Российское общество историков медицины составило список русских врачей, чья работа оказала большое влияние на мир медицины в целом. Его возглавляет Илья Васильевич Буяльский. К сожалению, сегодня нельзя сказать, что он так же известен, как Пирогов или Сеченов, но его работы были не менее важны для мировой науки. Ведь Буяльского называют крупнейшей фигурой «допироговской» медицины.

Выбор пути

Он родился в Черниговской губернии в 1789 г. и был самым младшим, семнадцатым, ребёнком у своих родителей. Пойдя по стопам отца-священника, Илья закончил семинарию, но мечтал стать живописцем: он прекрасно рисовал и чертил. В итоге на семейном совете было принято решение, что юноше лучше стать врачом — профессия надёжная, врачи нужны всегда. Кроме того, медицине можно было учиться за казённый счёт, а на художника — только за деньги.

Юноша отправился в Медико-хирургическую академию в Москву, а через год перевёлся в Санкт-Петербург. Там работал Пётр Андреевич Загорский, крупнейший учёный-анатом и к тому же двоюродный брат матери нашего героя. Его имя осталось в истории медицины в том числе и потому, что Загорский был автором первого российского учебника анатомии и внедрил в практику студентов занятия на препаратах и трупах. В 1808 г. он стал ректором Медико-хирургической академии. С третьего курса Буяльский был его помощником.

Второй человек, оказавший на нашего героя большое влияние -Иван Буш, хирург, профессор, академик. С 1800 г. возглавлял кафедру хирургии Медико-хирургической академии и настоял на открытии при учебном заведении хирургической клиники. Некоторые источники указывают, что именно его слова примирили Буяльского с тем, что он не стал живописцем. Якобы Буш указал студенту, что есть область, которая роднит врачей и художников: анатомия. В 1815 г. Илья Васильевич стал работать у Буша ординатором и совершенствовался в хирургии.

2.jpg
М. И. Теребенев. Портрет профессора Медико-хирургической академии Ильи Васильевича Буяльского. (rusmuseumvrm.ru)

Таким образом, он впитывал знания и опыт сразу двух крупных научных школ: хирургической, к которой принадлежал Буш, и анатомической, ярким представителем которой был Загорский. Биографы Буяльского отмечают, что он считал хирургию первостепенной, но при этом постоянно совершенствовался как препаратор и на протяжении многих лет занимался анатомией. И в итоге преуспел в обеих областях.

В 1814 г. Буяльский окончил академию, но был оставлен прозектором (ассистентом) на кафедре анатомии. Круг его задач был очень широк, фактически прозектор должен был успевать делать всё: готовить препараты, поддерживать нормальную работу анатомических кабинетов, вскрывать трупы, заниматься судебно-медицинской экспертизой…

Через три года наш герой стал профессором анатомии, но в должности его не утверждали до 1821 г. Работал он всё так же, а вот жалования не получал, но из академии не ушёл. Ещё через два года стал доктором медицины, представив работу, посвящённую аневризмам сосудов. В 1833 г. возглавил кафедру анатомии Медико-хирургической академии, с которой фактически оказалась связана вся его жизнь.

Правда, были у него и другие должности: хирург-консультант Мариинской больницы для бедных, оператор Царскосельского лицея и военно-учебных заведений, преподаватель Академии художеств. Когда его возраст приближался к 60, он вышел в отставку, но его не забывали: в 1866 г. вручили золотую медаль за долгое служение науке. Илья Васильевич в ответ передал академии рабочий кабинет, в котором были собраны уникальные препараты, инструменты, рисунки. В том же году Буяльский умер и был похоронен на Большом Охтинском кладбище в Петербурге.

Выдающийся анатом

Буяльский начал работать на кафедре анатомии, что называется, «с низов» — занимался изготовлением препаратов. Всю жизнь он оставался непревзойденным специалистом в этой области, хотя сам считал анатомию лишь подготовительной дисциплиной для хирурга. Тем не менее сделал на удивление много.

Например, изготавливал самые сложные препараты, в том числе паренхиматозных органов (не имеющих полости — печень, почки, легкие). Их особенно сложно консервировать, так как они, говоря привычным языком, не держат форму. Буяльский научился заполнять их, но препараты получались хрупкими, поэтому анатом пошёл дальше — он обрабатывал препараты определённым образом (наполнял артерии и вены разной краской), фотографировал, а с фотографий изготавливал литографии. Благодаря этому методу, сохранились тончайшие изображения сосудистых «деревьев» разных органов.

Фактически препараты Буяльского, на которых он заполнял сосудистое русло и делал его видимым, служили чем-то вроде рентгена. Заглянуть внутрь органа тогда ещё не могли, а на препаратах можно было понять, как он функционирует.

5.jpg
Т. Шевченко. На лекции по анатомии. (Wikimedia Commons)

Немало он сделал для становления и развития судебно-медицинских экспертиз. Так как у Буяльского ещё со времён работы прозектором был огромный опыт вскрытий и установления причин смерти, то он составил «Руководство врачам к правильному осмотру мертвых человеческих тел для узнания причины смерти, особливо при судебных исследованиях». Оно стало первым в своём роде пособием, в котором, помимо прочего, содержался раздел о том, что делать, если анатом во время вскрытия случайно порежется. Буяльский на своём горьком опыте знал, чем может быть чревата такая травма: в 1824 г. он поранился, а потом в течение двух лет не мог работать: не владел пальцами левой руки.

Накопив богатый опыт, прекрасно читал лекции: давал начатки физиологии, топографической и патологической анатомии, разрешал во время лекции ощупывать препараты и рассказывал о случаях из хирургической практики. Другие анатомы будут читать так только через несколько десятков лет.

Прекрасный хирург

Илья Буяльский считается одним из основоположников сосудистой хирургии наряду с Николаем Арендтом, лейб-медиком Николая I (Арендт, в частности, пригласил Буяльского в консилиум, который пытался облегчить страдания раненого Пушкина). Илья Васильевич первым предположил, что причиной аневризм является воспаление внутренних оболочек сосудов. Но делал и множество других операций, в том числе удалял опухоли, выполнял гинекологические вмешательства, делал даже пластические операции.

4.jpg
Николай Арендт. (Wikimedia Commons)

Объединяя накопленный опыт, Буяльский составил «Анатомо-хирургические таблицы», посвящённые перевязыванию сосудов и операциям по извлечению камней. Это было подробное медицинское руководство с иллюстрациями, изображавшими органы в натуральную величину. Огромное значение для хирургов имела точность изображений, и к работе над таблицами Буяльский привлёк таких мастеров, как Фёдор Иордан (ректор живописного и скульптурного отделений Императорской Академии художеств), изобретатель гравировальной машины Андрей Ухтомский, мастер пейзажа Григорий Чернецов и другие.

Многие хирурги становятся авторами инструментов. Не стал исключением и Буяльский. Например, он сделал турникет, то есть особое приспособление для сдавливания сосудов и сращения стенок с аневризмой. Кроме того, усовершенствовал специальную аневризматическую тупую иглу и ввёл в обиход хирургов особый инструмент — лопатку, которую сегодня называют его именем. Она предназначена для того, чтобы бережно отодвигать органы во время оперативного вмешательства.

В 1830-е годы Буяльский даже руководил Петербургским хирургическим инструментальным заводом (после него эту должность занял Николай Пирогов). Подошёл к работе не только со всем тщанием, но и нестандартно: открыл на предприятии художественный класс. Казалось бы, зачем рисунок мастерам, которые делают инструменты? Приспособить руки к тонким работам, усовершенствовать искусство и довести его до степени изящества.

Друг художников

Биограф Буяльского врач Яков Чистович писал: «Буяльский хорошо рисовал, и всякая редкая или странная анатомическая или патологическая форма, встреченная среди анатомических занятий или в хирургической практике, тотчас набрасывалась на бумагу в верном снимке, с точным обозначением, где и по какому поводу сделан рисунок. По этим рисункам автор их следил впоследствии за целою историею любопытного анатомического или патологического образования, классифицировал однородные предметы и имел возможность все, что встречалось нового, без труда и без ошибки сравнивать с прежде виденным, а в патологическом отношении следить даже за самим развитием образования».

Не став художником, Илья Васильевич тем не менее сделал для русских живописцев и скульпторов невероятно много. Фактически он ввёл в курс их обучения пластическую анатомию, которая изучает внешнее строение тела в покое и в движении. Этот основополагающий для художников предмет он преподавал сам и так, что курс стал одним из самых интересных.

Долгое время преподавание в художественных учебных заведениях России основывалось на «Рисовальной книге» немецкого живописца и педагога Иоганна Прейслера. В ней различные сложные геометрические формы были разбиты на более простые. Фактически будущие художники учились рисовать, воспроизводя по образцу, осваивая форму предмета как набор линий и углов. Впрочем, Прейлер предостерегал от простого срисовывания, призывая изучать закономерности движения, но в российской академии подходили к анатомии формально — читали студентам учебник. Практики будущим творцам отчаянно не хватало. С участием Буяльского обучение вышло на новый уровень.

3.jpg
Таблица рисования головы из книги Прейслера. (hopefish.ru)

В 1831 г. он стал профессором Императорской Академии художеств. Программу курса анатомии разработал сам, и она была обширна: во время летнего семестра он читал лекции раз в неделю, зато зимой — три раза. Подготовил специальные препараты, обеспечивал студентам Академии трупы для препарирования. Благодаря Буяльскому ушли в прошлое времена, когда художники учили анатомию по картинкам, теперь у них был отдельный «курс на кадаверах» и рисование мышечных препаратов с натуры.

Занятиями в аудиториях профессор не ограничивался, водил студентов в Эрмитаж, показывал полотна, которые считал удачными с точки зрения анатомии, а также демонстрировал ошибки. Идеальной считал картину «Истязание Спасителя» Егорова. Одним из его студентов был Тарас Шевченко, и он оставил любопытные зарисовки, на которых мы видим сегодня самого Илью Буяльского.

6.jpg
А. Е. Егоров. Истязание Спасителя. (rusmuseumvrm.ru)

В качестве «наследия» этого периода работы сохранилась уникальная скульптура авторства Петра Клодта. По предложению Алексея Оленина, президента Академии художеств, Буяльский сделал препарат для художников — на замороженном трупе (он начал использовать такой метод консервации тела ещё до Пирогова) он отпрепарировал все основные мышцы, а Клодт на основе этой модели отлил скульптуру, получившую название «Лежащее тело». Она получилась очень точной и, многократно скопированная, использовалась как учебное пособие в том числе и в иностранных академиях.

«Добро в делах»

В 1836 г. перед именинами Буяльский получил пакет, в котором находился листок со стихотворением:

ИМЕНИННИКУ ИЛЬЕ ВАСИЛЬЕВИЧУБУЯЛЬСКОМУ

Тебя я не видал, но знаю:
Ты человечество живишь…
Чего же я тебе желаю?
Того, чем ты других даришь:
Чтобы цвело всё оживленьем,
Чтоб мир был в теле и в сердцах…
Я не парю воображеньем,
Но чту везде — добро в делах.

От кого был подарок? Близкие врача заподозрили, что автором стихов был Иван Андреевич Крылов. Буяльский был с ним много лет знаком: когда-то он помог баснописцу, и с тех пор тот всегда обедал у врача в день его именин. Вернее, почти всегда: как раз в 1836-м он прийти не смог. Крылов от авторства отнекивался: «Не знаю… слишком плоховаты, но намерение доброе».

Как бы то ни было, последние слова стихотворения — добро в делах — точно оказалось про Илью Буяльского. Видимо, автор всё-таки знал его очень хорошо.


Сборник: После Ленина

Ещё до смерти вождя пролетариата в кругу его ближайших сторонников разгорелась борьба за власть.

Рекомендовано вам

Лучшие материалы