«Над всей Испанией безоблачное небо»

Мария Молчанова
11 Октября 2017 // 12:39

Гражданская война в Испании 1936 – 1939 годов разделила испанское общество на два непримиримых идеологических лагеря, одновременно став импульсом для мощнейшего антифашистского движения писателей и публицистов, со всего мира съезжавшихся в Мадрид и Барселону, чтобы принять участие в кульминационных моментах европейской истории. Корреспондентами во время войны на стороне республиканцев были Эрнест Хемингуэй, Джон Дос Пассос, Илья Эренбург, Антуан де Сент-Экзюпери и многие другие. В ожесточенных боях принимал участие Джордж Оруэлл, а Уистен Хью Оден работал в отделе пропаганды республиканцев.

Эрнест Хемингуэй

Первый раз Хемингуэй посетил Испанию в 1923 году, приехав в Памплону посмотреть на традиционную испанскую фиесту и бой быков. Эта поездка оказала серьезное влияние на взгляды молодого писателя, а любовь к Испании осталась с ним на всю жизнь. Именно поэтому начавшаяся война стала для него подлинной личной трагедией. Поддерживая политику Второй республики, Хемингуэй посчитал, что не может остаться в стороне и в 1937 году на пароходе «Париж» он отправляется в Европу в качестве корреспондента Североамериканской газетной ассоциации (NANA). За годы пребывания на фронтах гражданской войны писатель отсылает на родину множество репортажей, очерков, публицистических статей, писем, рассказов и даже сценарий к документальному фильму.

Хемингуэй бесстрашно ведет хронику боевых действий, непосредственно принимая участие в столкновениях на передовой, неотступно следуя за войсками республиканцев в компании голландского режиссера Йориса Ивенса, снимающего документальный фильм «Земля Испании». Журналист ведет прямой репортаж, под аккомпанемент артиллерийских взрывов, гул бомбардировщиков и разрывающихся снарядов. Хемингуэй рассказывает, как вместе с Ивенсом и оператором Джоном Ферно они искали лучшую позицию, с которой можно было наблюдать за полем боя и остаться незамеченными противниками.

Иллюстрация 1.jpg

В сентябре 1937 года Хемингуэй прибывает на Арагонский фронт, в расположение 15-ой интернациональной бригады, внутри которой сформировался отдельный американский батальон имени Авраама Линкольна. Стоит отметить, что для Хемингуэя разворачивающаяся война затронула жизни не только граждан Испании, разделившихся на сторонников Второй Республики и мятежников во главе с генералом Франсиско Франко, — это была борьба простых испанцев против установления фашистского режима в их стране. В июне 1937 года на II конгрессе американских писателей Хемингуэй выступил с речью «Фашизм — это ложь», в которой четко изложил свои требования: «Нам нужно ясное понимание преступности фашизма и того, как с ним бороться. Мы должны понять, что эти убийства — всего лишь жесты бандита, опасного бандита — фашизма. А усмирить бандита можно только одним способом — крепко побив его».

Иллюстрация 2.jpg

В начале 1938 года основатель NANA Джон Невилл Уилер разрывает договор о сотрудничестве с Хемингуэем, обвиняя писателя в предвзятом отношении к изображаемым трагическим событиям. Отметим, что официально США придерживались нейтралитета, воздерживаясь от каких-либо оценок действий правительства Республики или Франко и его генералов. Однако, уже в марте Хемингуэй снова заключает договор с альянсом еще на 6 недель, а в начале апреля 1938 года он оказывается в Барселоне, в самый разгар боевых действий, когда франкисты наступают по всем фронтам и продвигаются все дальше. Последний репортаж Хемингуэй написал 10 мая 1938 года и посвятил его Мадриду — «Мадрид ведет свою войну». Несмотря на то, что все европейские политики и дипломаты уже предрекали падение Второй Республики, Хемингуэй отказывался верить в провал и продолжал воспевать силу Испании, отчаянно сопротивляющейся фашизму.

Джордж Оруэлл

Английский писатель, уже хорошо известный литератор, приехал в мятежную Испанию 25 декабря 1936 года. События, разворачивающиеся на фронтах Гражданской войны, серьезно повлияли на его политические и социальные взгляды, а их отголоски видны и в повести «Скотный двор», и в романе-антиутопии «1984». Оруэлл отнесся к своей поездке с тщательной основательностью, полностью окунувшись в бурный поток местных противоречий: сразу по приезду он вступает в ряды Рабочей партии марксистского единства (POUM), имеющей ярко выраженную антисталинистскую идеологию, что не могло не импонировать молодому Оруэллу, считавшего советского лидера предателем идеалов революционной борьбы Октября. Выпущенный как хроника военных событий, публицистический роман «Памяти Каталонии» с репортажной точностью и краткостью описывает обстановку войск и положение противоборствующих сторон на линии фронта, причем, в отличие от очерков Хемингуэя, тут нет и намека на иллюзии по поводу подготовленности и боеспособности войск республиканцев: и тут, и там по тексту сквозят горестные «я был невероятно разочарован», «пришел в отчаяние», «почувствовал глубокое отвращение». Казавшаяся ему война за высокие социалистические идеалы в реальности оказалась «дурацкой» и во многом бессмысленной: вместо того, чтобы убивать врагов, солдаты-республиканцы пытались убедить франкистов дезертировать или перейти на сторону противника.

Иллюстрация 3.jpg

Заметки и очерки Оруэлла более напоминают журналистское расследование, тщательно выверенное и аргументированное как визуально, так и фактически. Вполне в духе современных политических разоблачений писателю удается на простом примере выявить истинную природу власти в Барселоне: несмотря на действовавший в Каталонии запрет на импорт зарубежного табака, контрабандистам удавалось ввозить его в страну, перепродавая затем на местном нелегальном рынке, а каталонское правительство покрывало этот бизнес. Следуя твердой марксистской логике, Оруэлл делает вывод о том, что, декларируя борьбу с классовым обществом, республиканцы на самом деле сами создают прецеденты экономической эксплуатации и социального расслоения граждан. В дальнейшем кампания против POUM перешла из письменного формата в стадию публичной борьбы: в Барселоне начались уличные бои, в которых Оруэлл принимал непосредственное участие — так в историю вошло словосочетание «пятая колонна». Кстати, впоследствии POUM обвинили в троцкизме, а советское правительство активно распространяло действие своей репрессивной машины в том числе и на такие нежелательные партийные организации.

Иллюстрация 4.jpg

Илья Григорьевич Эренбург

Мастер советской пропаганды за границей, специальный корреспондент «Известий» и талантливейший публицист Илья Эренбург спешил получить разрешение начальства на выезд в Испанию из Парижа, чтобы поддержать уже находившихся на передовой знакомых: будущего министра культуры в правительстве де Голля Андре Мальро, французского писателя и летчика Антуана де Сент-Экзюпери, литератора и антифашиста Жан-Ришара Блока. В первые дни после приезда в Испанию Эренбург вместе с кинооператорами Роланом Карменом и Борисом Макасеевым совершил 5-дневную поездку на Арагонский фронт, после чего встретился с советским послом М. И. Розенбергом, военным атташе В. Е. Горевым, коллегой-журналистом и публицистом Михаилом Кольцовым (кстати, все трое были потом расстреляны), с лидерами коммунистов Хосе Диасом и Пассионарией.

Иллюстрация 5.jpg

Результатом этой встречи стало неожиданное оживление во взаимоотношениях Барселоны и Москвы, а Эренбург смог получить финансовую помощь для покупки агитфургона, оборудованного собственной типографией и кинопроектором — так планировалось начало масштабной идеологической кампании в Испании. Написанные за несколько месяцев «Письма об Испании» мгновенно перевели на французский язык, и Эренбург приобрел такую популярность, что его именем была названа одна из рот-центурий «Колонны Дуррути» — легендарного боевого отряда анархистов, возглавляемых отважным командиром Буэнавентурой Дуррути.

Печать Сохранить в PDF

РЕКЛАМА

Комментарии

Чтобы добавить комментарий, необходимо авторизоваться или зарегистрироваться на сайте