Кинократия. «Амадей» Милоша Формана

Мария Молчанова
30 Сентября 2017 // 07:30

Оскароносный фильм культового чешского режиссера Милоша Формана («Пролетая над гнездом кукушки, «Народ против Ларри Флинта»), вышедший на экраны в 1984 году, собрал множество кинонаград, в том числе 8 Оскаров, и приобрел известность среди кинолюбителей всего мира. В основу исторической костюмированной драмы легла одноименная пьеса английского драматурга Питера Шеффера, который весьма вольно интерпретировал «Моцарта и Сальери» Пушкина.

Версия Шеффера пришлась по душе широкой аудитории. Бродвейская премьера «Амадея» состоялась в 1980 году и выдержала более 1100 показов. Режиссерская формула «злого», посредственного Сальери и странноватого, вечно смеющегося Моцарта — обладателя феноменального музыкального дара, демонстрирует прежде всего торжество свободы творчества над формалистским уставом и академической нормативностью. Такая трактовка биографии великих композиторов идет вразрез с реальной историей, где Сальери был куда более почитаем при жизни, чем Моцарт, обучив таких великих музыкантов как Бетховен и Шуберт, которые посвящали ему свои произведения. Демонический образ, сопровождающий итальянского композитора с легкой руки Пушкина, не имеет ничего общего с реальным прототипом. Миф о том, что якобы Сальери признался на смертном одре в отравлении Моцарта, никак не подтверждается. Масло в огонь добавила премьера пьесы Шеффера в Милане, вызвавшая негодование у соотечественников композитора. Миланская консерватория инициировала процесс над Сальери — по обвинению в убийстве Моцарта. В мае 1997 года даже состоялся суд, который, заслушав свидетелей обвинения и защиты, вынес композитору оправдательный приговор.

1.jpg

В «Амадее» Сальери отводится роль злодея, погубившего гения из зависти, но он же становится последовательным рассказчиком трагической истории. Спустя 32 года после внезапной смерти Моцарта он заново переживает события прошлого и пытается оправдать совершенное злодеяние перед лицом приближающейся смерти. В глазах Сальери Моцарт был всего лишь человеческой оболочкой, которой случайно оказался предоставлен феноменальный дар, как он считал, от Бога. Сальери, будучи человеком образованным, трудолюбивым и религиозным не мог поверить в такую издевку высших сил. Для публики и двора Его Величества императора австрийского он оставался непререкаемым авторитетом, однако внутри его личности уже пылал огонь противоречия и тайной зависти к таланту Моцарта. Разгневанный Сальери отрекается от Бога, сжигая распятие Христа в огне, и клянется, что отныне будет мстить Ему, уничтожив Моцарта. Прикинувшись союзником, Сальери делает все, чтобы погубить ничего не подозревающего молодого гения.

2.jpg

Возможно, данная в фильме трактовка давно минувших событий не претендует на достоверность, но исторические костюмы и быт конца XVIII века были в точности воссозданы по письмам современников. Отметим, что все съемки проходили при естественном освещении. Главным оператором был назначен Мирослав Ондржижек — давний соратник режиссера еще с чехословацкого периода творчества. Более того, Милошу Форману удалось добиться съемок на своей исторической родине в Праге, где сохранилась атмосфера средневекового города без проводов и рекламы. На главную роль Моцарта пробовался Мел Гибсон и даже лидер The Rolling Stones Мик Джаггер, но режиссер утвердил малоизвестного актера Тома Халса.

Эксцентричное поведение австрийского гения воссоздавали по письмам современников. Раздражающий смех гения один из них описал как «заразительное легкомыслие», в то время как другой сравнивал его со скрипом металла по стеклу. Исследуя некоторые проявления своего кинематографического персонажа, герой Тома Халса детально изучал поведение известного теннисиста Джона МакЭнроя, прославившегося своими резким поведением и необоснованными вспышками гнева. К тому же, актеру пришлось немало потрудиться над имитацией игры на фортепиано: ежедневно он играл по 4 часа, стремясь быть убедительным в кадре. Тщательно вживаясь в роли, пара главных актеров, Том Халс и Ф. Мюррей Абрахам, сознательно избегали друг друга на съемочной площадке — точно так же, как это делали их исторические прототипы в реальной жизни.

3.jpg

Интересно заметить, что такое масштабное историческое полотно снималось всего в четырех декорациях: больничная комната Сальери, квартира Моцарта, лестничная клетка и театральные подмостки, имитирующие атмосферу Венской оперы. Милош Форман довольно часто обращался к историко-биографической теме, особенно в американский период творчества: за «Амадеем» последовала экранизация знаменитого рококо-романа «Опасные связи», а затем еще одна оскароносная биография — история американского комика Энди Кауфмана в исполнении Джима Керри.

Цитаты из фильма:

«Я замолвлю за тебя словечко, посредственность. Ведь я покровитель всех посредственностей мира!»

«Я вульгарный человек. Но моя музыка, будьте уверены, не такая»

«Я рассматриваю каждый фильм как биографию, вне зависимости от того, биография ли это существовавшего человека или выдуманного» (Милош Форман)

Фрагмент фильма:

Печать Сохранить в PDF

РЕКЛАМА

Комментарии

Чтобы добавить комментарий, необходимо авторизоваться или зарегистрироваться на сайте