Факультатив по истории. Михаил Лермонтов: страшный сон гвардейца

Оля Андреева
16 Ноября 2016 // 15:12

Несмотря на то, что имя Михаила Юрьевича Лермонтова давно вошло в список русских классиков, его бабушка вообще жалела, что обучила любимого внука литературе. Почему? Выясним в новом выпуске «Факультатива по истории».

Набросились на Лермонтова — Маёшка, Маёшка, а можно подумать, Пушкин был красавец — патлатый метр с кепкой. Просто Михаил Юрьевич пошутить любил, а господа шуток над собой не любят, вот и кричат теперь наперебой: карлик, хромоножка, горбатый…

фото 1.jpg

Ахматова садилась, было, за биографию Лермонтова, но бросила — скучно: «Никто его жизни не увидал, никто не понял — такой он был или другой. А потом кинулись писать воспоминания. Людям этим было уже под шестьдесят. Они ничего не помнили и списывали друг у друга». Это правда, и это, увы, всегда так. Спустя годы все эти дурацкие истории про несчастную любовь и пирожки с опилками идут на ура, так отчего ж не написать.

Да и что там успеешь понять про человека, когда он в 26 лет уже умер? В наше время люди к 26 только в себя приходят, из-за парты встают, от родителей съезжают. Лермонтов в 16 уже знал четыре иностранных языка, рисовал, музицировал, остроумно анализировал Пушкина, фанател от Байрона (в XIX веке быть чьим-то фанатом — это не плакатами комнату оклеивать и не волосы в зеленый красить, а взять и выучить английский, например, по стихам любимого автора), а к 26 успел разбить немало женских сердец и взбесить своим поведением все приличное общество.

В общем-то, ничего особенного — обыкновенный парень с умом, деньгами и острым языком, который служит в гвардии, играет в карты и нарывается на неприятности. Ничего особенного, если бы не одно обстоятельство — Лермонтов пишет стихи.

фото 2.jpg

Стихи, которые бабушка хвалит за то, что там «нет нонишней модной неистовой любви» и за которые он периодически получает по голове от императора. Когда его сослали за знаменитое теперь стихотворение «Смерть поэта», бабушка вообще пожалела, что внука учили литературе.

При жизни у Лермонтова вышел один сборник. Тогда этим не гордились. Карьера литератора — это вообще не карьера, это страшный сон гвардейца — чтобы твой портрет да в школьный кабинет литературы. Рассказать кому в тех красивых гостиных, что вот этого двадцатилетнего задиру Маешку будут звать не иначе, как по имени-отчеству, Михаилом Юрьевичем, наверное, не поверили бы. На могиле его было написано просто: поручик Тенгинского пехотного полка. Родился. Умер.

Стихи его любили, но как будто не вчитывались, а когда вчитались, обнаружили, что вообще-то можно было и рифмы получше подобрать, и мысль оформить поточнее, и выразиться поискуснее. И если сегодня мы учим наизусть «Последнее Новоселье», не стоит забывать, что Белинский называл эти стихи коротко — «дрянь». Впрочем, в литературной критике всегда так. Все зачитываются «Смертью поэта», а кто-нибудь подойдет и скажет, батюшки, да он же у вас «с винцом в груди». Лучше никого не слушать.

Печать Сохранить в PDF

РЕКЛАМА

Комментарии

Чтобы добавить комментарий, необходимо авторизоваться или зарегистрироваться на сайте