• 13 Июля 2016
  • 12781

Факультатив по истории. Самые необычные идеи советских архитекторов эпохи коллективизации

Читать

Рубрика подготовлена Diletant.media совместно с сообществом Факультатив по истории.


Как революция в архитектуре чуть не привела к революции в семейных отношениях, и кто украл у нас кухни и спальни? О самых смелых идеях советских архитекторов — в новом выпуске «Факультатива по истории».

фото1.jpg

Коллективизация подкралась незаметно. И если вы думали, что это касалось только рабочих и крестьян, вы ошибались — одними из первых за коллективизацию взялись архитекторы — потому что коллективам надо было где-то жить. В двадцатых государство активно спонсировало строительство так называемых домов-коммун, стали появляться общежития, фабрики-кухни, во главе угла стал не человек, а труд. Градостроитель и теоретик конструктивисткой архитектуры говорил: «Если не будет домашнего производства, что будет объединять меня в одной квартире с другими лицами? Семейные узы? Но семейные заботы берет на себя машинная техника». Как видите, сама по себе семья стала не особо-то и нужна.

Архитекторы так увлеклись идеей коллективизма, что рассудили следующим образом: раз мы коллектив, значит, все равны. А в каком коллективе этого нет? В семье. Поэтому семья нам не очень нравится. Семье мы предлагаем превратиться в такой же равноправный коллектив, где все спят вместе, и да, мы в курсе, что «люди ночами делают новых людей», поэтому вот вам отдельный кабинет на двоих и расписание, когда чья очередь людей делать. Ну, все, как у Замятина. Одним из самых скандальных проектов был проект спален молодого и дерзкого архитектора Кузьмина, они так и вошли в историю: «Спальни Кузьмина».


«Пролетариат, — писал он, — должен немедленно приступить к уничтожению семьи как органа угнетения и эксплуатации» и начертил в доме-коммуне общие спальни на шестерых с «кабиной для ночлега» на случай необходимости воспроизвести потомство. Проект общежития другого архитектора предполагал двухкоечные спальни для супружеских пар и четырехкоечные «холостые кабины». Пищу надо было доставлять из общих кухонь в термосах, а одежду хранить в туалетно-вещевых комнатах. Реально пожив в этих условиях, рабочие поняли, что они на такое подписывались, Кузьмин резко потерял авторитет, многие проекты, гениальные по своей абсурдности, стали сворачиваться. Треша не получилось. Даже как-то обидно за архитекторов.


фото 2.jpg

фото 22.jpg

Дом Мельникова

Вот, например, Мельников. Талантливый человек, идей — море, нейминг от бога, а совершенно не в свое время родился, не тем маркетологам, так сказать, отнес продукт. Ну, то есть, когда ты проект жилого дома для работников газеты «Известия» с балконами, напоминающими чашечки распустившихся цветов, аргументируешь словами «это жилой дом, а жизнь подобна цветку» — это, как минимум, странно. Слушая его идеи в двадцатых, можно было покрутить пальцем у виска, зато сегодня чуваку бы цены не было: архитектор, называющий столовую на сто посадочных мест «100ловая», — стопроцентно король хипстеров.



А у него еще кроме столовой санаторий «СОНная СОНата», где на ста койках сто человек должны были засыпать под пение птичек и журчание ручейка — и это, заметьте, задолго до эпохи cd-альбомов в духе «Шум дождя в осеннем лесу». В общем, Мельников много предложил и мало реализовал — за Мельникова обидно. В его собственном доме в Кривоарбатском переулке в Москве для сна было отведено специальное помещение с небольшими перегородками, и каждую ночь семья превращалась в коллектив спящих людей.

распечатать Обсудить статью