Битва при Риволи – гений Бонапарта

Владимир Шишов
24 Августа 2017 // 13:10

Сражение при Риволи стало настоящей жемчужиной в карьере молодого генерала Бонапарта. После блестящих побед при Лоди и Арколе внимание всей Европы было приковано к свершениям будущего императора, но битва, развернувшаяся в середине января 1797 года, превратила Бонапарта в живую легенду и поставила его в один ряд с Цезарем и Александром Македонским. Два дня изнурительных боев с превосходящими силами противника и триумф военного гения возвысили престиж Бонапарта на недосягаемую высоту, а сама операция навсегда вошла в анналы военного искусства. О том, почему австрийцам было так важно удержать Мантую в своих руках, и как один час решил исход целой войны, – в нашем материале.

Немного предыстории

К концу 1796 года ситуация на Итальянском фронте Войны Первой коалиции складывалась как нельзя лучше для французов. Причиной успехов республиканской армии было военное дарование молодого корсиканца — генерала Бонапарта. Всего за несколько месяцев ему удалось вывести из войны Пьемонт, освободить от австрийцев значительные территории на севере Италии, вплотную приблизившись к Венеции и Тиролю.

Рис.1.JPG
Итальянская кампания Бонапарта в 1796 году

Единственным препятствием для Бонапарта и его войск (и по совместительству последней надеждой Австрийской монархии) оставалась крепость Мантуя — эта твердыня, расположенная в уникальном для обороны месте, была первоклассно укреплена, так что даже сам Бонапарт не решился на открытый штурм, ограничившись осадой. В Вене решили воспользоваться этим и бросили все силы в Италии на деблокаду.

Всю вторую половину 1796 года в окрестностях Мантуи шли бои: раз за разом австрийские войска пытались пробиться к твердыне и раз за разом были биты гениальным корсиканцем. Всего до конца 1796 года австрийцы предприняли три крупных наступления, и каждый раз были отброшены. Несмотря на это, отдельным австрийским отрядам (а подчас и целым корпусам) удавалось пробиться к крепости, что сыграло злую шутку: к концу года в Мантуе собралось около 20 тыс. человек, там были сосредоточены больше запасы провианта, пороха и сотни орудий. При этом силы самого Бонапарта не дотягивали даже до 50 тысяч человек, да и те были разбросаны вокруг Мантуи и Вероны!

Новое наступление на Мантую

После провала третьего наступления (октябрь-ноябрь 1796) стало ясно, что потерять Мантую значит не только отдать в руки французов всю северную Италию, но и лишиться 20-тысячной группировки, запертой в крепости, и передать в руки противника огромный артиллерийский парк и склады с порохом и провиантом. С этим в Вене смириться не могли, потому решили мобилизовать все возможные силы, чтобы еще раз попытаться снять осаду. В самой Италии сил для нового наступления было решительно недостаточно, однако к началу зимы 1796 года закончилась кампания на Рейнском фронте.

Рис.2.jpg
Война первой коалиции. Положение на март 1796 года

Боевым действиям на Рейне правительствами воюющих стран придавалось куда больше значения, чем Итальянскому театру. Там были сосредоточены куда большие силы (примерно по 150 тысяч с обеих сторон, в то время как в Италии только 40−50 тысяч), туда были направлены лучшие полководцы (Моро и Журдан у французов, эрцгерцог Карл у австрийцев), силам на Рейне отдавали приоритет в снабжении.

К концу 1796 года стало ясно, что рейнская кампания выиграна австрийцами — другое молодое дарование революционных войн эрцгерцог Карл (он был на два года моложе Бонапарта) сумел вытеснить французов с восточного берега реки, добившись значительных успехов, что позволило перебросить часть сил на юг. Франция была утомлена бесконечными войнами, и правительство даже предложило мирные переговоры австрийцам, но те предложение отклонили.

Рис.3.jpg
Солдаты французской революционной армии

В срочном порядке австрийцы формировали новую армию для наступления в Италии: часть сил была переброшена с Рейна, в состав армии были включены части столичного гарнизона и даже сформированы части венских добровольцев. Всего под командованием генерала Альвинци было 49 тысяч человек — у Бонапарта имелось 36 тысяч человек, разбросанных к северу и востоку от Мантуи, еще 9 тысяч осуществляли непосредственно блокаду крепости. Началась последняя битва за Мантую.

Наступление Альвинци

Силы австрийцев сосредотачивались к Мантуе с разных сторон: основные силы продвигались вдоль берега озера Гарда (28 тыс.), наступая с севера, корпус Провера двигался с востока (9 тыс.), еще 10 тысяч наступали между этими двумя группировками. Наступление австрийских войск началось 7 января с демонстрации на восточном направлении, однако удар главными силами был нанесен 12 января. Альвинци атаковал корпус Жубера (10 тыс.) и заставил отступить его южнее, к местечку Риволи.

Рис.4.jpg
Генерал Альвинци

Бонапарт не знал, откуда австрийцы нанесут главный удар и, находясь в Вероне, ждал более точных сведений. Наконец прибыл вестовой от Жубера с депешей, что его, по всей вероятности, атакуют главные силы австрийской армии, и ему срочно нужны подкрепления. Как только это стало известно, молодой генерал больше не терял ни минуты: он тут же разослал приказы по частям о сосредоточении сил на Риволи, а лучшим полубригадам (подразделение революционной армии, примерно соответствующее полку) было приказано немедленно выдвигаться форсированным маршем на помощь Жуберу.

Плато Риволи как бы находится в тисках между берегом озера Гарда, рекой Адидже, ограничивающими его с запада и востока соответственно, на севере же достаточно резко переходит в горы. Впрочем, и само плато далеко не плоское: центр его как бы разрезает небольшой гребень, переходящий к востоку высоту Монте-Маньоне, расположенный на берегу реки Адидже.

Рис.5.png
Плато Риволи

Битва при Риволи

Французы числом серьезно уступали неприятелю: в лучшем случае Бонапарт мог собрать 22−23 тысячи человек, притом, что войска будут подходить постепенно, не сразу. Тогда он решил использовать преимущества местности: так как противник наступает несколькими колоннами по всему фронту, Бонапарт задумал как бы разделить силы австрийцев, заняв Монте-Маньоне, и остановить продвижение австрийских частей, наступавших по берегу Адидже. Была лишь небольшая проблема: нужно было наступать в сию же минуту, имея лишь 10 тысяч Жубера, который отошел к самому югу риволийского плато.

В 4 утра 14 января начинается атака французов на часовню Сан-Марко — ключевому пункту плана Бонапарта и гребню Тромбалоре, расположенному в центре. Австрийцы были выбиты из часовни, и окружающие высоты заняты французскими стрелками, но в 6 утра Альвинци начинает атаку на центр французов. Австрийские войска атаковали столь решительно, что едва не сбросили французов с гребня — положение спасли только подошедшие форсированным маршем подкрепления (ок. 6000).

Тем не менее, упорные атаки австрийцев дали свои плоды — часовня Сан-Марко была отбита, а из долины Адидже уже стали подниматься передовые части австрийских колонн. Австрийцы, занявшие позиции в центре — ликуют, но Бонапарт был полностью уверен в своей победе — он собирает силы и начинает контратаку по всем направлениям. В это же время к французам подходят еще подкрепления — их тут же отправляют в самое пекло.

Благодаря уверенности и энергии Бонапарта его план тут же дал результаты — австрийцы, наступавшие с севера, были остановлены за гребнем Трамбалоре, а колонны, выходившие из долины Адидже, изолированы от остальных сил. Австрийцы были разбиты по частям. Даже атака обходной колонны Лузиньяна (австрийского генерала из французских эмигрантов) не могла изменить положения на поле боя. В атаку были брошены элитные части (во главе с легендарной 18-й полубригадой), австрийская колонна рассыпалась и была частично пленена.

Австрийцы были отброшены по всем направлениям, деморализованы и понесли тяжелые потери. Робкая попытка Альвинцы возобновить наступление на следующий день не увенчалась успехом — солдаты были деморализованы и бежали при первой же возможности. Это была блестящая победа.

После сражения

Бонапарт мог справить триумф: всего за два дня главные силы вражеской армии были разгромлены — Альвинци лишился половины (!) своей армии, из 14 тысяч выбывших из строя 10 тысяч были захвачены в плен французами. Республиканская армия не досчиталась 3200 человек. Наполеону, впрочем, было не до триумфов — от Риволи он тут же бросился на юг, к Мантуе, куда подходили войска Провера. Однако небольшой отряд, едва насчитывавший 9 тысяч человек, уже не мог повлиять на исход операции — победа, очевидно, была за Бонапартом.

Рис.8.png
Северная Италия и Швейцария в конце 1797 года. Австрийцам досталась лишь Венеция с окрестностями

Австрийцы были деморализованы, положение Мантуи было безвыходным: хотя номинально в крепости было около 20 тысяч солдат, к концу января боеспособных сил было едва ли больше 8−9 тысяч, а болезни ежедневно уносили жизни десятков бойцов. Врумзер, видя безвыходность своего положения, 2 февраля 1797 года сдал Мантую французам. Это окончательно сломило волю к сопротивлению у австрийского кабинета, и после первых попыток Бонапарта пробиться в Тироль было заключено перемирие — 18 апреля 1797 года. Так победа при Риволи стала прологом к скорейшему завершению изнурительной пятилетней войны.

Рис.9.png
Заключение перемирия после разгрома австрийцев при Риволи

В военном искусстве

Битва при Риволи является отличным примером тактического гения молодого Бонапарта. Конечно, полководца еще ожидали победа при Маренго, Аустерлицкий триумф, Фридландская победа и Ульм, но тогда, зимой 1797 года, гениальный корсиканец продемонстрировал во всей красе принцип «разделяй и побеждай»: он верно выбрал направление главного удара противника, не дав ему сосредоточиться, а затем продемонстрировал тот же принцип в тактическом искусстве, разбив неприятеля по частям. Фантастическая вера в своих солдат, виртуозное использование местности и хладнокровие при принятии решений, проявленные при Риволи, делают это сражение одним из самых замечательных и интересных в истории военного искусства.

Печать Сохранить в PDF

РЕКЛАМА

Комментарии

Чтобы добавить комментарий, необходимо авторизоваться или зарегистрироваться на сайте