• 11 Февраля 2018
  • 6596

Что, если бы Людовик XVI остался королем?

Великая французская революция сбросила с парохода современности монархию и круто изменила историю Европы. Всего этого, правда, могло бы и не быть, окажись король Людовик XVI человеком более решительным и последовательным. Рассказываем о том, какими путями могла бы пойти Франция. 

Могло ли такое быть?

Совсем избежать потрясений и перемен Франции было бы сложно. Но потрясения — это еще не синоним революции. Франция могла бы еще очень долго охранять старые порядки и беречь абсолютную монархию, живя по заветам Короля-Солнца. Но для этого Людовик XVI должен был бы обладать характером своего далекого предка. Тем более, что при всем внешнем великолепии Людовика XIV французская экономика переживала при нем времена далеко не лучшие. Приняв крепкую страну от Мазарини и Ришелье, он сдал ее в состоянии близком к клинической смерти. Просто запаса прочности хватило еще почти на целый век.

Людовику XVI нужно было выбрать направление: уйти в глубокий консерватизм и завинчивать гайки, в жесткой манере удерживая абсолютизм или провести разумные реформы. Отдать часть полномочий в обмен на экономический рост и стабильность. Людовик XVI сделал нечто среднее. Сначала он закручивал гайки, потом откручивал их и в итоге сорвал резьбу. Дело в том, что проблемы в стране накапливались с середины XVII-го века — со времен Людовика XIV.

1. Людовик.jpg
Людовик XVI

Король-Солнце часто повторял: «Государство — это я». Этот принцип действовал и в годы его правления. Колоссальные государственные средства тратились на личные нужды короля. Возводя в абсолют свое личное величие, Людовик подзабыл о государстве. Эту политику продолжил смешивший его на троне Людовик XV. Но если прадед доверял дела государственные достаточно умелым советникам, таким как Кольбер и Лавуа, то при правнуке в системе управления царил хаос, а ключевые решения принимались зачастую друзьями или родней кого-то из королевских фавориток. За полтора века правления двух Людовиков французское общество разделила настоящая пропасть. Богатые и бедные отличались не столько доходами, сколько образом жизни. И если у одних были дворцы, титулы, земли и личные армии, то у других — ничего. Ситуацию усугубляли несколько голодных лет. Франция пережила голод в самом начале в XVIII-го века, потом дважды в 20-е годы, потом еще несколько раз в 40-е и 50-е. Голод уносил сотни жизней, но никак не сказывался на положении хозяев Версаля и Парижа.

Людовик XVI-й получил в наследство целый ворох нерешенных проблем. Казна опустела, внутренняя торговля не развивалась, а выражать недовольство начала уже не только чернь, но и элита. Разрозненное дворянство постепенно перестало быть союзником короны. Иными словами, избежать потрясений было бы сложно, но возможно. Король, однако, предпочел сначала не замечать легко возгорания в своей стране, а когда костерок превратился в пожар, кинулся заливать его керосином. Подумаем о том, что можно было сделать, чтобы сохранить монархию и не устроить катастрофу.

Первый сценарий. Безболезненная демократизация

Метод «денег нет, но вы держитесь» очень хорошо работал на протяжении ста пятидесяти лет, но стал совершенно бесполезен при Людовике XVI-м. Возможно, дело тут в личности самого короля. Человек он был слабохарактерный, зависимый и даже робкий. Нерешительность эта проявлялась в самых разных ситуациях, в том числе и не связанных с политикой. Монарх, например, долго не мог отважиться на совершенно безопасную операцию по удалению небольшого прыща, расположенного немного выше бедер. Такие операции французские врачи делали с конца XVI-го века, а риск умереть или пострадать был равен к нулю. Хуже было другое — события, которые начали происходить в 1789-м году, король воспринимал как некое досадное недоразумение. Он не усмотрел в протестах, манифестациях, политических собраниях и строительстве баррикад глобальных процессов.

2. Неккер.jpg
Неккер

Двор шел на уступки в надежде выиграть время, но сам тем временем вынашивал планы реванша. Как известно, попытки отыграть все назад в итоге стоили королю головы. Другое дело, что королю предлагались проекты создания свободного правительства, которое было бы частично ему подконтрольно, но при этом также и автономно. Такой кабинет министров, случись проекту реализоваться, должен был бы быть коалиционным. Это был бы переход к конституционной монархии, который можно было бы осуществить безболезненно, если бы члены правительства сумели утрясти личные противоречия.

Времена пришлось бы пережить трудные, но полного кошмара удалось бы избежать. Ни Вандейского восстания, ни диктатуры якобинцев, ни Директории, ни наполеоновского переворота не случилось бы. Бонапарт, наверное, так и остался бы талантливым военачальником и не более того. А возглавить коалиционное правительство мог бы, например, Жак Неккер — сторонник мягких реформ и небольших уступок.

Военная диктатура

А что, если это правительство оказалось бы слабым? Что, если бы коалиция тут же погрязла бы во взаимных склоках? Первый вариант — военная диктатура. Тут, в общем, все понятно. По сути, захват власти Наполеоном и был военной диктатурой. Просто тогда это так не называлось. Свет, однако, не сходится клином на Наполеоне. Бонапарт, конечно, фигура самая заметная. Но и без него во Франции хватало мощных генералов.

3. Наполеон.jpg
Наполеон

Установить свои порядки мог захотеть любой. И не важно — роялист по убеждениям или революционер. Хоть тот же Бернадот, который по молодости был оголтелым противником монархии и до самой смерти носил соответствующую татуировку. Ее обнаружили при погребении Бернадота. На теле человека, бывшего шведским королем, было начертано «смерть монархии». Чтобы посмеяться: таким генералом-диктатором мог бы оказаться даже Тома-Александр Дюма — отец Дюма-отца, Дюма-дедушка.

Иностранное вмешательство

Европа очень внимательно следила за тем, что происходило во Франции. И внимание это быстро сменилось тревогой, а та — ужасом. Конечно, ослабление конкурента — это хорошо. Но вот сама тенденция… Какие-то серые люди посмели поднять руку на монархию, ограничили власть короля, а потом казнили его. Власть перешла непонятно кому. Монархов остальных стран Европы сильно беспокоило то, что нечто подобное может случиться и у них. Тем более, что случай не единичный.

4. Георг.jpg
Георг IV — регент Великобритании в годы наполеоновских войн

Сначала группа британских колоний объявляет независимость, но это ладно — США находится на окраине мира. Но проходит 13 лет, и похожие события разворачиваются в сердце Европы. Англия, Россия, Пруссия и Австрия были сильно напуганы. Общая риторика вокруг Революции чем-то напоминают то, что говорили российские политики в разгар событий на Украине в конце 2013-го года. Только вместо «не допустим Майдана», было что-то типа «не допустим Бастилии».

План военного вторжения во Францию и силовой реставрации абсолютной власти Бурбонов первой составила Англия. Антифранцузская коалиция, как мы знаем, в конце концов победила. Но побеждала она уже Наполеона. А по началу на полномасштабное вторжение союзники попросту не решились. Случись оно, и Франция, вероятно, таки была бы разделена на сферы влияния, а в Париже сел бы править какой-нибудь марионеточный король.