Опубликовано: 06 сентября Распечатать Сохранить в PDF

Генрих фон Штаден в России

1Скитания до приезда в Россию

Генрих фон Штаден — немец, попавший в опричники Ивана Грозного и написавший «Записки о Московии». Родился он в бюргерской семье в городе Ален близ Мюнстера в 1542 году. Генрих готовился стать священником, но после серьезного конфликта с одним из соучеников переехал в Любек к двоюродному брату. Там Штаден работал над строительством городского вала, затем той же работой занимался в Риге, которой угрожали войска Ивана Грозного. Желая найти себе более выгодное дело, Штаден служил нескольким помещикам в разных областях Ливонии, без особого успеха занимался торговлей, затем под Вольмаром ненадолго присоединился к польскому отряду, совершавшему набеги на занятый русскими войсками дерптский округ. Не поделив добычу после одной вылазки, Штаден попал в тюрьму. Выйдя на свободу, немец решил податься в Русское царство.

2Дерпт

Штаден перешел границу — реку Эмбах — и направился в Дерпт. «Когда я пришел в Дерпт в крепость к наместнику князю Михаилу Морозову, последний жестами выказывал мне свое расположение и сказал: «От имени великого князя мы дадим тебе здесь поместья, если ты пожелаешь служить здесь великому князю. Ты ведь знаешь лифляндские дела и знаешь язык их». Но я возразил: «Нет! Я хочу видеть самого великого князя!», — писал Штаден в своих записках.

Штаден на ямских лошадях отправился в Москву и прибыл туда через шесть дней.

3Москва

Штаден был доставлен в Посольский приказ, где с ним беседовал дьяк Андрей Васильевич. После чего немцу выдали памятную записку, на основании которой он каждый день мог получать полтора ведра меда и деньги. Тогда же ему выдали в подарок шелковый кафтан, сукно на платье, а также золотой.

«По возвращении великого князя на Москву, я был ему представлен, когда он шел из церкви в палату. Великий князь улыбнулся и сказал: «хлеба есть», — этими словами приглашая меня ко столу. Тогда же мне была дана память или памятная записка в Поместный приказ, и я получил село Тесмино со всеми приписными к нему деревнями Андрея Холопова, одного из дворцовых людей князя Владимира, на дочери которого был женат герцог Магнус», — писал Штаден.

Штадену был жалован двор на «земщине» с правом курить вино, варить пиво и ставить мёд. Он быстро выучил русский язык, освоился на месте, имел хороший доход. Вскоре владения Штадена были выделены в опричнину, а сам немец, нашедший себе влиятельных друзей и покровителей, был поставлен во главе небольшого отряда-дружины. «Когда великий князь взял в опричнину Старицу, то он уравнял меня со служилыми людьми четвертой степени и к прежнему селу дали мне Меньшик и Рудак, все вотчины и поместья князей Депленских: села Красное и Новое были даны мне в вотчину, а с ними шесть деревень — в поместье. Вместе с тем я получал по уговору, по окладу поместий, и мое годовое жалованье. На Москве великий князь пожаловал мне двор; в нем жил прежде один католический священник, который был приведен пленником из Полоцка во Владимир», — писал немец.

С своих записках Генрих фон Штаден достаточно подробно описывает свою жизнь в Москве, описывает в том числе и свои проблемы, и множество конфликтов, которые происходили у него с разными людьми. Например: «На большой Сретенской улице был еще один двор прямо против этого моего двора. Этот двор я получил от одного господина, Семена Курцова, который был сокольничьим великого князя. Двор этот я дал немцу Гансу Купфершмидт. По его словам, он знал немного оружейное дело. И так как он видел, что корчемство приносило мне большой доход, то он решил, что мое ремесло выгоднее, чем его. И когда кто-нибудь хотел проехать на мой двор с ведрами, кружками и т. д. с тем, чтобы купить меда, пива или вина, то Купфершмидт, сидя у окна на своем дворе, перезывал к себе всякого. Он их обслуживал лучше, нежели я, и это причиняло мне большой убыток. Тогда я разобрал мой двор и перенес его на другое дворовое место, у речки Неглинной, где у меня было два пустых смежных двора, еще неогороженных. Здесь я опять начал шинковать пивом, медом и вином».

Также Штаден описывает, как его постоянно обворовывали собственные слуги: «Я сам жил в моем дворе — в опричнине. В земщине же я удержал первый двор. Там была у меня служанка: татарами она была уведена в плен из Лифляндии. Ей я доверил все свое имущество. Но мне часто доносили, что она меня обворовывает. Тогда вместо нее я препоручил свой двор татарину, по имени Рудак. В мое отсутствие он управлялся так, что безо всякой пользы перевел все мое имущество. Я приказал его наказать: его выволокли обнаженным и побили плетьми. А я снова все поручил моей служанке. Узнав об этом, Рудак изготовил для себя другой ключ по образцу моего. У меня был еще один человек, лифляндец Яков; он должен был сторожить арестованного татарина. Однако, татарин сумел его уговорить выпустить его ночью. Татарин взял ключ, выкрал у меня золото, жемчуг, драгоценные камни и другие ценности и вместе с лифляндцем убежал прочь».

Немного позднее Штаден узнал, что сбежавшие сидят в Переяславле в тюрьме. Немец потребовал суда над ними. Проворовавшиеся слуги были отправлены в тюрьму, но татарин решил оклеветать бывшего хозяина, пожаловался, что тот хотел бежать за рубеж. «Ему предложили доказать свои слова, и он решил сослаться на мою служанку Анну и ее мужа Ивана, которые будто бы знали об этом. Их тотчас схватили в земщине и поставили на суд. Бояре и дьяки в опричнине уже надсмехались надо мной и один из них сказал другому: «Не хочешь ли съесть мясца?» Дело было в пятницу, и они думали, что мне будет зарез. Но, когда моя служанка была поставлена на суд, она говорила по правде, по чести. Начальник боярин и князь Василий Темкин спросил ее: «Собирался ли твой господин бежать от великого князя?». Та, как и следует, сотворила крестное знамение и ответила: «Ей богу, нет!». Так были посрамлены все дьяки и бояре, которые только и думали о моих деньгах. Благодаря моей служанке я выиграл дело. Татарин хотел получить мое поместье, но из-за ответа служанки он проиграл дело, а я был оправдан. А если бы служанка сказала, что она ничего не знает, то прибегли бы к пыткам, и тогда — я проиграл бы», — писал немец в своих записках.

4Поход на Новгород

В декабре 1569 года, подозревая новгородскую знать в заговоре и одновременно в намерении передаться польскому королю Сигизмунду II Августу, Иван Грозный в сопровождении большого войска опричников выступил против Новгорода. Опричники устроили массовые убийства и грабежи в Твери, Клину, Торжке и других городах по дороге к Новгороду.

Генрих фон Штаден тоже участвовал в этом походе и вот что он об этом писал: «Когда великий князь со своими опричными грабил свою собственную землю, города и деревни, душил и побивал насмерть всех пленных и врагов — вот как это происходило. Было приставлено множество возчиков с лошадьми и санями — свозить в один монастырь, расположенный за городом, все добро, все сундуки и лари из Великого Новгорода. Здесь все сваливалось в кучу и охранялось, чтоб никто ничего не мог унести. Все это должно было быть разделено по справедливости, но этого не было. И когда я это увидел, я решил больше за великим князем не ездить».

Штаден сообщает в своих записках, что, когда великий князь отправился в Псков, он собрал вокруг себя людей и начал свои собственные походы. «Повел своих людей назад внутрь страны по другой дороге. За это мои люди оставались верны мне. Всякий раз, когда они забирали кого-нибудь в полон, то расспрашивали честью, где — по монастырям, церквам или подворьям — можно было бы забрать денег и добра, и особенно добрых коней. Если же взятый в плен не хотел добром отвечать, то они пытали его пока он не признавался. Так добывали они мне деньги и добро», — писал он.

Из похода Штаден возвратился к себе в село Новое, а все добро отослал в Москву. «Когда я выехал с великим князем, у меня была одна лошадь, вернулся же я с 49-ю, из них 22 были запряжены в сани, полные всякого добра».

После новгородского похода Штадену было жаловано Грозным имя Андрея Володимировича.

5Походы Девлет Гирея на Москву

В 1571 году крымский хан Девлет Гирей предпринял поход на Москву и, как известно, сжег ее. Генрих фон Штаден находился в тот момент в Москве и чудом остался жив: «Так как пожар все распространялся, я хотел бежать в погреб. Но перед погребом стояла одна немецкая девушка из Лифляндии, она сказала мне: «Погреб полон: туда вы не войдете». В погребе укрылись, главным образом, немцы, которые почти все служили у великого князя — с их женами и детьми. Поверх погреба под сводом я увидел своего слугу Германа из Любека. Тогда я пробился через толпу русских и укрылся под сводом. У этой сводчатой палатки была железная дверь. Я прогнал оттуда половину бывших там и оставил там мою дворню. Когда пожар кончился, я пошел посмотреть, что делается подо мной в погребе: все, кто был там, были мертвы и от огня обуглились, хотя в погребе стояла вода на высоте колена».

После второго нашествия Девлет Гирея (в 1572 году) Иван Грозный отменил опричнину, опричники теряли свои земли, в том числе и Штаден лишился своих имений.

6Жизнь на севере

Штаден покинул столицу, завел мельницу в Рыбной слободе (ныне Рыбинск), а затем уехал в Поморье. Он жил в северорусских городах, занимаясь меховой торговлей. Как отмечает немец в своих записках, после отъезда из Москвы он постоянно думал о том, как бы покинуть Россию.

7Отъезд

В 1576 году с иностранным кораблем Штаден покинул Россию и отправился в Голландию. Всего он прожил в Русском государстве около 12 лет (с 1564 по 1576 год), из них около 6 лет провел в опричнине.

Источник: Генрих Штаден «Записки о Московии»

РЕКЛАМА

Комментарии

Чтобы добавить комментарий, необходимо авторизоваться или зарегистрироваться на сайте