• 29 Июля 2017
  • 9408
  • Сергей Алумов

«При тех же обстоятельствах — да, я бы сделал это снова»

Теодор Ван Кирк был последним умершим участником бомбардировок Хиросимы и Нагасаки. Штурман бомбардировщика Б-29 «Энола Гэй» умер 29 июля 2014 года. Публично он никогда не выражал сомнения в необходимости подобных бомбардировок, как и большинство членов экипажа. Что думали о бомбардировке Хиросимы те, кто непосредственно её осуществлял?

Теодор Ван Кирк, штурман бомбардировщика «Энола Гэй»:

«При тех же обстоятельствах — это ключевые слова: «при тех же обстоятельствах» — да, я бы сделал это снова. Мы воевали пять лет. Мы боролись с врагом, который никогда не сдавался, никогда не принимал поражения. Это действительно трудно — одновременно говорить о морали и о войне. На войне приходится делать очень много сомнительных вещей. Где была мораль в бомбардировке Ковентри или Дрездена, или Перл Харбор? Была ли мораль в Батаанском марше смерти или в резне в Нанкине? Я считаю, что, когда вы воюете, нация должна иметь мужество делать всё возможное, чтобы выиграть войну с минимальными потерями».

«Одна бомба или тысячи бомб. Какая разница?»

Фото 1. Ван Кирк (слева) с Тиббетсом и Фереби.jpg
Ван Кирк (слева) с Тиббетсом и Фереби

«Мы как раз пытались выровняться, когда где-то сзади произошел взрыв. Все, что мы смогли увидеть, — яркая вспышка, как у фотографа».

«Удар был невероятной силы. А звук такой, будто самолет разрывает на куски».

«Ты все обдумываешь заранее. И, когда сбрасываешь бомбы над оккупированной Францией или Северной Африкой, ты всегда понимаешь, что люди там, внизу, серьезно пострадают».

«Если ты не мог с этим справиться, то грош тебе цена как военному летчику. У тебя в голове должно быть четкое разделение, иначе ты ничего собой не представляешь. И работу сделать не сможешь. Мы с Тиббетсом и Фиаби сразу решили: такова была воля Соединенных Штатов на тот момент — сбросить бомбу на Хиросиму».

Фото 2. Хиросима до бомбардировки.jpg
Хиросима до бомбардировки

Фото 3. Хиросима после бомбардировки.jpg
Хиросима после бомбардировки

«Я не знаю другого способа воевать, не убивая людей. Если придумаете, сообщите мне».

О полёте в Нагасаки после бомбардировки этого города: «Все, что мы увидели, это ровная плоская поверхность земли». «Да не было особой разницы между атомной и обычной бомбой. Разница только в масштабе поражения».

Высказывания других членов экипажа

Томас Фереби, бомбардир: «Мне жаль, что так много людей погибло от этой бомбы, и мне неприятно думать, что подобное понадобилось для того, чтобы скорее закончить войну. Сейчас нам следует оглянуться назад и вспомнить, что могут сделать всего одна-две бомбы. А затем, я думаю, нам следует согласиться с мыслью, что подобное никогда не должно повториться».

Фото 4. Ядерный гриб над Хиросимой и Нагасаки.jpg
Ядерный гриб над Хиросимой и Нагасаки

Один из летчиков, капитан Роберт Льюис, записал в бортовом журнале: «В первую минуту никто не знал, что будет дальше. Вспышка была ужасна. Нет никакого сомнения, что это самый сильный взрыв, который когда-либо видел человек. Боже мой, что мы натворили!»

«Сначала появилась яркая молния взрыва, — вспоминал стрелок сержант Билл Кэрон. — Затем — слепящий свет, в котором была видна приближающаяся взрывная волна, потом — грибообразное облако. Впечатление было такое, словно над городом бурлило море кипящей смолы. Только края его оставались видны».

«Уверен, никому до сих пор не случалось видеть зрелище, подобное этому. Там, где две минуты назад мы ясно видели город, теперь мы не видели города вообще», — второй пилот «Энолы Гэй» Боб Льюис, послевоенное интервью.

«Хотя погибли тысячи людей, я уверен, что бомбу надо было сбросить, поскольку если бы американцам пришлось начать вторжение в Японию, это было бы смертоубийством. Мы бы потеряли миллионы людей, как союзников, так и японцев», — Фред Оливи, второй пилот самолёта, сбросившего атомную бомбу на Нагасаки.