• 30 Апреля 2017
  • 13919

Цена победы. Дорога на Сталинград

Морозные просторы непокорной страны, разбитые дороги, заваленные брошенной техникой, гибель друзей и безымянные могилы у обочин… О пути к Сталинграду, завершившемся для немцев грандиозным поражением, рассказывают ведущие передачи «Цена победы» радиостанции «Эхо Москвы» Дмитрий Захаров и Виталий Дымарский. Полностью прочесть и послушать оригинальное интервью можно по ссылке.

Читать

Начнем с небольшого экскурса по событиям 1942 года. После успешного январского наступления, когда присутствовала некая эйфория и было намечено ни много ни мало, а десять ударов, которые по замыслу наших маршалов должны были окончательно разгромить немцев, после разговоров Сталина о том, что надо рассматривать послевоенные границы уже в конце 1942 года, наши армии постигли одна катастрофа за другой. Сотни тысяч человек были потеряны во время Керченской операции, колоссальные потери были под Ржевом, во время обороны Севастополя. И так каждая из этих операций, которые бравурно планировались в начале 1942 года, ожидаемых результатов, к сожалению, не принесли. Постепенно все это двигалось в направлении «харьковской катастрофы». Ну, а вслед за тем, что произошло под Харьковом, мы неизбежно выходим на дорогу на Сталинград.

Существует мнение, что если бы Гитлера не одолела эйфория одержанных побед, если бы он иначе спланировал зимнее наступление 1942 — 1943 годов, то и ход войны мог бы развиться по-другому. Многие эксперты даже считают, что фюреру вообще не следовало идти на Сталинград, это был ошибочный ход.

Вообще, ситуация была такова, что часть немецких войск в это время активно вела боевые действия на Кавказе. (Что стало с Крымом и Керчью нам хорошо известно). Но существовала и так называемая 41-я директива ОКХ, которая предусматривала нанесение удара по Сталинграду. И как с точки зрения наших военных историков, так и с точки зрения историков западных, в том числе немецких, если бы армия Паулюса не была ослаблена и если бы она получила в свое распоряжение танковую армию Гота и все, что ей полагалось в тот момент для нанесения удара по Сталинграду, то тогда цель была бы достигнута именно так, как это и предусматривало немецкое командование.

ФОТО 1.jpg
Военнослужащие РККА у танка Т-60 под Сталинградом, 1942 год

То есть операция формально считается начавшейся 17 июля 1942 года, когда передовые части Паулюса вошли в огневой контакт с передовыми частями генерал-майора Колпакчи в районе реки Чир. Немцы планировали, что они захватят Сталинград к 25 июля. С 17 по 25 июля — неделя. Но ситуация была такова (и опять же это отражает наша история), что армия Паулюса, 6-я полевая армия, двигавшаяся на Сталинград, не имела тех ресурсов, которыми она могла бы располагать.

«История Второй мировой войны», советский фундаментальный труд, сообщает: «Немецко-фашистское командование настолько было уверено в быстром и легком захвате Сталинграда, что сочло даже возможным взять из наступавшей на Сталинградском направлении 6-й армии несколько соединений и передать их в состав армий, действовавших на других направлениях и вывести в резерв. В итоге состав этой армии к 17 июля сократился по сравнению с началом месяца с 20 до 13 дивизий. Из подвижных, соединений в ней осталась только одна моторизованная дивизия». То есть это все, чем располагал Паулюс. Конечно, это достаточно приличные силы: 270 тысяч человек, 3 тысячи орудий, около 500 танков.

Что противостояло Паулюсу на начальном этапе битвы? На Сталинградское направление были выдвинуты из резерва 62-я, 63-я, 64-я армии. Командующим фронтом утвердили Тимошенко, членом Военного совета — Никиту Сергеевича Хрущева. В общем, все было замечательно. Кроме того, к этим трем армиям добавились вышедшие из окружения части 28-й и 38-й армий. Естественно, они были очень сильно потрепаны, но тем не менее это достаточно большое количество людей. Таким образом, к началу оборонительной операции в распоряжении Тимошенко находилось 540 тысяч человек, свыше 1000 танков, 734 самолета. Прикрытие нашей группировки с воздуха осуществляла 8-я воздушная армия Тимофея Тимофеевича Хрюкина, которую усиливали 210 бомбардировщиков дальней авиации и 60 истребителей 102-й авиадивизии ПВО.

В общем, всего хватало. И вроде бы при таком численном преимуществе все должно было бы, как говорится, закончиться за здравие, но закончилось, как мы знаем, весьма затяжной и кровопролитной битвой, которая продолжалась с июля по конец января 1943 года.

ФОТО 2.jpg
Заседание Военного совета Сталинградского фронта. Слева направо: Н. С. Хрущев, генерал-майор А. И. Кириченко, первый секретарь Сталинградского обкома ВКП (б) А. С. Чуянов и командующий фронтом генерал-полковник А. И. Еременко. Сталинград, 1942 год. Автор фото: Олег Кнорринг

Что же и как происходило на Сталинградском направлении? Фронт, который образовался в результате отступления от Харькова, получился достаточно протяженный — порядка 520 километров. Но если прикинуть количество войск, которыми располагала наша сторона, плотность получается очень и очень высокая. При этом, надо сказать, что на помощь еще не вступившим в ожесточенные бои нашим войскам из тыла выдвигались дополнительные формирования. С Дальнего Востока в резерв сталинградской группировки перебрасывалось еще 8 стрелковых дивизий, формировалась 57-я армия под командованием генерал-майора Никишева, было принято решение о создании 1-й и 4-й танковых армий.

Возвращаясь к роковой, как считают историки, ошибке Гитлера, который разделил группировку, наступавшую на Сталинград. Зачем он это сделал? Ответ прост: падает Харьков — возникает соблазн пойти на Сталинград. Город большой, промышленный центр, Волга, пересечение всех коммуникаций… Ну и название города нельзя сбрасывать со счетов. Видимо, это тоже сыграло свою роль — идеологическую и психологическую. А результат получился таков, что у немцев не хватает сил ни на Кавказе, ни для создания «ростовского котла», ни на Сталинградском направлении.

Паулюс крутится как белка в колесе. Он разделяет свою армию на две группировки: северную — это 14-й танковый и 8-й армейский корпуса (позднее к ним присоединился еще и 17-й армейский корпус), и южную — 55-й армейский и 24-й танковый корпуса. После этого он начинает действовать против наших многочисленных армий.

23 июля северная группа Паулюса четырьмя дивизиями нанесла удар по правому флангу 62-й армии, который обороняли 33-я гвардейская, 192-я и 184-я стрелковые дивизии, и с боями продвинулась на глубину 20 километров. Чтобы не допустить прорыва неприятельской группировки, генерал Гордов, который командовал на этом направлении, решил подключить к этим войскам 13-й танковый корпус. На подготовку контрудара отводилось 5 часов. То есть все те ошибки, которые совершались в плане планирования и проведения крупномасштабных военных операций в 1941 году, повторялись с точностью, как дежавю.

24 июля, то есть буквально на следующий день, германские «клещи» сомкнулись. Были разгромлены штабы 184-й и 192-й дивизий; при этом погиб комдив 192-й дивизии и пропал без вести комдив 184-й.

Соответственно, 13-й танковый корпус готовился нанести ответный удар по немцам. Тут необходимо сказать, что несмотря на то, что корпус был неплохо укомплектован: имел в своем составе три танковые, одну мотострелковую бригады и 123 танка, его боевые возможности сильно снижала низкая обученность подразделений. Кроме того, как всегда, хорошо действовала немецкая авиация, от ударов которой танкисты потеряли 21 машину.

ФОТО 3.jpg
Офицеры 6-й немецкой армии совещаются на перекрестке дорог во время наступления на Сталинград, июль 1942 года

24 июля был нанесен второй удар. К исходу дня 3-я и 60-я немецкие мотодивизии прорвались к Дону в районе станиц Голубинской и Каменской, завершив окружение трех советских стрелковых дивизий, 40-й танковой бригады, 644-го танкового батальона и трех артполков РГК. После этого началось стремительное продвижение.

25 июля из района Обливской перешла в наступление южная группировка Паулюса. Ровно сутки спустя и здесь оборона была прорвана и немецкие подвижные соединения устремились к реке Чир, выходя в стык советских армий. Началась паника. Многие устремились к переправе. Чтобы остановить людей и повозки, Чуйков послал туда офицеров штаба. Но все было напрасно. Более того, авиация немцев, заметив большое скопление людей и транспорта, начала их бомбить. Лишь к вечеру 27 июля войскам 64-й армии удалось закрепиться на восточном берегу рек Чир и Дон и остановить противника.

Стоит отметить, что во время бомбардировки бегущих частей, когда Чуйков отправил туда офицеров, чтобы они устранили панику, совершенно бессмысленно погибли начальник артиллерии армии, начальник инженерной службы, начальник оперативного отдела и ряд других высокопоставленных офицеров. То есть армия в значительной степени была обезглавлена.

Но все это только цветочки… Как только Сталин понял, что происходит что-то не то, он потребовал не только остановить продвижение противника, но и отбросить его за реку Чир. Тотчас же по мановению волшебной палочки из резерва Ставки начали прибывать 126-я, 204-я, 205-я, 321-я, 399-я, 422-я стрелковые дивизии и другие соединения. Приехавший в штаб Сталинградского фронта генерал Василевский приказал нанести контрудары силами 1-й и 4-й танковых и частью сил 64-й и 62-й общевойсковых армий. Одновременно из района Серафимовичей в южном направлении, в тыл группировке противника, предстояло наступать дивизиям 21-й армии генерал-майора Данилова.

То есть против Паулюса одновременно действовало пять армий, не считая дополнительных сил. Но, опять же, как все делалось: Москаленко получил приказ о формировании 1-й танковой армии 22 июля 1942 года, а 25 июля он должен был уже нанести контрудар. То есть загвоздка у нас крылась в организации. Самих армий, как единого боевого организма, на практике не существовало.

распечатать Обсудить статью