Творчество Вагнера у одних вызывает фанатичный восторг, у других столь же фанатичное неприятие, — а там, где процветает процветает фанатизм, просто нет места объективности. Причём фанатичное неприятие чаще всего обусловливается далеко не разногласиями в принципиальных подходах к искусству, а ярлыками, что навешиваются легко и быстро, но от которых так сложно бывает освободиться. Иногда — практически невозможно.

В случае с Вагнером базой для посмертной эксплуатации его наследия явилась великая трагедия целого народа, память о которой жива и кровоточит до сих пор. Сама болезненность темы не позволяет взглянуть на неё беспристрастно и объективно, отделить правду от мифов.

2.jpg
Рихард Вагнер. (wikipedia.org)

На тёмной стороне

Начнём с самых «корней» проблемы. Среди обширнейшего литературного наследия Вагнера есть одна статья: «Еврейство в музыке», написанная в 1850 году. Несмотря на вызов, брошенный Вагнером современному ему обществу, он всё-таки был плоть от плоти этого общества, и рассматривать его личность вне этой среды было бы непростительной ошибкой.

Тогда же, накануне объединения Германии, в немецком обществе антисемитизм находился, что называется, на бытовом уровне. Вот характерный пример. В 1846 году Вагнер встретился с литератором Бертольдом Ауэрбахом, вспоминавшим нападки «по национальному признаку», которым подвергался в детстве. Один такой рассказ Вагнер приводит в автобиографии: однажды Ауэрбах «опоздал в школу, и когда пришёл туда, учитель встретил его словами: «Ты, проклятый жидёнок, где ты опять обделывал свои делишки?» Такие случаи заставляли его много страдать и много думать, но не озлобили его».

Приведённый отрывок лишний раз показывает, что предтечами нацизма вполне можно называть и подобных деревенских учителей, и студентов, и булочников, и пивоваров.

Во времена Вагнера существовала своеобразная мода на антисемитские «лекции» в среде творческой интеллигенции, причём не только в Германии. Одним из показательных примеров служит статья создателя доктрины «научного» социализма Карла Маркса, который и сам принадлежал к кругам еврейской интеллигенции и выражал, скажем так, «взгляд изнутри». Эта статья, «К еврейскому вопросу», была написана им ещё в 1843 году и опубликована в журнале Deutsch-Französische Jahrbücher. Но вот что удивительно! Простое сравнение обеих работ знаменитых немцев показывает, что Вагнер совершенно не оригинален и во многом лишь приспосабливает статью Маркса к своим интересам. Причём в данном «диалоге» Маркс выступает, пожалуй, ещё более непримиримым антисемитом. Вряд ли, однако, внука раввина Маркса можно назвать «предтечей Третьего рейха».

1.jpg
Рихард Вагнер со второй женой Козимой, 1872 год. (wikipedia.org)

Ни одной цельной работы на еврейскую тему у Вагнера больше нет. Есть, правда, отдельные разрозненные ксенофобские высказывания (кстати, не только по отношению к евреям, а например, по отношению к французам — ничуть не менее, а местами и более злобные и несправедливые), выставляющие композитора далеко не в лучшем свете, но на концептуальный подход к проблеме они откровенно не тянут.

В связи с чем, видимо, в интернете тиражируются вагнеровские «цитаты», которым, мягко говоря, явно не хватает достоверности. Чего, например, стоит лишь один кочующий из статьи в статью безобразный отрывок из письма, якобы написанного Вагнером в 1849 году Козиме о «евреях-червях и отравляющих газах»? Мало того что Козиме в 1849 году было всего 12 лет, так они и знакомы-то тогда с Вагнером ещё не были! Не говоря уж о том, что пассаж об «отравляющих газах» с нарочитой аллюзией на газовые камеры нацистских концентрационных лагерей даже в страшном сне не мог присниться Вагнеру — впервые массовое применение отравляющих газов имело место в годы Первой мировой войны, то есть спустя более 30 лет после смерти композитора! И примеров подобных откровенных подлогов можно привести ещё много.

Заинтересованным читателям посоветуем очень взвешенную и объективную работу Евгения Майбурда «Гений & злодейство, Inc. Евреи для Вагнера. Вагнер для евреев», опубликованную в сетевом альманахе «Еврейская старина» (No 5 (58) за сентябрь-октябрь 2008 года). Позволим процитировать небольшой отрывок из этого труда, во многом ставящий точку в обсуждаемом вопросе: «Случилась огромная беда. Она принесла миллионы жертв. Её осмысление далеко не завершено и, скорее всего, нам никогда этого не постичь… Наряду с этим есть сложнейшая культурно-историческая, нравственная и даже философская проблема ответственности художника за посмертное злоупотребление его творчеством (курсив мой. — М. З.). И в третьих, есть околожурналистская шпана, которая не даёт себе труда или неспособна задуматься, покопаться в документах, которая не озабочена поиском истины, зато горазда подхватывать и разносить сплетни».

Если же говорить непосредственно о творческом наследии Вагнера, то ни в одной из его музыкальных драм не ставится никаких «еврейских вопросов», — надуманные интерпретации мы не учитываем; исходим лишь из текстов либретто и авторских ремарок в партитурах.

Таланты и поклонники

Повторим: если говорить о «музыке Гитлера», в первую очередь всплывает имя Вагнера. Нацисты окрестили его «самым немецким композитором». Да, им было удобно взять имя Вагнера на знамя; это свойственно любому политическому режиму — записывать гениев в стан своих сторонников.

Вспомним, как в СССР «революционерами» и «борцами за народное счастье» становились все великие, включая, кстати, того же Вагнера. И вот здесь мы приходим к одному из самых ярких парадоксов, вызванных вмешательством политики в искусство.

Характерным примером отношения к Вагнеру в СССР, в частности к постановке его «Нюрнбергских мейстерзингеров», является отрывок из «Объяснительной записки Управления Ленинградскими академическими театрами к репертуару на сезон 1925−26 гг.»: «Как и во всех прочих видах искусства, в оперной литературе имеется ряд произведений, опередивших своё время, ещё не раскрытых до конца и даже искажённых неправильным толкованием современников (здесь и далее курсив мой. — М. З.). Таковы и «Мейстерзингеры» — пропаганда живого самодеятельного искусства и злая насмешка над косным формализмом».

Ещё более яркую характеристику тем же «Мейстерзингерам» оставил музыковед Евгений Браудо: «Никто из композиторов не подходит более к задачам массового музыкального зрелища. К положительным сторонам оперы относится и то, что действующие лица — ремесленники — простой мастеровой люд. Поэтому надо лишь по-новому, по-советскому раскрыть за исторической оболочкой живой для настоящего времени смысл этого произведения».

1.jpg
Луиза Гранжан в роли Магдалины в опере «Нюрнбергские мейстерзингеры». (wikipedia.org)

Каково! Представить «Мейстерзингеров» «по-советскому», неким апофеозом радостного массового труда и пролетарской самодеятельности! Если сам композитор был удобен для советской пропаганды в качестве «революционера», то «Нюрнбергские мейстерзингеры» являлись для её целей наиболее удобным произведением Вагнера.

2.jpg
Ойген Гура в роли Ганса Сакса в опере «Нюрнбергские мейстерзингеры». (wikipedia.org)

Но и идеологический антипод Советской России — гитлеровская Германия — считала именно «Мейстерзингеров» «самой немецкой оперой самого немецкого композитора» и собственную культурную пропаганду строила также в основном на этой опере! Получилось, что одно и то же произведение служило и для олицетворения чуть ли не первомайских демонстраций, и символом нацистских партийных съездов.

Таким образом, в 20-м веке из служителя искусства Вагнер был быстро превращён в политического деятеля: в СССР — в революционера-марксиста; в Германии — в идеолога-оправдателя германского нацизма.

Последнее оказалось для творческого наследия Вагнера гораздо опаснее. Результатом нацистской пропаганды стало то, что Вагнер в мировоззрении многих стал восприниматься в качестве носителя античеловеческой ксенофобской идеологии. А его творческие устремления в угоду политической составляющей были не просто извращены, а окончательно превращены в полную свою противоположность.

Лидеров Третьего рейха могли привлечь лишь внешние поверхностные «атрибуты»: обращение к германскому эпосу, возрождение германского духа под гимнический «полёт валькирий», Зигфрид как олицетворение «истинного арийца» и тому подобное. Но глубинная наднациональная суть вагнеровского искусства отнюдь не в этом. Вагнер-художник был глубоко чужд человеконенавистническому режиму Гитлера, а его идеи жертвенной искупающей любви и сострадания — основы основ его творчества — вообще не могли найти себе понимание в среде нацистов.

1.jpg
Сцена из оперы «Тангейзер», 1930 год. (wikipedia.org)

Альберт Шпеер, «главный архитектор Третьего рейха», отмечает, что Геббельс и другие нацистские лидеры «считали чудачеством пристрастие Гитлера к музыке Вагнера». А Альфред Розенберг, «главный идеолог Третьего рейха», прямо писал в дневнике: «Этика этого произведения ["Тангейзера"] столь мощная, чужда нам настолько, что диссонанс становится прямо-таки вопиющим». Почему-то эти оценки до сих пор услышаны далеко не всеми.

Присутствие Гитлера в армии поклонников великого композитора — одна из главных позиций обвинения «по делу Вагнера». Раз оценён фюрером, значит, нацист. Но позвольте, Вагнер умер в 1883 году, за 50 лет до прихода нацистов к власти! Гитлер же вообще любил классическую музыку, особенно оперу. Что же, теперь всё оперное искусство объявлять «вне закона»?!

Неоспоримое величие немецкой классической музыки служило Гитлеру одним из аргументов в пользу «превосходства» немецкой расы. Поэтому в нацистской Германии звучала не одна только музыка Вагнера. На больших торжествах было принято исполнять Бетховена. Прослушиванием его Девятой симфонии Гитлер неизменно отмечал свой день рождения. Её же играли и на закрытии Берлинской Олимпиады. Историк Олег Пленков в книге «III рейх. Арийская культура» пишет: «В Аушвице эсэсовцы заставляли детский хор перед уничтожением людей петь «Оду к радости»». Несмотря на это, Девятая симфония отнюдь не стала ассоциироваться в сознании последующих поколений с нацистским режимом. И было бы абсурдным ставить в вину Бетховену тот факт, что его музыка во многом служила символом Третьего рейха и кощунственно исполнялась в концлагерях. Более того, в 1971 году «Ода к радости» (правда, без слов) была выбрана Советом Европы в качестве гимна Европы!

4.jpeg
Театр Байрёйтского фестиваля. (wikipedia.org)

Само влияние Вагнера на Гитлера преувеличено. Фюрер никогда не называл его творчество источником собственного антисемитизма. Более того, нет никаких доказательств того, что он вообще читал литературные произведения Вагнера и говорил, что принял его идеи. Да иначе и быть не могло: искусство Вагнера смело может быть противопоставлено идеологии нацизма. Только вот гуманистические идеи, лежащие в основе его произведений, замалчивались его наследниками настолько же, насколько выпячивались его якобы «нацистские теории». Для чего? Чтобы угодить режиму. Чтобы сохранить Байройтский фестиваль, который бы не выжил без государственной поддержки.

Portrait_Siegfried_Wagner_1896.jpg
Зигфрид Вагнер. (wikipedia.org)

Вся «гитлеровская истерия» вокруг Вагнера была во многом инспирирована Винифред Вагнер, женой его сына Зигфрида. По словам известного немецкого кинорежиссёра, сценариста и продюсера Ханса Юргена Зиберберга, она «принесла Рихарда Вагнера, как приданое, в дьявольский союз с германским рейхом, имея очень личное отношение к фюреру и сделав композитора посмертно сообщником и политическим соучастником национального краха Германии».

3.jpg
Винифред Вагнер. (wikipedia.org)

Может быть, всё-таки дело не в личности композитора и не в его музыке, а в том, как её позиционировали круги «сильных мира сего»? Именно они занесли в длинный список нацистских преступлений ещё одно — лишение многомиллионной аудитории меломанов по всему миру счастья наслаждаться без каких-либо предрассудков великим наследием немецкого гения.

Источники

  • Журнал «Дилетант» №93 (сентябрь 2023)

Сборник: Буры

В 17-м веке голландские поселенцы прибыли в район мыса Доброй Надежды. Эти несколько семей стали основателями будущей нации африканеров.

Рекомендовано вам

Лучшие материалы