• 6 Июля 2017
  • 5605

Икона экономического романтизма

За всю историю экономических учений было выдвинуто немало довольно интересных и необычных идей, авторы которых утверждали, что только благодаря следованию их теориям удастся избавиться от нищеты, обеспечить благополучие, да и вообще принести мир и счастье. Интересно, скорее, не то, как их можно было воплотить в жизнь (многие из них были практически неосуществимы), а то, насколько они были необычны, увлекательны и каким образом экономисты смогли убедить людей в своей правоте. Это получилось и у Пьера Жозефа Прудона.

Выходец из бедной семьи крестьянского происхождения, Прудон с раннего детства испытал все трудности нищеты. Но это не помешало 12-летнему мальчику посещать городскую библиотеку и там изучать труды выдающихся экономистов и социологов. В 22 года, накопив немного денег, он стал соучредителем новой типографии, но совсем скоро, опять же из-за материальных трудностей, её пришлось закрыть. Однако не все решения судьба принимала против Прудона — Безонсонская академия (Прудон в юном возрасте учился в колледже при ней) присудила ему трехгодичную стипендию как малообеспеченному ученому. Благодаря этому он получил возможность изучать труды экономистов-классиков (например, Томаса Мальтуса, Жана Батиста Сэя), которые в своих теориях, в основном, были продолжателями идей Адама Смита.

фото 1.png
Слева направо: Адам Смит и его последователи — Томас Мальтус и Жан Батист Сэй

Проанализировав многие экономические работы, Прудон критически осмыслил их и выдвинул свою концепцию построения благополучия. Он предложил много теорий построения справедливости, но не выдвинул предположения о том, что произойдет после их воплощения. В своём труде «Что такое собственность?» он пишет: «Впрочем, я не предлагаю никакой системы; я требую уничтожения привилегий и рабства, я хочу равноправия, хочу, чтобы царил закон. Справедливость, и только справедливость — вот суть моего сочинения. Предоставляю другим дисциплинировать мир». Прудон, по сути, нигилист, отрицающий все учения, существовавшие на тот момент в мире, и предлагающий разрушить всё, что есть, а уже затем решать возникающие проблемы по мере их появления. Кстати, на вопрос, заданный в заглавии его работы, автор отвечает весьма необычно: «Собственность — это кража». Эта мысль стала визитной карточкой Прудона.

Далее он задаётся вопросом, почему все же нет равенства, если собственность всеми воспринимается как равенство и необходимость. Затем крайне эмоционально и во многом бездоказательно описывает собственность как институт, который вообще не может существовать. Рассуждал Прудон так. Вот, допустим, владелец плантации винограда. Он может хорошо ухаживать за своим владением, а может запустить его и оставить плоды гнить на дереве, превратив виноградник в пустырь. Это, по Прудону, не владение, а злоупотребление, и именно поэтому собственность плоха, ведь употребление и злоупотребление неизбежно сливаются воедино.

Далее — вопрос, почему же собственность стоит наряду с другими естественными правами человека, ведь она не похожа на остальные, так как жизнь и свобода действительно неотчуждаемы, а вот собственность — нет. Прудон пишет: «Какого метода придерживались законодатели 1793 года, указывая именно эти права? Никакого… они все делали ощупью или по вдохновению».

Противоположность собственности — это общность, но общность, если верить суждению экономиста, есть такое же отрицание равенства, как и собственность, но в том смысле, что собственность есть эксплуатация слабого сильным. Общность — рабство, потому что она уничтожает свободное распоряжение способностями, и если собственность порождает соревнование в приобретении благ, то общность порождает соревнование ленивых.

«Собственник — животное по существу своему похотливое, лишенное стыда и совести», и именно поэтому он, гонясь за прибылью, стремится заработать как можно больше, оставляя других нищими.

В подтверждение этих мыслей Прудон рассуждает так: если взять алмаз, то ведь он был просто поднят с земли и может стоить лишь денег, которые потратили на его находку. Если этот алмаз обработали, то цена получившегося бриллианта должна быть увеличена лишь на стоимость обработки. А на самом деле «собственник», по Прудону, в сотни раз завышает цену. Из этого вытекает идея дарового кредита, то есть такого, когда кредитор дает займы без процентов, потому что кредитор не прилагает никакого физического труда к тому, чтобы выдать кредит, и материально он не обеднеет, ведь должник со временем деньги вернёт и всё станет так, как и было.

фото 2 Карл Маркс.jpg
Карл Маркс

В другой своей статье «Бедность как экономический принцип» Прудон говорит, что практически все люди в мире на самом деле бедны, ведь бедность и богатство — это отношение человека к своей жизни, а не количество денег. Бедность — закон природы, который не дает нам за труд ничего более самого необходимого. Потребности человека не ограничены, и именно поэтому, даже достигнув изобилия и всего того, что только желал человек, он будет хотеть еще больше. Поэтому люди всегда бедны.

Как можно заметить, идеи Прудона экстраординарны. Зачастую он руководствовался лишь вдохновением и эмоциями. Поэтому многие ученые XIX века вели с ним полемику. Например, Карл Маркс в ответ на работу «Система экономических противоречий, или Философия нищеты» пишет критическую книгу «Нищета философии».

Несмотря на многие противоречия, у Прудона было множество последователей. Он первым открыто называл себя анархистом и считается подлинным основателем современной анархистской традиции. Он выступил с идеей отмены денег и теорией «положительной анархии», когда порядок возникает в результате того, что все делают то, что они сами желают делать, и такая система самоуравновешивается, приходя к естественному порядку. В этом случае любое средство принуждение, как власть и правительство, должно исчезнуть. На идеях Прудона построена целая система экономических теорий XIX века — мютюэлизм.