Цена победы. Кто спонсировал НСДАП и Гитлера?

21 Февраля 2016 // 16:44
Цена победы. Кто спонсировал НСДАП и Гитлера?

Кто, зачем и почему вкладывался в нацистов и в Гитлера? На этот вопрос отвечают ведущие программы «Цена победы» радиостанции «Эхо Москвы» Виталий Дымарский и Дмитрий Захаров.


Когда-то в городе Мюнхене существовала маленькая и никчемная газетка под названием «Мюнхенер Беобахтер». Газетка националистического толка с очень маленьким тиражом и с очень малоперспективными шансами на выживание. В 1920 году в редакцию газеты пришли два человека, одного из которых звали Дитрих Эккарт, а другого — Эрнст Рём. Они предложили выкупить эту газету. Деньги они, правда, принесли не свои. Принесли они 60 тысяч марок, которые предоставил на эти цели главнокомандующий рейхсвером в Баварии генерал-майор Франц фон Эпп, и, таким образом, газета «Мюнхенер Беобахтер» начала становиться партийным рупором НСДАП.


ФОТО 1.jpg
Генерал-майор Франц Риттер фон Эпп, 1923 год




Следует уточнить, откуда сам фон Эпп взял такую сумму. 60 тысяч марок и сегодня неплохие деньги, но по тем временам это была достаточно большая сумма. Это были пожертвования (помимо денег из армейского бюджета, которые взял фон Эпп). И вот среди пожертвователей значились: Елена Бехштейн, жена владельца знаменитой фирмы по производству роялей; Гертруда фон Зейдлиц, жена богатого предпринимателя Балта, и многие другие. Совершенно очевидно, что Франц фон Эпп не выкладывал денег из своего кармана.


Почему мы обратились к этому примеру? Потому что это была, наверное, одна из первых инвестиций в национальную рабочую партию, тогда еще не НСДАП. И надо заметить, что сам Адольф Гитлер (он был человеком не безразличным к деньгам) из того вложения, из тех инвестиций, которые появились благодаря Францу фон Эппу в газетенку, малотиражку, извлек довольно приличные потом прибыли. Где-то в конце 1920 года — начале 1921-го он взял в кредит уже 120 тысяч марок, по тем временам это было 6 тысяч долларов — сумма, опять же, небольшая, но все же достаточная, — и уже сам купил на них эту газету, и, таким образом, стал единоличным ее владельцем. То есть фактически он стал тем, кого мы уже в более поздние времена стали называть медиа-магнатами.

Кстати сказать, предприятие Гитлера развивалось достаточно успешно, потому что кредит он погасил уже через год, что, в общем-то, было совсем неплохо по тем временам. Из этой газетенки, которая стала действительно партийным рупором, вырос целый издательский дом, комплекс, которым заведовал некто Макс Аманн, и помимо «Фолькише Беобахтер» там были и другие издания, которые приносили солидную прибыль этому издательскому дому.

ФОТО 2.jpg
Макс Аманн, имперский руководитель печати и директор Центрального издательства НСДАП «Эхер ферлаг»



Здесь есть еще одна интересная деталь: Макс Аманн — человек, который руководил издательским домом, был фронтовым товарищем Гитлера, и он отчислял фюреру оговоренный процент с гонораров со всех его статей, книг, которые он публиковал в рамках этого издательского дома. Так что товарищ Гитлер не бедствовал и получал приличные деньги.

Итак, «Фолькише Беобахтер» — первый пример инвестиций в нацистов. Потом по мере того, как национал-социалистическая партия начала набирать обороты, приток средств начал возрастать. И здесь огромную роль сыграл человек, которого звали Ялмар Шахт, финансовый гений, впоследствии одна из наиболее значительных фигур в пантеоне нацистских лидеров.

ФОТО 3.jpg
Ялмар Шахт, президент Рейхсбанка, министр экономики нацистской Германии



Надо сказать, что ни Гитлер, ни Геринг, ни остальные члены НСДАП, составлявшие на тот период ядро партии, не имели, как принято говорить, выходов на олигархов, на финансовых воротил Германии. Ялмар Шахт пользовался большим уважением в этой среде, и он начал знакомить будущих властителей Германии со всевозможными потенциальными донорами, которые могли их обеспечивать средствами.

В конце 1920-х годов, когда, собственно, началось активное финансирование нацистской партии, образовалась такая, как ни странно, семибанкирщина — семь основных финансовых спонсоров нацистской партии и самого Гитлера. В эту семибанкирщину входили, помимо Шахта, директор «Дойче банка» Эмиль Георг фон Штаусс; Фридрих Флик, одна из ключевых фигур; фон Шницель и другие крупные олигархи.



Очень интересной, не только в плане нацистской партии, но и вообще в истории нацистской Германии, является фигура Фрица Тиссена. Наверное, это одна и из самых трагических фигур: Тиссен был человек, который искренне стремился принести благо Германии, а потом понял, что связался не с теми людьми.

Фриц Тиссен происходил из очень богатой аристократической семьи. Его отец, Август Тиссен, был одним из богатейших людей в Германии в эпоху Вильгельма II. Что сподвигло Фрица Тиссена на союз с нацистами? Он был взбешен оккупацией Рура в 1923 году, начал предоставлять огромные средства на борьбу с французами в Рурской области, за что был арестован французами и предстал перед трибуналом. И в том же 23-м году Тиссен познакомился с Гитлером, который убедил его, что сумеет восстановить Германию, и начнет с того, что уберет коммунизм с немецких улиц.

ФОТО 4.jpg
Фриц Тиссен, 1928 год



Интересно, что вообще толкнуло крупный германский бизнес в объятия нацистов? Почему они увидели свой интерес там? Здесь надо представлять себе ту политическую ситуацию, которая в то время была в Германии. Альтернатива была очень простая: или нацисты, или коммунисты. Бизнес, как бы еще не зная, что несет с собой нацизм, уже очень хорошо представлял, что несет с собой коммунизм. Поэтому выбор был сделан достаточно быстро, вынужденно в пользу нацизма, считая, что лучше сильная диктатура, чем слабая демократия.


Им (крупным промышленникам) важно было обеспечить собственные экономические интересы, поэтому между ними и Гитлером с его партией была установлена некая договоренность о том, что их не трогают, а они в обмен на, как сейчас говорят, то, что их капитал будет национально ориентированным, то есть они не будут вывозить его из страны, не будут строить вилл на Кипре, покупать футбольных клубов, а весь свой экономический и финансовый потенциал бросят на возрождение Германии, и, самое главное, ее военной мощи, потому что, помимо всего прочего, военная индустрия приносила большие доходы.

Второй, достаточно серьезной, мотивировкой было то, что Рейнская область и Рур — это металлургические очаги, поля Германии. И очень многие из промышленников, которые так или иначе были связаны с Гитлером, были сталелитейщиками, металлургами и несли очень серьезные убытки и потери из-за оккупации этих территорий. Кстати говоря, в конце 1920-х годов именно по инициативе Рурского синдиката было принято решение с каждой тонны добытого угля, по разным данным, 5 или 7 пфеннигов, перечислять на дело партии.



Вернемся к Тиссену. После 1923-го в течение буквально нескольких лет он вложил в НСДАП более миллиона марок, немыслимые по тем временам деньги. Какое-то время ему казалось, что Гитлер, как он говорил, произвел на него впечатление человека, готового идти по пути реставрации династии Гогенцоллернов, но цели были абсолютно другие. Опять же, Тиссен, человек, потрясенный Версалем и всем, что происходило после этого, может быть, где-то был достаточно наивен в политическом отношении и охотно вкладывал сотни и сотни тысяч марок в движение нацистов. В 1928 году он основал сталелитейный концерн «Ферайнигте Штальверке», в 1931-м вступил в НСДАП. Именно Тиссен пригласил Гитлера 27 января 1932-го выступить перед собранием промышленников в Дюссельдорфе. Это было, кстати говоря, первое выступление Гитлера, который уже был заметной политической фигурой на германской политической арене, но еще в годе от канцлерства. В своей речи Гитлер сказал одну очень важную вещь. Он тогда предстал не как человек с амбициями завоевания мирового господства, а исключительно как человек, который хотел поднять экономику Германии, возродить страну без всяких, так сказать, претензий на мировое господство.

Что касается Тиссена, то в 1933-м он возглавил институт, занимавшийся проблемами корпоративного государства, в 1935-м у него появились серьезные сомнения относительно национал-социализма, у единственного из персонажей, о которых речь пойдет дальше. В 1938-м он вышел из состава прусского госсовета в знак протеста против преследования евреев, а в 1939-м выступил в рейхстаге против планов развязывания войны. 28-го декабря 1939 года он вообще покинул Германию и поселился в Швейцарии.

Очень важным документом является письмо Тиссена. Дословно он писал: «Моя совесть чиста, я не чувствую за собой вины. Моя единственная ошибка в том, что я поверил в вас, Адольф Гитлер, и в ваше движение. С 1923-го я приносил огромные жертвы ради национал-социалистического движения, я всегда воодушевлялся надеждами, что наши старания спасут наш несчастный германский народ. Когда национал-социалисты пришли к власти, первоначальные события, казалось, подтверждали мою веру, по крайней мере пока фон Папен еще являлся вице-канцлером, тот самый фон Папен, которому вы обязаны назначением на пост канцлера, тот самый фон Папен, перед которым вы давали клятву в священном месте — соборе Гаррисона в Потсдаме — соблюдать Конституцию. Однако со временем произошли гибельные изменения».

Далее Тиссен говорит о гонениях на христианство: «И когда 9 ноября 1938 года самым трусливым и самым жестоким образом грабили и мучили евреев, когда по всей Германии разрушались синагоги, я снова выступил с протестом — чтобы продемонстрировать степень моего отвращения, я оставил пост госсоветника». И продолжает: «Остановите бессмысленное кровопролитие в Германии, и она обретет мир, и тем самым сохранит свое единство».

Позже, во время поездки во Францию, Тиссен был схвачен, попал в концлагерь вместе с женой, где и пробыл до 1945-го. Он умер в Буэнос-Айресе в 1951-м. На Нюрнбергском процессе Тиссена не было среди подсудимых.

ФОТО 5.jpg
Фридрих Флик (нижний ряд, третий слева), 1937 год



Другой яркой фигурой был Фридрих Флик — человек достаточно осторожный и взвешенный. Флик начал вкладываться в нацистов только в 1932-м, причем, что интересно, в выборы Пауля фон Гинденбурга на пост президента он вложил почти миллион марок, а на Гитлера, для сравнения, потратил всего 50 тысяч марок. Но в следующем году Флик выделил на НСДАП уже 120 тысяч марок.

При этом он потратил еще 100 тысяч марок на национальную народную партию, потому что не знал, какая из лошадок прибежит первой. Здесь стоит сказать, что национальная народная партия — это была одна из достаточно мелких националистических партий, которых было в избытке в Германии того периода. Она была наиболее заметной из мелких партий помимо нацистов. И Флик, как и многие олигархические деятели, делал ставку сразу на нескольких лошадей, чтобы не проиграть в любом случае. После того, как НСДАП начала набирать силу, он стал инвестировать в эту партию все больше и больше. Закончилось это тем, что в 47-м году вместе с Круппом и Тиссеном он предстал перед судом за оказание помощи Гитлеру.

ФОТО 6.jpg
Густав Крупп фон Болен с женой Бертой, 1927 год




И, конечно, самой значимой фигурой в этом пантеоне немецких олигархов был Крупп. Его полное имя — Густав Крупп фон Болен унд Гальбах. Он был главой концерна «Крупп». В 1920-х годах, когда Тиссен активно финансировал товарища Гитлера, Крупп был противником этого движения и денег не давал. Однако после встречи с Гитлером 20 февраля 1933-го он резко изменил свое мнение, и после этого финансовая помощь НСДАП стала просто безмерной. Вскоре Крупп стал председателем объединения промышленности Германии и провернул интереснейшую комбинацию. 29 мая 1933-го он написал председателю Рейхсбанка Шахту, что представители всех отраслей промышленности будут централизованно собирать средства для НСДАП для создания фонда, который должен стать выражением благодарности вождю со стороны народа.

Вскоре он был назначен президентом фонда Адольфа Гитлера. И вот, что этот фонд получал: все объединения немецких работодателей подписали документ, согласно которому каждый предприниматель был обязан четыре раза в год передавать часть своих доходов в означенный фонд.

Между прочим, этот фонд немецкой промышленности Адольфа Гитлера был создан Круппом в том числе, как он писал, для развития культуры и уменьшения нужды заслуженных партийцев. Но поскольку после «ночи длинных ножей» партийцев поубавилось, то фактически этот фонд, возвращаясь к теме «Гитлер и деньги», стал еще одним источником личных доходов Гитлера. А распорядителем этого фонда был не кто иной, как Мартин Борман.

Вот такую вот комбинацию провернул Крупп, за что стал одним из самых крупнейших заказчиков по производству матобеспечения для германской армии. В 1947-м, как упоминалось выше, он предстал перед военным трибуналом, однако по возрасту и состоянию здоровья был освобожден от уголовной ответственности. Умер Крупп фон Болен в 1950-м в Австрии, где-то недалеко от Зальцбурга.



Но не только немецкие олигархи участвовали в финансировании нацистов. Вкладывали в них и иностранные компании. И не только компании. Например, Форд. Почему? Существует много версий. Во-первых, заработать хотели все, это безусловно, и считали, что вложения в немцев могут принести потом какие-то дивиденды. Но это еще основывалось и на том, что сам Форд был ярым антисемитом, и в какой-то степени идеология нацистской партии его устраивала. Еще больше устраивал его германский рынок.

Тут нельзя не вспомнить и компанию «Континенталь», которая и по сей день присутствует на нашем рынке. Это было англо-германское предприятие. Голландская компания «Шелл» тоже вкладывалась в нацистов… Все это происходило, оговоримся сразу, до определенного момента — периода, когда уже стало понятно, что Второй мировой войны не избежать.

Печать Сохранить в PDF

РЕКЛАМА

Комментарии

Чтобы добавить комментарий, необходимо авторизоваться или зарегистрироваться на сайте