• 20 Сентября 2017
  • 9802
  • Максим Новичков

Не автоматом единым

В Москве на Садовом кольце открыли памятник Михаилу Калашникову. Над проектом своего автоматического оружия конструктор начал работать во время Великой Отечественной войны. Получив ранение в сражении под Брянском, он попал в лазарет, где и сделал первые пробные наброски. АК-47 могло бы и не появиться – с контузией сержант Калашников неделю находился в тылу врага, пока не добрался до советских частей под Трубчевском.  

Читать

От стенда с объявлениями до знакомства с Жуковым

Михаил Калашников был призван на военную службу в 1938 году, а уже в 1940-м он познакомился с Георгием Жуковым, командовавшим в то время Киевским Особым военным округом. Двадцатилетний Калашников был механиком-водителем, но уже тогда проявил блистательные способности конструктора. До войны им был разработан инерционный счетчик выстрелов из танковой пушки и приспособление для пистолета ТТ, повысившее точность стрельбы из башни танков.

Другое изобретение, счетчик моторесурса, рекомендовали к серийному производству. О конкурсе на создание этого прибора Калашников узнал от командира своей роты, посоветовавшего обратить внимание на стенд с объявлениями. Специалисты отозвались о новинке коротко и емко: «Счетчик прост в изготовлении и безотказен в работе». Сам Калашников вспоминал, что документ с тем самым отзывом стал первым официальным признанием его едва наметившейся конструкторской деятельности.

Жуков сам захотел познакомиться с молодым изобретателем, когда ему доложили о появлении важной новинки. Уезжая к нему в Киев, Калашников и не рассчитывал, что навсегда покидает свою часть на Западной Украине, намереваясь вернуться назад — на учения. Однако после сбивчивого от волнения доклада конструктора отправили в Киевское танковое техническое училище. В его мастерских прошли успешные испытания счетчика на боевых машинах. На второй встрече Жуков подарил Калашникову часы, которые, правда, не сохранились.

1.jpg
Георгий Жуков, 1940

Танковый счетчик планировалось запустить в серийное производство на ленинградском заводе, для чего его создатель переехал в Ленинград. Шла весна 1941 года. Вскоре процесс заморозили — началась Великая Отечественная война.

Фронтовик

С наступлением войны Калашников прибыл в Харьков, где формировалась его часть. На станции им были случайно встречены старые сослуживцы. Пока товарищи на радостях обнимались, отошел от перрона поезд, в вагоне которого остались чемодан и шинель Калашникова. По счастью, документы старшего сержанта остались при нем.

Фронтовая страница биографии конструктора началась с назначения командиром танка. Летом — осенью 1941 года чередовались бесконечные марши и фланговые удары. Танкистов бросали в атаку туда, где приходилось туго пехоте. Один из боев походил на карусель. На дальних подступах к Брянску танк Калашникова стоял в засаде, пока немецкие бронированные машины наступали на позиции советской пехоты. В самый напряженный момент боя поступила команда зайти в тыл противнику. Следуя за командиром роты, танк Калашникова сделал резкий маневр, скрылся в ложбине, а затем ударил во фланг неприятелю.

2.png
Механик-водитель танка Калашников в учебном батальоне, г. Стрый, 1940

В другой контратаке рота сержанта попала под огонь вражеской артиллерийской батареи. Плечо Калашникова было насквозь прошито осколком, сам он — контужен. Случилось это под Брянском, шел октябрь 1941 года. Воевать пришлось всего два месяца.

Калашникова вместе с еще одиннадцатью ранеными нужно было на полуторке отправить в медсанбат. Задача осложнялась тем, что теперь танковая рота оказалась в тылу врага. Солдат сопровождали военврач и медсестра. В одной из деревень сержант в группе из трех человек отправился на проверку — узнать есть ли в селении опасность. Пока продолжалась разведка, вторая часть группы была расстреляна немцами.

До линии фронта добрались только трое. В мемуарах Калашников сетовал на то, что помнит имя лишь одного из своих спутников — «водителя Колю». Мытарства растянулись на неделю. Путники избегали населенных пунктов. От боли в плече Калашников периодически впадал в забытье. Возможно, он так бы и не добрался до цели, если бы по дороге не удалось узнать от крестьянина о фельдшере, который накормил, сменил повязки и дал ночлег на три дня — «палаты» обустроили прямо на сеновале. Вскоре вместе с лейтенантом и шофером Калашников вышел к одной из советских частей недалеко от Трубчевска.

Госпиталь. Идея фикс

Поскольку за время скитаний рана была запущена, лечение Калашникова затянулось. В госпитале у него появилось свободное время; внимание конструктора вновь переключилось на изобретательское ремесло. Прошло совсем немного времени, и сержант заболел идеей создания нового автоматического оружия. На нее натолкнул собственный фронтовой опыт и бурные дискуссии с другими военными в палате — танкистами, пехотинцами, артиллеристами, саперами. Особенно внимательно слушались истории тех, кто ходил в атаку с пистолетом-пулеметом.

Для проектирования счетчиков от природы сметливому конструктору было достаточно прирожденной интуиции и базовых знаний. Новая задумка требовала образования. Предоставленный самому себе Калашников стал наведываться в библиотеку госпиталя, где его ждал двухтомник «Эволюция стрелкового оружия».

3.jpg
Открытие памятника Михаилу Калашникову в Москве, 19 сентября 2017 года

В шестимесячном отпуске по ранению конструктор создал первую модель собственного пистолета-пулемета. Образец был усовершенствован в Алма-Ате, куда Калашникова командировало начальство. На фронт он так и не вернулся, полностью посвятив себя оружейному ремеслу. Всего через несколько лет, в 1947 году был разработан АК-47.

распечатать Обсудить статью