против вверенных мне войск вреден, которых я от такого вероломного народа никак не воображал, однако ныне видел в настоящем деле»

победитель Салавата Юлаева Иван Рылеев

«Может быть, вкус мой многим покажется странным, но, откровенно сказать, когда играли на двух чебызгах и горлом любимую башкирскую балладу о батыре Салавате, я слушал ее с удовольствием»

Василий Зефиров, «Рассказы башкирца Джантюри» (1847)

«…По ночам около кошей горели яркие огни, и в тихом воздухе стыла башкирская монотонная песня, рассказывавшая про подвиги башкирских богатырей, особенно о знаменитом Салавате…»

Дмитрий Мамин-Сибиряк, «Приваловские миллионы»

«Если спрашивать о летах Салавата — четырнадцати лет он стал богатырем»

«Тучи клич Салавата рвал, когда в бой он воинов звал»

народные песни

«Башкирцы не унялись. Старый их мятежник Юлай, скрывшийся во время казней 1741 года, явился между ими с сыном своим Салаватом. Вся Башкирия восстала, и бедствие разгорелось с вящей силою. Михельсон, успевший еще переправиться через Вятку по льду, а через Уфу на осьми лодках, продолжал путь, несмотря на всевозможные препятствия, и 5 мая у Симского завода настиг толпу башкирцев, предводительствуемых свирепым Салаватом. Михельсон прогнал их, завод освободил и через день пошел далее. Салават остановился в осьмнадцати верстах от завода, ожидая Белобородова»

Александр Пушкин, «История Пугачева»

2.jpg
Изображение: yburlan.ru

«…велеть им, Юлаю и Салавату, во всех оных местах, которым при наставлении приложить записку, учинить наказание кнутом, дав нижеописанное число ударов, а именно:

Юлайке: на Симском заводе — сорок пять на Усть-Катавском — сорок пять, на Катавском — сорок пять и в деревне Орловке — сорок пять ударов;

Салаватке: на Симском заводе — двадцать пять, в деревне Юлаевой — двадцать пять, в деревне Лак — двадцать пять, в Красноуфимске — двадцать пять, в Кунгуре — двадцать пять, в Осе — двадцать пять, и в том же месте, где он, не доезжая Елдяка, чинил с подполковником Рылеевым сражение (т.е. д. Нуркина) — двадцать же пять.

А в последних, то есть, Юлаю — в деревне Орловке, а Салаватке — близь Елдяка вырвав ноздри и поставя на лбу и на щека: указные знаки…»

Уфимская провинциальная канцелярия

«По содержанию данного мне из реченной провинциальной канцелярии наставления, посланным за конвоем воинской команды преступником Юлаю Азна-лину и сыну ево, Салавату, в тех местах, которые мне в приложенном при наставлении реэстре назначены, при собрании народа и по прочтении публично приложенного при том о винах их определении, наказание кнутом с вырезанием ноздрей и с постановлением знаков чрез заплечного мастера Суслова учинено. И как они, так и тот мастер при сем в оную провинциальную канцелярию представляются. Да и оное наставление со определением при сем же прилагается»

коллежский регистратор Федор Третьяков

Изображение анонса: e-wiki.org
Изображение лида: slavia. ee

распечатать Обсудить статью