• 8 Октября 2017
  • 6549

«По описанию твоей болезни я заключил, что у тебя страшнейший сифилис»

Антон и Александр Чеховы с юношеских лет общались друг с другом в, как говорится, стёбной форме. А из переписки и биографии Антона Павловича его брат Александра предстаёт, как пьяница и балагур. Эксцентричный человек часть жизни прожил в незаконном браке, что, конечно бросало тень на его семью. Кроме того, менее удачливый, чем Антон, Александр едва сводил концы с концами. 

В письме от 22 (или 23, точно не известно) сентября 1895 года помимо бытовых рассказов, Антон Павлович подшучивает над другим и, что характерно, жалуется на то, что журналист Алексей Суворин его игнорирует.

Его высокоблагородию Александру Павловичу Чехову

Петербург, Невский 132, кв. 15

22 или 23 сентября 1895 года

Мелихово

Добрый Саша! Любезное письмо твоё получил и тотчас же отвечаю, хотя я слишком занят, чтобы отвечать на письма людей низкого звания.

1) «Неделя о слепом», мне кажется, затянулась слишком долго вопреки всем календарям. Я просил тебя адресоваться прямо в Каширу, к одному слепому, для меня же в настоящее время справки твои значения не имеют, так как у меня нет даже адреса слепого.

2) Теперь о зрячих. У Ивана я давно уже не был; по слухам, у него в училище был дифтерит, занятия временно прекращены, и он живёт теперь у родственников жены, полный сознания своего семейного благополучия. Очевидно, к себе в училище он не ходит и твои письма, которые ты пишешь «в воне благоухания духовного», его швейцар бросил в нужник. Он, т. е. Иван, немножко поседел и по-прежнему покупает всё очень дешево и выгодно и даже в хорошую погоду берёт с собой зонтик.

3) Володю Чехова выперли из Екатериносл семинарии на том основании, что он светский. Я хлопотал за него, написав в Симферополь, причём ему сказано было, что если в Симфер есть вакансия и попы будут препятствовать поступлению, то чтобы он поторопился написать тебе насчёт протекции. Мне кажется, что при наличности вакансии и хороших отметок было бы достаточно одной карточки Победоносцева или Саблера. Но вопрос в том, есть ли вакансия… Буде я узнаю, что вакансия есть где-нибудь, мы спишемся и будем действовать сообща. Мальчику надо помочь, а то его заберут в soldateniensis. Буде одобришь, я сам напишу Победоносцеву, ибо для дяди и его почтенных сынов я готов на всё.

4) По описанию твоей болезни я заключил, что у тебя страшнейший сифилис и громадная фистула заднего прохода, образовавшаяся вследствие непрерывного выпускания газов.

5) Погода у нас очень хорошая, тёплая. Виссарион по-прежнему жуёт за обедом мать и длинно рассуждает об орденах.

6) Брома и Хину скоро опять придётся запирать в баню. Дочь их Селитра — вылитый Бром.

7) А. С. Суворин мне ничего не пишет, и я не знаю, где он.

Затем кланяюсь Наталии Александровне и детям и вместе с ними скорблю, что из тебя не вышло никакого толку. Жаль, Саша, а между тем тебе дано было хорошее направление.

Твой благодетель

А. Чехов.

Р. S. О твоём рассказе напишу из Москвы.