Опубликовано: 10 января Распечатать Сохранить в PDF

Поход Юлия Цезаря на Рим из Галлии

1Накануне похода

В 50 году до н. э. Древний Рим стоял на пороге гражданской войны. Конфликт был неизбежен. В июле состоялись консульские выборы на 49 год. Результат их оказался для Гая Юлия Цезаря неблагоприятным. Его кандидат Сульпиций Гальба не прошел, и консулами опять были избраны враждебно настроенные к нему люди — Гай Клавдий Марцелл и Корнелий Лентул Крус. Положение было крайне напряженным. В один прекрасный день по Риму пронесся слух о том, что Цезарь, перейдя с войском Альпы, движется на Рим, война уже началась. Тогда консул Марцелл немедленно созвал заседание сената и потребовал, чтобы Цезарь был признан врагом отечества, а те два легиона, которые в свое время он прислал из Галлии и которые стояли в Капуе в полной боевой готовности, теперь, под командованием Помпея, были бы брошены против самого Цезаря.

Когда Курион выступил против этого предложения консула, говоря, что оно основано на ложных слухах, Марцелл заявил: если мне мешают провести общее постановление на пользу государству, то я проведу его от своего имени как консул. После этого он отправился за черту города, к Помпею. Он торжественно вручил Помпею меч и приказал выступить на защиту отечества, передав ему командование уже набранными легионами и объявив дальнейший набор.



Очевидно, что Цезарь в это время, хотя и считал войну весьма вероятной, все же не исключал и возможности соглашения. Во всяком случае он был готов на серьезные уступки: изъявлял согласие сдать командование восемью легионами и управление Трансальпийской Галлией к 1 марта 49 г., оставляя за собой до момента избрания только Цизальпинскую Галлию с Иллириком и всего два легиона.

Первого января 49 г., в тот день, когда вновь избранные консулы впервые вступили в свои обязанности и руководили заседанием сената, было оглашено письмо Цезаря. Его доставил Курион, проделавший в три дня путь от Равенны до Рима. Но недостаточно было доставить письмо в сенат, следовало еще добиться его прочтения. Это оказалось совсем не так просто, потому что консулы воспротивились чтению письма, и только благодаря «величайшей настойчивости народных трибунов» чтение все же состоялось. В письме говорилось о том, что сенат не должен лишать Цезаря дарованного ему народом права участвовать в выборах до того, как он сдаст провинцию и командование войсками; вместе с тем в письме снова подтверждалась готовность сложить с себя все полномочия одновременно с Помпеем.

Реакция сената на письмо довольно подробно описана самим Цезарем в его «Записках о гражданской войне». Хотя трибунам и удалось добиться, несмотря на сопротивление консулов, чтения письма, однако добиться того, чтобы на основании письма был сделан доклад сенату и, следовательно, обсужден официальный ответ на него, все же не удалось. Консулы выступили с общим докладом о положении государства. Но по существу это была лишь процедурная уловка — все равно обсуждение общего доклада никак не могло пройти мимо вопросов, выдвинутых в письме Цезаря.

Консул Лентул предложил принять решение, обязывающее Цезаря сложить полномочия к определенному сроку (видимо, к 1 июля), в противном случае объявить его врагом отечества, замышляющим государственный переворот.

Помпей, поскольку он обладал проконсульской властью, не мог находиться в самом Риме и потому, естественно, не принимал участия в заседании сената. Но так как он был где-то неподалеку от города, то еще в тот же вечер пригласил к себе всех сенаторов и во время беседы восхвалял тех, кто был за решительные действия, порицал и одновременно подбадривал колеблющихся. Город начал наполняться солдатами; Помпей вызвал своих ветеранов, пообещав им награды и повышения, вызвал также многих из тех двух легионов, что были присланы Цезарем.

7 января на заседании сената было объявлено чрезвычайное положение. Консулы, преторы, трибуны и находящиеся с проконсульскими полномочиями под городом получали неограниченную власть, которую они могли применять и использовать, дабы «государство не потерпело какого-либо ущерба». Это, в частности, давало возможность применить такую власть и против непокорных трибунов. Тогда Марк Антоний покинул заседание сената. С ним вместе удалились Кассий и Курион. Той же ночью они трое переодетые рабами, в наемной повозке тайно бежали к Цезарю.

8 и 9 января происходят заседания сената за чертой города, дабы дать возможность принять в них участие Помпею. Снова подтверждено решение о наборе войск по всей Италии, Помпею предоставляется право получать средства из государственной казны и от муниципиев. Происходит распределение провинций: Сципиону достается Сирия, цезаревы провинции передаются Домицию Агенобарбу и Консидию Нониану: первому — Цизальпинская Галлия, второму — Трансальпийская.

2Переход через Рубикон

В результате всех этих заседаний, решений и высказываний ситуация становится предельно ясной, во всяком случае для Цезаря. 12 (или 13) января он собирает сходку солдат 13-го легиона, единственного из его легионов, который находился с ним вместе по эту сторону Альп. В своей, как всегда, искусно построенной речи Цезарь прежде всего сетует на то, что его враги совратили Помпея, к которому он всегда был дружески расположен, всячески помогая ему в достижении почестей и высокого положения в государстве. Но еще, пожалуй, огорчительнее тот факт, что путем насилия попраны права трибунской интерцессии, права, оставленные неприкосновенными даже Суллой. Объявлено чрезвычайное положение, т. е. римский народ призван к оружию. Поэтому он просит воинов защитить от врагов доброе имя и честь полководца, под водительством которого они в течение десяти лет одержали столько блестящих побед во славу родины. Речь произвела должное действие: солдаты единодушным криком изъявили готовность защищать своего полководца и народных трибунов от чинимых им обид.



Эту речь и солдатскую сходку, на которой она была произнесена, Цезарь приурочивал к событиям, предшествующим переходу через Рубикон. Но историки относят ее, как правило, к тому моменту, когда уже произошла в Аримине встреча Цезаря с бежавшими к нему трибунами. Вероятно, Цезарь допускает эту неточность совершенно сознательно, дабы создать впечатление, что он совершил переход через Рубикон с полного согласия своего войска.

Так это или не так, но бесспорно, что Цезарь, давая довольно подробное изложение своей речи, описывая все события последних решающих дней, ни одним словом не упоминает в «Записках» о знаменитом переходе через Рубикон. Зато все более поздние историки и биографы подробно останавливаются на этом эпизоде, сообщая различные красочные подробности. Так, известно, что Цезарь располагал к моменту своего выступления следующими силами: 5 тысяч пехотинцев (т. е. упомянутый 13-й легион) и 300 всадников. Однако, как и обычно, рассчитывая более на внезапность действий и храбрость воинов, чем на их численность, он, приказав вызвать остальные свои войска из-за Альп, тем не менее не стал ожидать их прибытия.



Небольшой отряд наиболее храбрых солдат и центурионов, вооруженных только кинжалами, он тайно направил в Аримин — первый крупный город Италии, лежащий на пути из Галлии, — с тем чтобы без шума и кровопролития захватить его внезапным нападением. Сам же Цезарь провел день на виду у всех, даже присутствовал при упражнениях гладиаторов. К вечеру он принял ванну, а затем ужинал вместе с гостями. Когда стемнело, то он, то ли жалуясь на недомогание, то ли просто попросив его обождать, покинул помещение и гостей. Взяв с собою немногих, самых близких друзей, он в наемной повозке выехал в Аримин, причем сначала намеренно (по другой версии — заблудившись) следовал не той дорогой и только на рассвете догнал высланные вперед когорты у реки Рубикон.

Эта небольшая речка считалась границей между Цизальпинской Галлией и собственно Италией. Переход этой границы с войсками означал фактически начало гражданской войны. Поэтому все историки единодушно отмечают колебания Цезаря. Тем не менее, произнеся якобы историческую фразу «Жребий брошен», Цезарь все-таки перешел со своим штабом через Рубикон.

3Взятие Корфиния

Цезарем 14 и 15 января были заняты Анкона и Пизавр. Надежды сената и Помпея на то, что Цезарь даст им время подготовиться, рухнули. Помпею, с его новобранцами и двумя цезаревыми легионами, трудно было перейти в наступление, трудно было и поставить всё на карту, защищая Рим. Помпей покинул Рим 17 января со всем почти сенатом, запечатав казну, в страшной спешке. Главной квартирой Помпея становится отныне Капуя. Отсюда он думал, взяв легионы в Луцерии, захватить Пицен и организовать там защиту. Но уже 27—28 января Пицен, с его главным пунктом Авксимом, оказался в руках Цезаря. Гарнизоны занятых городов переходили к Цезарю; его войско росло, дух подымался.

Помпей со своими отрядами находился на значительном удалении от Корфиния (вероятно, он был в Луцерии между Корфинием и Брундизием или где-то неподалёку). Он предложил Агенобарбу идти с собранными отрядами в Луцерию, чтобы объединить войска. Поскольку Домиций ранее был назначен наместником, Гней не имел полномочий приказывать ему. Помпей уже получил согласие от Агенобарба, но приблизительно 12 февраля узнал, что он передумал и остался защищать Корфиний. Причины смены Агенобарбом стратегии неясны: либо Цезарь чрезвычайно быстро подошёл к Корфинию, либо командующий поддался уговорам крупных землевладельцев в окрестностях Корфиния, просивших защитить их владения от Цезаря.

Большая часть войск Агенобарба была сосредоточена в Корфинии, но несколько когорт расположились в окрестных городах. Осада Корфиния, начатая Цезарем, нередко признаётся ключевой операцией кампании в Италии. Для того, чтобы мотивировать своих солдат Агенобарб пообещал наделить их землёй. Так он надеялся продержаться до прибытия Помпея с подкреплениями. Однако Гней, располагавший всего двумя легионами опытных войск, не решился прийти на помощь к Агенобарбу. Вероятно, на это решение оказала влияние ненадёжность легионеров, поскольку ранее они служили под началом Цезаря. Вместо этого Помпей призвал Агенобарба прорываться через строй осаждавших и вместе с войсками идти в Брундизий.

К Цезарю вскоре подошли новые подкрепления (закаленный в боях VIII легион и 22 когорты новобранцев), и численность его войск достигла 40 тысяч солдат, хотя примерно половина из них не имела боевого опыта. После усиления Цезаря и невозможности снятия осады Агенобарб задумал бежать из города с одними лишь друзьями. О планах полководца стало известно его солдатам, после чего недовольные войска открыли ворота города Цезарю и выдали ему всех своих командиров, включая Агенобарба. Многочисленные войска, стоявшие в Корфинии и окрестностях, Цезарь присоединил к своей армии, а Агенобарба и его соратников отпустил.

4Эвакуация Помпея в Грецию из Брундизии

Узнав о сдаче Корфиния, Помпей начал подготовку к эвакуации своих сторонников в Грецию. Поскольку кораблей оказалось недостаточно для немедленной эвакуации, 4 марта Помпей посадил гражданских и около половины войск на корабли и переправил их в Диррахий. После удачной переправы корабли вернулись в Брундизий, чтобы эвакуировать Помпея и оставшихся в Италии солдат.



Однако 9 марта к Брундизию прибыл Цезарь. Поскольку к этому времени оба консула покинули Италию, Помпей отказался от новых переговоров без их участия. Цезарь начал осаду города и попытался заблокировать узкий выход из гавани Брундизия, но 17 марта Помпею удалось выйти из гавани и покинуть Италию с оставшимися войсками.

5Цезарь в Риме

Цезарь не имел возможности преследовать Помпея, поскольку Гней реквизировал все доступные военные и торговые корабли, и потому он решил обезопасить свой тыл, направившись в Испанию через верную ему Галлию. Цезарь поручил руководство Италией Марку Антонию, получившему полномочия пропретора, а столицу оставил на попечение претору Марку Эмилию Лепиду и сенату. Установление устойчивого контроля над столицей значительно повышало авторитет Цезаря и создавало видимость легитимности его власти. Остро нуждаясь в деньгах, он завладел остатками казны. Ради заполучения казны Цезарю пришлось войти в Рим.

Источники: peoples.ru, ru.wikipedia.org

Переслать другу

РЕКЛАМА

Комментарии

Чтобы добавить комментарий, необходимо авторизоваться или зарегистрироваться на сайте