• 26 Апреля 2017
  • 15387
  • Оля Андреева

Факультатив по истории. Лев Толстой и оргии богачей

О том, как Лев Николаевич Толстой пытался победить городскую нищету и что из этого вышло, рассказываем в новом выпуске «Факультатива по истории».

Читать

Земную жизнь пройдя на три четверти, Лев Николаевич Толстой приехал в Москву и повстречал там бедняка. Бедняков Лев Николаевич встречал и раньше — в деревне, но представить их в Москве как-то не догадался. Неподдельно заинтересовавшись обозначенной тематикой и желая заглянуть за кулисы нищенского существования, Лев Николаевич по совету знающих людей направился на Хитров рынок — знаменитое средоточие городской бедноты — и вскоре очутился в так называемом Ляпинском доме, этаком модном сквоте униженных и прокаженных. Чрезвычайно впечатлившись увиденным и бессистемно раздарив пьяницам и проституткам имевшиеся при себе деньги, Лев Николаевич вернулся домой невероятно подавленным. Привычный обед из пяти блюд не лез старику в горло. Перед глазами отчетливо стояли душераздирающие образы грязных, полураздетых и голодных обитателей Ляпинского дома. Нужно было что-то делать.

фото_.jpg

Слегка облегчив собственный кошелек, Лев Николаевич понимает, что деньги надо просить у других богатых и приступает к долгой череде визитов ко всем знакомым богачам. Богачи терпеливо слушают Льва Николаевича в нарядно убранных гостиных, тактично кивают и обещают материальную поддержу его благородному стартапу, но, попрощавшись с одержимым гостем, все как один крутят пальцем у виска. Лев Николаевич, в свою очередь, замечает, что, несмотря на кивки гостеприимных хозяев, уходит он от них всегда с пустыми руками и весьма неопределенными перспективами сотрудничества. Но начало положено, и в голове уже зреет план.

нищие2.jpg

В статье «О переписи в Москве» Лев Николаевич удачно цепляется за грядующую в городе перепись населения и решает лично принять в ней участие с целью создания единого списка нуждающихся. В помощь он берет студентов-счетчиков. Студенты дружною толпою отправляются в ночлежные дома во главе со Львом Николаевичем. По замыслу художника все переписанные должны в итоге получить необходимую помощь и навсегда покинуть свой страшный приют. Идея, казалось бы, под стать лучшим утопическим инициативам позднего пубертата, однако Льву Николаевичу на тот момент глубоко под 60. Его ведут к самым что ни на есть несчастным и бедствующим, сажают на их вшивые постели и пересказывают их похожие судьбы. Однако чем больше протянутых к нему рук, тем яснее Лев Николаевич видит, что не такие уж они и бедные. Раз тощая мать не отдает своих детей в приют, значит, не все так плохо, не правда ли? А у старушки в углу, которая так горячо просится в богадельню, вообще целый набор посуды да еще и коробочки от монпасье. Добро — это не обязательно деньги, решает Лев Николаевич и идет домой есть обед из пяти блюд.

За обедом он думает о природе вещей. На этапе закусок совершенно очевидным становится ему, что нет никакой разницы между проститутками из Ляпинского дома, продающими своих дочерей, и великосветскими дамами, красующимися на балах, и как глупо было искать в них участия — чем они могут помочь? А порассуждав еще немного за переменой блюд Толстой и вовсе приходит к выводу, что самый бедный из всех — он сам. Сами посудите — без помощи поваров, горничных и лакеев он не может ни поесть, ни умыться, ни одеться в чистое. И вот, он, несчастный человек, который ездит в экипажах, заказывает костюмы и платит уборщицам, вдруг вздумал, что может помочь другому — чепуха! К десерту мучившее его бремя рухнуло с плеч. Мысленно сняв с себя всю ответственность за провал операции, Лев Николаевич принялся искать виновных. «Рыбак тонет, ловя нам рыбу, прачки студятся и мрут, кузнецы слепнут, фабричные болеют, швеи чахнут». В городах, меж тем, не прекращаются оргии богачей. На бульварах музыка, в садах театры, на реке катания. Вот он, корень зла.

фото 3.jpg

Пока богачи не начнут обслуживать себя сами, не заставляя рыбаков тонуть, а кузнецов — слепнуть, не видать нам светлого будущего. В нарядные гостиные знакомых богачей он возвращается, окрыленный новыми истинами: не нужно жертвовать копейки, а нужно всем покаяться и выйти на 16-часовой рабочий день. (В сутках — 24, спим 8, остается 16). «Придет время, — говорит Лев Николаевич, — очень скоро, и оно приходит уже, когда стыдно и гадко будет обедать не только обед в пять блюд, подаваемый лакеями, но обедать обед, который сварили не сами хозяева; стыдно будет ехать не только на рысаках, но на извозчике, когда ноги есть; надевать будни платья, обувь, перчатки, в которых нельзя работать». Богачи сочувственно слушают, согласно кивают и грустно крутят пальцем у виска. С этим Львом Николаевичем никогда не соскучишься.


распечатать Обсудить статью