• 29 Ноября 2018
  • 6677
  • Дмитрий Карасюк

Российский след на британском пепелище

У тех, кто знаком с историей в Англии, недавние новости из Солсбери вызывают в памяти события столетней давности. В начале ХХ века британские газеты тоже подняли шум вокруг деяний российских граждан. Усмирять гостей с северо-востока пришлось лично Уинстону Черчиллю.
Читать

Эта криминально-революционная история началась с банального стука. Нет, никто не настучал в Скотленд-Ярд о страшных анархистах, готовивших мировой заговор. 16 декабря 1910 года жильцы дома 119 по улице Хаунсдвич решили пожаловаться в полицейский участок на громкий стук, доносившийся из квартиры 11. Один из соседей встретил на улице констебля Пайпера и наябедничал о шуме ему. Констебль решил проверить сигнал самостоятельно. Он постучал в дверь одиннадцатой квартиры, но в ответ открылась только узкая щель. Пайпер сразу заподозрил что-то нехорошее. По его мнению, добропорядочные англичане должны быть гораздо более гостеприимны к полицейским. Констебль решил не возбуждать лишних подозрений у обитателей странной квартиры и спросил: «Миссис дома?» Ему на ломаном английском языке ответили, что она вышла. Это только усилило подозрения констебля, и он поспешил в участок доложить о них.

Неизвестно, в каких красках Пайпер описывал свои впечатления, но в 11:30 приструнять нарушителей спокойствия мирных лондонцев отправился небольшой отряд во главе с сержантом Бентли. Прибыв на место, Бентли требовательно постучал в дверь. Ему открыл взъерошенный человек, явно не понимавший по-английски. Увидев полицию, он убежал куда-то вглубь квартиры. Бентли, решив, что квартирант отправился за переводчиком, вместе с сержантом Брайантом и констеблем шагнули в тёмный коридор. Вместо приветствий их встретили выстрелы. Сразу из нескольких дверей таинственные квартиранты открыли огонь на поражение. Бентли погиб на месте. Сержант Брайант был ранен. Получили тяжёлые ранения и два констебля, пытавшиеся вытащить товарищей из-под огня. Стрелять в ответ они не могли — патрульные полицейские тогда были вооружены только дубинками.

Петерс 1.jpg
Полицейские, погибшие 16 декабря 1910 года на улице Хаунсдвич. (wikipedia.org)

Нападавшие выскочили на улицу через другой выход. Их попробовал остановить сержант Такер, но один из бандитов дважды пырнул его ножом, попав в бедро и в сердце. Не повезло и констеблю Шоате. Он попытался преследовать преступников, но в ответ получил 12 пуль. В ходе этой стрельбы был случайно ранен и один из бандитов. Остальные, угрожая пистолетом, остановили случайного прохожего, заставили его взвалить раненого на спину и спешно покинули место перестрелки. Позже свидетели рассказывали, что видели женщину и нескольких мужчин, один из которых нёс на себе товарища, как подумали многие — пьяного.

Сказать, что вся лондонская полиция была поставлена на уши — не сказать ничего. Службы правопорядка британской столицы впервые понесли столь тяжелые единовременные потери. Обследование дома на Хаунсдвич показало, что стук был подготовкой к банальному ограблению: квартира преступников примыкала к ювелирному магазину, и бандиты долбили стену, чтобы попасть к сейфу с драгоценностями.

С помощью опроса свидетелей и по следам крови полицейские нашли убежище бандитов на Гроув-стрит, 59. В пустой квартире был обнаружен только труп одного из нападавших, умершего от потери крови. Под подушкой у него находился маузер, из которого был убит сержант Бентли. Труп довольно быстро идентифицировали: покойным оказался некто Георг Гардштейн. Вскоре выяснилось, что документы на это имя фальшивые. На самом деле они принадлежали Янису Стенцелю, подданному Российской империи, члену латышской анархистской организации «Лиесма» (Пламя), известному в революционных кругах также под партийной кличкой Пулка Муромцев.

У Скотленд-Ярда появилась ниточка. Начались облавы в местах сбора анархистов. Прежде всего задерживали политических эмигрантов из России. Так в руки полиции попали Яков Петерс, Юрий Дубов и Нина Васильева. Если Юрий Дубов был всего лишь слесарем, который должен был вскрыть сейф, то Яков Петерс, арестованный 23 декабря, оказался персонажем с богатым революционным прошлым. В России он вступил в Социал-демократическую рабочую партию еще в 1904 году, активно участвовал в первой русской революции. В 1907-м он арестовывался за причастность к убийству директора завода, на котором организовывал забастовку, но был оправдан военным судом. В 1909-ом Петерс эмигрировал сперва в Гамбург, затем перебрался в Лондон, где участвовал в работе русских, латышских и английских коммунистических кружков. В компанию анархистов, готовивших ограбление ювелирного магазина, Яков попал благодаря родственным связям. Он был двоюродным братом Фрица Думниека — одного из преступников, известного также под подложной фамилией Сваарс. Полиция предполагала, что именно Петерсу принадлежал маузер, из которого был застрелен сержант Бентли: у покойного Стенцеля, под подушкой которого был обнаружен пистолет, имелись патроны к совершенно другому оружию. Кроме того, свидетели утверждали, что именно Петерс нанес смертельные удары ножом сержанту Такеру.

Петерс 3.jpg
Портрет Якова Петерса. (wikipedia.org)

Во время допросов и Дубов, и Петерс упорно молчали. Полицейским удалось развязать язык только у юной перепуганной Нины Васильевой. Она рассказала, что является подругой латышского анархиста Фрица Сваарса и что возглавлял банду некто Пётр Пятков по кличке Пётр Художник. Больше Васильева ничего не знала. Следствие зашло в тупик, Скотленд-ярд объявил огромную премию в 500 фунтов стерлингов за информацию, которая поможет аресту Петра Художника и его подельников.

Петерс 8.jpg
Розыскной портрет Петра Художника. (wikipedia.org)

1 января 1911 года нашелся желающий получить премию. Русский эмигрант Орлов-Цугарман сообщил, что латышские анархисты-грабители скрываются в доме № 100 на улице Сидней-стрит в Ист-энде. Для пущей уверенности информатора попросили на следующий день посетить логово анархистов и убедиться, что подозреваемые на месте. Стукач подтвердил, что преступники прячутся на Сидней-стрит, а вместе с ними там находится некая Бетти Гершон. Операцию назначили на третье января.

Ночью две сотни полицейских, вооруженных револьверами и винтовками, окружили дом номер 100. Всех жильцов злополучного дома, кроме обитателей нехорошей квартиры, стараясь не поднимать шума, эвакуировали. На подходе к Сидней-стрит удалось перехватить Бетти Гершон, которая несла продукты грабителям.

По тогдашнему закону полиция не имела права начинать агрессивные действия против предполагаемых преступников, пока они не откроют огонь. Поэтому сотни полицейских ждали, когда обитатели осажденной квартиры подадут признаки жизни. Начался поздний зимний рассвет, но за окнами никто не мелькал. Похоже, анархисты крепко спали сном праведников. Один из констеблей осмелился постучать в дверь, ему никто не ответил. Тогда сержант Лисон придумал покидать камешки в окно второго этажа, будто приглашая скрывавшихся за ним людей на романтическое свидание. Это возымело действие: в окне показалась всклокоченная голова, рамы распахнулись, и раздались выстрелы. Сообразительный сержант сразу был ранен в ногу и в грудь.

Завязалась ожесточенная перестрелка. Осажденные явно не испытывали недостатка в боеприпасах, а их маузеры были куда скорострельней, чем однозарядные винтовки полицейских. Оценив обстановку, старшие офицеры связались с министром внутренних дел Уинстоном Черчиллем и запросили подмогу. Тот распорядился выделить им в помощь стрелков шотландской гвардии, полк которой был расквартирован неподалеку в Тауэре. К 10 утра 20 шотландских стрелков заняли огневые позиции в домах напротив и присоединились к обстрелу окон анархистов. Это был первый случай в истории Англии, когда лондонской полиции пришлось прибегнуть к помощи армии.

Петерс 4.jpg
Шотландские стрелки ведут огонь на Сидней-стрит. (wikipedia.org)

Сам сэр Уинстон прибыл в район боевых действий в 11.50. Как он вспоминал позднее, из толпы собравшихся зевак раздавались крики: «Либеральная политика правительства довела Англию до того, что понаехавшие эмигранты устраивают сражения на улицах мирной британской столицы!» К тому времени среди полицейских появились несколько раненых: российские революционеры стреляли метко. Не желая подвергать подчиненных лишней опасности, министр распорядился отложить штурм и вызвать подкрепление. Прибыли еще несколько взводов шотландских гвардейцев, послали за артиллерией. Осаждавшие планировали сровнять неприступный дом с землей.

Перестрелка достигла апогея после полудня. Около часу в окне мелькнула голова одного из анархистов. Раздалось сразу несколько выстрелов, и труп революционера повис на подоконнике. Тем не менее, стрельба из окна продолжалась.

Петерс 5.jpg
Прибытие Уинстона Черчилля на Сидней-стрит. (wikipedia.org)

Вскоре из-под крыши дома повалил густой дым: видимо, осажденные подожгли собственную крепость. Прибывшим пожарным Черчилль запретил приступать к тушению — риск для их жизни был слишком велик.

Около половины третьего пылавшая крыша рухнула внутрь здания. Стрельба из окна прекратилась. Как раз в это время прибыли два орудия полевой артиллерии, подошедшие прямо к шапочному разбору. Черчилль разрешил начать тушение огня и отбыл в министерство.

Петерс 6.jpg
Пожарные тушат дом номер 100. (wikipedia.org)

Огонь долго не удавалось усмирить. От рухнувшей стены пострадали пятеро пожарных, один из которых умер в больнице. Только несколько часов спустя полицейским удалось осмотреть обгорелые руины. Они обнаружили два обуглившихся трупа. В газетах было объявлено, что они принадлежали Уильяму или Джозефу Соколову и Фрицу Сваарсу. Позже полицейские утверждали, без особой, впрочем, уверенности, что настоящие имена кремированных анархистов — Ян Вотель и Фриц Думниек. Подложных имён и партийных кличек у российских революционеров было столько, что британские правоохранители в них просто путались.

Петерс 7.jpg
Полицейские осматривают горящий дом на Сидней-стрит. (wikipedia.org)

Следов Петра Художника не обнаружилось. Он бесследно исчез. Из-за этого информатор Орлов-Цугарман получил всего лишь 163 фунта — педантичная полицейская бухгалтерия сочла, что премию ему необходимо выплатить лишь за двух убитых анархистов. Несколько десятилетий многие предполагали, что главарь банды вообще являлся вымышленным персонажем. Иногда утверждали, что Петр Художник и Яков Петерс — одно лицо. Только в 1988 году историк Филипп Руфф, ссылаясь на архивы КГБ, предположил, что главарём банды анархистов был латышский художник Гедерс Элиасс, связанный с революционными кругами. Он активно участвовал в рижских событиях 1905−1907 годов, а затем эмигрировал в Англию, где его следы затерялись.

«Осада Сидней-стрит», как назвали события третьего января 1911 года журналисты, стало первым лондонским происшествием, запечатленным на кинопленке. Небольшой документальный фильм о зверствах анархистских эмигрантов из России демонстрировался в лондонских синематографах. По воспоминаниям, под мелькавшие на экране кадры перестрелки и пылавшего здания, таперы играли «Дубинушку» и «Калинку-малинку».


Началась подготовка к процессу над Дубовым, Петерсом и Васильевой. В феврале арестовали еще одного участника попытки ограбления ювелирного магазина — Ивана Розена, который стал четвертым обвиняемым. Следствие длилось пять месяцев. В мае, на первом заседании суда, прокурор объявил, что все четверо обвиняются в преступном сговоре с целью ограбления и в укрывательстве убийцы, а Дубов и Петерс — еще и в убийстве сержанта Такера (трупы остальных полицейских повесили на мертвого Гарштейна).

Пока шел суд, в Англии началась мощная кампания в поддержку обвиняемых, проводившаяся под лозунгом «Руки прочь от борцов против царских сатрапов!» Одной из организаторов этой кампании стала двоюродная сестра Черчилля Клэр Шеридан. Левая молодежь устраивала манифестации прямо под окнами суда. Естественно, адвокаты выжали всё из общественных настроений. На руку им оказалось и то, что прямых улик следствию собрать не удалось. Обвиняемые на допросах молчали, а найти свидетелей, которые были вхожи в глубоко законспирированную ячейку латышских анархистов, не получилось.

В результате трое обвиняемых мужчин были оправданы за отсутствием улик. Суд смог отыграться только на Васильевой, которой за её помощь следствию влепили два года. Но и её оправдали после рассмотрения апелляционной жалобы.

Анархисты вышли на свободу героями газетных полос. Красавчик Петерс тут же женился на богатой невесте — дочери банкира Мэй Фримен. Самым большим последствием «Осады Сидней-стрит» стало ужесточение миграционных законов Британской империи, а также то, что английским полицейским разрешили патрулировать улицы, имея при себе огнестрельное оружие.

Судьбы участников банды анархистов сложились по-разному. Дальше всех пошел Яков Петерс. В 1917 году он вернулся в Россию и стал активным участником Октябрьского переворота. Через год жена-банкирша с дочерью последовали за ним, но в Москве обнаружили, что муж-революционер завёл новую семью. Тем не менее, в свою буржуазную Англию Мэй не вернулась и прожила в СССР до смерти, наступившей в 1971 году. Самого Петерса партия направила в ВЧК, где он стал заместителем Феликса Дзержинского. Петерс являлся одним из организаторов красного террора и массовых репрессий. В 1938 году он сам попал в жернова созданной при его участии машины и был расстрелян, как участник антисоветского заговора. Попытка ограбления ювелирного магазина в далеком Лондоне и давнее убийство английского полицейского в приговоре не фигурировали.

распечатать Обсудить статью
Источники
  1. Stratmann, Linda. Greater London Murders: 33 True Stories of Revenge, Jealousy, Greed & Lust. 2010
  2. Eddy, J P. The Mystery of "Peter the Painter". 1946
  3. Изображения для анонса материала и для лида: wikipedia.org