Две жены и один художник

Художник — это Федор Рокотов, чья выставка только что открылась в Третьяковской галерее. А вот жены — совсем не его, да и вообще художник, кажется, женат вовсе не был.

Речь же пойдет о портретах, происходящих из принадлежавшего семейству Струйских имения Рузаевка Пензенской губернии. Ее владелец, Николай Струйский, любитель искусств и поэт-графоман, заказывал Рокотову портреты неоднократно.

Вот это, собственно, и есть Николай Еремеевич Струйский. У современников прославился тем, что собственные поэтические опусы печатал на отличной бумаге в заведенной в имении собственной типографии. И переплетал в сафьян и пергамент.

Свои весьма тяжеловесные поэмы — но в отличном издании — пиит поднес и императрице. Как она оценила тексты — история умалчивает, но качеством издания даже хвалилась перед иностранцами. И отдарилась автору бриллиантовым перстнем. А Струйский заказал Рокотову повторение одного из известных его портретов Екатерины. Портрет, ныне в ГИМе, висел все в той же Рузаевке.

Но гораздо более известен портрет супруги Струйского — Александры Петровны, урожденной Озеровой. Собственно говоря, для широкой публики это такой же символ рокотовского творчества, как «Медведи» для Шишкина.

К слову, родила эта сильфида 19 детей (девятнадцать, тут нет опечатки).

Но нас должен заинтересовать еще один портрет из «рузаевской» серии. В описаниях он обычно значится как «Портрет неизвестного в треуголке».

Однако вот как меняют все современные методы исследования. С помощью рентгенографии выяснили: портрет переписывался. Причем лицо осталось нетронутым, а вот темный плащ был написан поверх… женского платья.

С тех пор и бытует романтическая версия: это был изначально портрет первой жены Струйского, Олимпиады Сергеевны, урожденной Балбековой, умершей в молодом возрасте. Подтвердить нечем — но верить хочется: дескать, переписать портрет владелец решил, опасаясь ревности второй супруги.

Между тем по ходу дела в этой же серии рузаевских портретов обнаружились еще два знакомых. Только узнать их сейчас трудно: еще прошлой осенью они находились в реставрации в ГосНИИРе и выглядели, честно говоря, не лучшим образом. О чем я тогда рассказывала здесь.

Ну, а теперь — пожалуйста: вот заказанный Струйским портрет поэта Сумарокова.

И «Неизвестный в зеленом кафтане».

Выставка Федора Рокотова открылась в Инженерном корпусе ГТГ. О ней подробнее — здесь.