Могло ли такое быть?

Николай II отрёкся от престола около 15:00 2 марта (по старому стилю) 1917 года. Первоначально план был следующим: на престол вступает цесаревич Алексей при регентстве великого князя Михаила Александровича — единственного дожившего до 1917 года царского брата. В таком виде этот план просуществовал несколько часов. Когда в Псков на переговоры приехали члены Временного комитета Государственной думы Александр Гучков и Василий Шульгин, Николай уже передумал. Именно на встрече с ними он и заявил, что не может согласиться на разлуку с сыном, а потому принял новое решение — отречься не только за себя, но и за него. При этом на той же встрече уже бывший император подтвердил, что эта мысль пришла ему не сразу. И вот уже в 23:40 2 марта Николай передал Гучкову и Шульгину акт об отречении, текст которого несколько отличался от того, что был подписан им днём при встрече с генералом Рузским.

«Не желая расставаться с сыном Нашим, Мы передаём наследие Наше брату Нашему Великому князю Михаилу Александровичу и благословляем его на вступление на престол Государства Российского», — говорилось в обновлённом тексте. Многие любители истории, а иногда даже историки часто именуют Великого князя Михаила Александровича Михаилом II, потому что формально он пробыл императором, пусть и не коронованным, несколько дней. В этом случае цесаревича Алексея нужно называть Алексеем II, ведь он также формально был императором в течение нескольких часов.

Другой вопрос, каковы были бы его шансы пробыть им дольше? Николай, судя по всему, действительно думал, что цесаревич может со временем занять престол. При этом, однако, он явно хотел оставить сына при себе, что едва ли было возможным при новой системе. Алексей должен был бы жить в семье регента, то есть своего дяди Михаила Александровича. Разлука с отцом и матерью была бы в этой ситуации неминуема.

[Сборник: Николай II]

Однако Николай, видимо, далеко не сразу осознал это. Между отречением и прибытием Гучкова с Шульгиным он имел разговор со своей свитой. Отвечая на вопрос, что он намерен теперь делать, Николай заявил, что уедет из России до окончания войны, а потом поселится в Крыму и займётся воспитанием сына. И тогда многие члены свиты выразили сомнением в том, что отрёкшемуся императору позволят увезти в Крым нового императора. Николай, видимо, очень этому удивился. Он спросил своего личного врача Сергея Фёдорова, возможно ли исцеление цесаревича, на что получил ответ, что это невозможно и что наследнику, скорее всего, придётся жить в семье дяди. И, видимо, именно после этого диалога Николай принял решение отречься ещё и за сына. Любопытно, что мнения самого Алексея, который в тот момент болел корью в Царском Селе, никто, разумеется не спрашивал. Да и Гучков с Шульгиным, прибыв в Псков и узнав новости, переубеждать Николая не стали.

[Сборник: Революционный февраль 1917-го]

А если бы всё-таки…

Можно, конечно, предположить, что Михаил Александрович, сделавшись регентом, разрешил бы племяннику жить с родителями. Николай с Михаилом этот вопрос не обсуждал. Возможно, если бы перед отречением он связался с ним, то братья, обсудив вопрос, нашли бы какое-то компромиссное решение, при котором Алексей, становясь императором, остался бы жить с родителями. Но здесь нужно помнить о двух вещах.

2.jpg
Николай II c сыном Алексеем. (wikipedia.org)

Первая — тяжкий недуг цесаревича. Алексей, напомним, страдал гемофилией. Болезнь врождённая и медициной не побеждённая. У подверженного этому недугу человека нарушена свёртываемость крови, поэтому любое кровоизлияние чревато страшными последствиями, вплоть до смерти. Алексей Николаевич страдал достаточно тяжёлой формой гемофилии. Каждый ушиб мог быть фатальным — дело доходило до образования гематом и постельного режима сроком на месяц.

Среди прочего болезнь вызывала постоянные кровоизлияния в суставы, которые причиняли мальчику нестерпимую боль. Впрочем, куда опаснее были случаи, когда кровоизлияние боли не вызвало. Алексей однажды чуть не захлебнулся, когда у него кровь пошла носом. Он не почувствовал при этом боли, а врачи не сразу приняли меры.

Второе, о чём ещё стоит помнить, — то, что депутаты Госдумы называли «ненавистью к династии». Восставшие в Петрограде рабочие, солдаты и матросы в большинстве своём требовали создания республики. Петросовет, с которым теперь необходимо было считаться, идею сохранения монархии в каком бы то ни было виде не поддерживал.

3.jpeg
Алексей Николаевич и «дядька» боцман Деревенько. (wikipedia.org)

Когда Гучков, прибыв из Пскова в Петроград, попытался на Варшавском вокзале произнести перед рабочими здравицу в честь Михаила Александровича, их с Шульгиным едва не убили. Позже на встрече великого князя с членами Временного комитета Родзянко и Львов прямо заявили ему, что не могут дать никаких гарантий безопасности. Возможно, они хитрили, чтобы вынудить Михаила Александровича отречься. Однако это не отменяет того, что в начале марта 1917 года августейшая семья Романовых была как-никогда непопулярна среди населения империи.

Возможно, к больному ребёнку народ проявил бы сострадание. Вот только 12-летний мальчик, измученный гемофилией, едва ли мог бы решить назревшие в стране проблемы. Бремя символа нации, ответственного за всё происходящее, но уже не имевшего власти, всё равно легло бы на плечи Михаила Александровича, который, однако, не горел желанием сидеть на троне. К тому же за несколько часов до отречения Николай согласился на создание ответственного правительства, подотчётного Думе. То есть новый кабинет министров формировали бы уже не Михаил с Алексеем. Им, однако, всё равно пришлось бы нести ответственность за действия этого правительства.

4.jpg
Алексей с отцом и сестрой Татьяной, сзади — его кузен, Никита Александрович. (wikipedia.org)

Альтернативные пути

Николай II был скован актом о престолонаследии, принятым императором Павлом I в 1797-м. Этот документ ввёл в России достаточно жёсткий порядок перехода власти. Император больше не мог выбрать преемника по собственному усмотрению, что разрешалось указом Петра I о престолонаследии 1722 года. Павел, опасавшийся новых дворцовых переворотов, установил в России четкую систему наследования.

[Сборник: Борьба за власть в России в 18-м веке]

Говоря суровыми терминами: агнатическо-когнатическую примогенитуру, выражаясь проще, австрийскую систему, при которой женщины не исключаются из линии престолонаследия, но могут наследовать лишь при отсутствии мужчин-потомков. Иными словами, Николай II не мог передать престол ни одной из своих дочерей. 22-летняя великая княжна Ольга Николаевна и её сестры занимали в очереди на престол место даже не за Михаилом Александровичем, а за правнуками Александра II и праправнуками Николая I.

5.jpg
Алексей с сёстрами под охраной в Царском Селе, май 1917 года. (wikipedia.org)

В той самой псковской ставке Северного фронта Николай уже не имел никакой возможности принять новый акт о престолонаследии. Другой вопрос — почему он не позаботился об этом раньше. Почему, имея только двух потенциальных наследников, из которых один был тяжело болен, а другой делал всё, чтобы никогда не стать императором, Николай не подумал об изменении акта о престолонаследии и переходе на абсолютную примогенитуру, которая действовала, например, в Швеции. Такой порядок делает наследником старшего ребёнка вне зависимости от его пола. Само собой, в марте 1917-го было уже поздно. Но этот вопрос можно было решить существенно раньше.


Сборник: После Ленина

Ещё до смерти вождя пролетариата в кругу его ближайших сторонников разгорелась борьба за власть.

Рекомендовано вам

Лучшие материалы