• 8 Марта 2018
  • 13272
  • Владимир Шишов

Меч Аллаха в Палестине

После головокружительной кампании против сасанидского Ирана, в ходе которой всего за три месяца Халид ибн аль-Валид покорил весь южный Ирак, «открыв» эти земли для ислама, полководцу предстояло не менее трудное задание. Праведный халиф приказал ему помочь делу ислама в Сирии, где уже находились основные силы мусульман. Сайфуллах должен был совершить молниеносный марш по пустыне, принять командование войском и покорить богатейшую провинцию могучей Византии. Халиду стоило напрячь все свои силы, чтобы исполнить волю Пророка, завещавшего нести ислам по всему свету, а император Ираклий уже собирал силы, чтобы дать отпор очередным разбойникам из Аравии. О Сирии от Мёртвого моря до Киликии, первом знакомстве Меча Аллаха с ромеями и стратегии арабов в нашем новом материале.

Снова в седле

Едва была занята Хира (главный город Южного Ирака), едва покорено местное население, как Халид ибн аль-Валид продолжил войну с неверными. К этому времени (лето 633 года) относится покорение мусульманами персидской области Сават. При осаде столицы — города Анбара, арабы якобы построили мост из туш верблюдов, забросав ими ров, а лучников неприятеля будто бы лишили зрения самые меткие стрелки арабского войска. История, конечно, выдуманная, но она ярко демонстрирует какая слава осталась от военного гения Сайфуллаха Халида. Сразу же за Анбаром был взят ещё один крупный город Ирана — Айн ат-Тамр.

Казалось, что лишь удача сопутствовала Халиду, но это была удача настоящего воина. В отличии от своих противников Халид всегда был решителен в бою, безжалостен к врагам и снисходителен покорённым. Захваченные города облагались джизью, а желающие всегда могли принять веру Пророка и влиться в ряды воинов Аллаха. Халид вёл хитроумную и грамотную политику, опираясь на своих аравийских ветеранов, которые искренне верили, что Меч Аллаха (как прозвали Халида) непобедим.

После короткой экспедиции на север Аравийского полуострова и покорения отпавших племён, Халид вернулся в Месопотамию, как раз когда персы в очередной раз попытались отбить утраченные земли. Сасанидская держава, ослабленная в войнах с Византией, не могла действовать в полную силу. К внешним неприятностям Ктесифона стоит добавить внутренние распри, а отсутствие в иранской армии полководца даже близко равного Сайфуллаху ставило крест на всех попытках персов вернуть утраченное.

Рис.1.jpg
Ближний Восток к 634 году

За время отлучки Халида сасаниды не предприняли никаких решительных действий, а по возвращении полководца были разбиты объединённой армией мусульман. При Музаййе (ноябрь 633) ибн аль-Валид устроил настоящую резню, напав на неприятельский лагерь посреди ночи. Когда воина обвинили в чрезмерной жестокости, он якобы сказал: «Я не стану вкладывать в ножны меч, который Аллах направил против неверных». Такова была вера и самого Халида в то, что он делает.

Новое назначение

Едва наступил 634 год, Халид совершил паломничество в Мекку, после чего его меч был обращён в Сирию — обширную и богатую область Ближнего Востока. Дело в том, что Сирия в то время сильно отличалась от современной: крупная и обширная область включала в себя две провинции — Сирию и Палестину и простиралась на территории современных Сирии, Ливана, Израиля, Палестины и Иордании.

Западная часть Сирии была освоена людьми с незапамятных времён: здесь некогда обитали великие моряки финикийцы, издревле расселялись семитские племена, в городах жили греки, арабы, иудеи. Здесь пересекались торговые пути с востока на запад, а в долинах рек не было недостатка в плодородных землях.

Рис.2.jpg
Арабы-христиане на службе у византийцев

Восточная Сирия представляла собой противоположное зрелище: гористая, пустынная земля, бесконечные пески, палящее солнце, недостаток воды и как следствие почти полное отсутствие крупных городов, дорог и осёдлого населения. Чем дальше на восток тем больше тон здесь задавали племенные объединения арабов-бедуинов, которые кочевали от оазиса к оазису, с удовольствием совершая набеги на «равнинную» Сирию, стоило государственной машине Византии чуть-чуть дать сбой. Часть этих арабов, тем не менее, спокойно расселялась на византийских территориях в качестве союзников-лимитанов — ромеи справедливо полагали, что лучше всех с бедуинами могут бороться сами бедуины.

Именно в эту гористую, пустынную Сирию должен был вторгнуться Халид, чтобы помочь мусульманским войскам, которые были отправлены покорять эту область. Войско арабов, разделённое на четыре корпуса должно было повторить успех Халида в Ираке, тем более, что в Медине римлян считали куда как менее опасным противником, чем могучих Сасанидов. И напрасно.

Царский ответ

Император Ираклий (610−641гг.) с беспокойством следил за действиями мусульман в против персов. Вскоре стало понятно, что одним Междуречьем арабская экспансия не ограничится, и ещё задолго до вторжения исламского войска в Сирии были сосредоточены крупные силы римского войска. Сам император находился в Эмессе (совр. Хомс, Сирия) и тщательно наблюдал за всеми приготовлениями. Мусульмане не заставили себя ждать.

Рис.3.png
Вторжение арабов в Сирию

В конце апреля 634 года передовые отряды римлян были атакованы крупными корпусами арабов (войско было разделено на 4 части по 7 тысяч каждая) — было ясно, что мусульмане организовали полномасштабное вторжение. Византийцы умело сосредоточили войска и решили навязать арабам полевое сражение, полагаясь на своё численное превосходство и тактику конных лучников, перенятую у сопредельных народов. Тогда то в Сирию и был призван Халид со своим войском, так как у мусульман не было полководца равного ему своими талантами и славой.

Да и византийцы не могли похвастаться чем-то подобным — времена Велизария и Нарсеса давно прошли, империя долгое время находилась в кризисе, из которого вот-вот начала выбираться. Однако новая система была ещё неустойчива, новая армия, собранная из лоскутков старой, только-только была образована. Но времени на «обкатку» всех новшеств не было — Сайфуллах не любил ждать.

Поход на запад

Халид собрал около тысячи отборных воинов и провёл их прямиком через пустыню, по безводным просторам между Ираком и Сирией. Долгий переход стал непростым испытанием для отряда, зато ибн аль-Валид оказался в районе боевых действий в кратчайшие сроки, причём в тылу у византийцев. Сразу же по прибытии в Сирию, ему удалось занять город Арак, оборонявшийся небольшим гарнизоном из арабов-христиан.

Рис.4.jpg
Марш Халида с войском через пустыню

Умеренные условия сдачи города мгновенно расположили население окрестных деревень к пришельцам из пустыни, так что войска Халида смогли соединиться с остальными мусульманскими корпусами, не встречая сопротивления. Вскоре была взята Пальмира, был совершён набег на хорошо защищённый Дамаск. Всё это время остальные силы мусульманского войска были скованы в Южной Сирии, у города Боера (совр. Босра) — важного стратегического пункта на границе пустынной и приморской Сирий. В июле мусульманский отряд, посланный для осады Боеры, едва не был разбит гарнизоном города — положение спас подоспевший вовремя Халид с конницей. Вскоре город был блокирован, а так как полевая армия византийцев ещё только собиралась, то комендант всего через несколько дней осады сдал крепость (середина июля 634).

Покорение Босры было первым стратегическим успехом мусульман в Сирии, однако радоваться было рано — большая имперская армия уже давно концентрировалась в Палестине в треугольнике между Цезарией (главным портом провинции), Газой и Иерусалимом. Басилевс Ираклий хотел в кратчайшие сроки выбить налётчиков из Сирии, полагая, что если уж ему удалось отбить провинцию у Сасанидов, оккупировавших эти территории в ходе войны 602−628 гг., то уж разделаться с аравийскими разбойниками ему не составит труда.

Халид принял командование в Сирии и тут же приказал всем корпусам двигаться к местечку Аджнайдан: мусульмане должны были собраться неподалёку и всеми силами обрушиться на византийцев. Медлить было нельзя — к ромеям постоянно подходили подкрепления из метрополии, а Халид со своими воинами будто не знал усталости — уже в конце июля мусульманская армия сосредоточилась у Аджнайна.

Силы сторон

О точной численности войск мы можем судить только по косвенным данным, так как мусульманские авторы VII века сообщают нам подчас совершенно фантастические подробности этих событий. Римлян, вероятно, было около 10 тысяч человек (но никак не 100), против них сосредоточилось 15−18 тысяч мусульман. Командующий византийцами Феодор — брат императора Ираклия — рассчитывал на подкрепления из союзных арабских кланов, но они так и не подошли. Возможно, реальным командующим на поле боя был армянин Вардан, так как именно его упоминают арабские хроники.

Основой византийской армии в это время была конница: легкие и манёвренные конные лучники, обученные бою на средней и ближней дистанции и тяжёлая ударная кавалерия катафрактов, сражавшаяся копьями в полном доспехе. Пехота византийцев была довольно разнородной, включая отряды пеших лучников (набираемых как раз в Сирии) и пехотинцев с щитами и копьями. В большинстве своём пехота византийцев была лишена доспеха, ограничиваясь лёгким шлемом и плотной стёганой одеждой, за исключением элитных отрядов тяжёлой пехоты.

Рис.5.jpg
Тяжёлая арабская пехота

Арабы же, наоборот, делали ставку на пехоту — Аравийский полуостров был не лучшим местом для разведения лошадей небогатыми жителями пустыни, так что воины строились плотной длинной массой пехоты, где располагались копейщики, лучники и застрельщики и отряды тяжелой пехоты из богатых кланов — те, кто мог позволить себе кольчугу и меч. Конница арабов была немногочисленна, но хорошо подготовлена. Это были отряды, прошедшие кампании на Аравийском полуострове и в Ираке. Всадники предпочитали сражаться мечами и короткими копьями, однако, не имели превосходного защитного вооружения византийских катафрактов, сохраняя подвижность.

Сражение

Место сражения было выбрано мусульманами. Позиция арабов была прикрыта высохшим руслом реки Симт, что давало им защиту от ударов византийской кавалерии. С другой стороны, ограниченность поля боя сделало сражение фронтальным и крайне упорным. Мусульмане прибегли к излюбленной тактике: оборона, отражение неприятельской атаки, затем контратака. Обе армии построились вытянутыми линиями с пехотой в центре и конницей по флангам.

Битву начали византийские застрельщики, провоцируя арабов на бой, однако, Халид строго-настрого запретил воинам выходить из рядов и даже отвечать на неприятельский обстрел. Исключение было сделано лишь для прославленного воина Заррары (или Дарары), который вызвал на поединок любого, кто осмелится вступить с ним в бой. Разумеется, арабские хронисты сообщают, что он одерживал верх над одним византийцем за другим и даже убил губернаторов двух сирийских городов. Остаётся лишь гадать насколько эти сведения достоверны.

Рис.6.jpg
Византийские воины

После того как византийские войска была несколько вымотаны, арабы начали контратаку, но особенного успеха не имели — бой шёл до вечера, а победитель так и не определился. Но ни арабы, ни римляне отступать не собирались. Византийский полководец попытался под видом переговоров подослать к Халиду убийц, но потерпел неудачу, так что на следующий день бой продолжился. Мусульманская фаланга атаковала, несла большие потери, но не переставала давить вперёд. О накале сражения свидетельствует тот факт, что множество командиров мусульман из ближайшего окружения Пророка, халифа или командующего были убиты на поле боя.

Наконец фронт византийцев был прорван — помог вовремя введённый резерв, и византийцам не оставалось ничего кроме как бежать. Организовать манёвр на окружение не удалось — помешал характер поле боя, так что значительная часть византийского войска сумела ретироваться и укрылась в приморских крепостях. Халид снова торжествовал победу, которая, однако, досталась мусульманам дорогой ценой. Многие из его друзей и соратников пали на поле боя или были ранены. Первая встреча с византийцами оказалась не такой простой как того ожидал Сайфуллах.

После битвы

Впрочем, последствия сражения оказались также значительны: именно после Ажнадайна началось настоящее завоевание («открытие») Сирии арабами. Вскоре был покорён Дамаск, прочно заняты территории Восточной Сирии. Византийцы отказались от полевых сражений с арабами, попросту ожидая пока «разбойники» уйдут восвояси. А разбойники и не думали уходить, занимаясь покорением Палестины, распространением ислама, ну и грабежом, конечно, куда ж без этого.

Кампания 634 года в Сирии и сражение при Ажнадайне являют собой важную веху в арабских завоеваниях и развитии военного искусства арабов. Здесь мусульмане столкнулись с совершенно новой для себя военной машиной — Византией. Конечно, арабы не понаслышке знали о римлянах и их военном деле, но столь масштабное противостояние восходящего ислама и клонящейся к упадку Византии, вывело отношение двух культур на совершенно другой уровень. Халид ибн аль-Валид сумел в очередной раз показать себя гениальным стратегом и большим мастером манёвра — чего только стоит его бросок из Ирака в Сирию! Однако даже Меч Аллаха, видимо, не ожидал с кем ему придётся бороться, о чём свидетельствует кровопролитное сражение под Иерусалимом.

Познакомившись на практике с военным делом ромеев, полководец получил бесценный опыт войны с ними, что с лихвой окупилось в предстоящем сражении при Ярмуке (август 636). Когда Ираклий понял, что дело серьёзнее чем казалось, что арабы не лучше персов, а потеря Сирии замаячила в ближайшей перспективе, то император решил собрать сколько можно полевых войск и разделаться с захватчиками. Но об этом в следующий раз.