«Все они ослы, а наши воззрения — учения ослов»

Надежда Чекасина
12 Мая 2017 // 13:34

Большинство считает Джордано Бруно мучеником науки, которого инквизиция сожгла за пропаганду идеи гелиоцентризма и утверждения, что Земля круглая. Действительно, одним из множества обвинений, выставленных против него, было учение о бесконечности вселенной. Но в действительности же большинство обвинений против монаха-доминиканца касались его интерпретации религиозных постулатов, рассуждений и сомнений относительно таких догматических понятий как непорочное зачатие Девы Марии или превращения хлеба и вина в тело и кровь Христа при причастии.  Особый вклад в дело философа внес его ученик, венецианский аристократ Джованни Мочениго, который 23 мая 1592 года отправил инквизиторам свой первый донос на Бруно. Инквизиция тщательно собирала все доказательства ереси Бруно и свидетельства о его суждениях касательно ада, Троицы, Христа и клириков. 

Джованни Мочениго, доносчик, в Венеции:

— Я несколько раз слышал от Джордано в моем доме, что ему не нравится никакая религия. Он высказывал намерение стать основателем новой секты под названием «Новая философия». Говорил, что наша католическая вера преисполнена кощунствами против величия божия, что нужно прекратить диспуты и отнять доходы у монахов, ибо они оскверняют мир; что все они ослы, и что наши воззрения — учения ослов; что у нас нет доказательств, угодна ли наша вера богу; и что он удивляется, как бог выносит столь многочисленные ереси католиков. Это могут подтвердить святой службе книготорговцы Чотто и Джакомо Бертано; каковой Бертано беседовал со мной о нем и сказал, что он враг Христа и святой нашей веры и высказывал при нем великие ереси.

Маттео де Сильвестрис, сосед Бруно по камере:

— Дня не проходило, чтобы он не высказывался о церкви; он говорил, что управляющие ею монахи и священники — невежды и ослы.

Джованни Мочениго, доносчик, в Венеции:

— Я слышал несколько раз от Джордано в моем доме, что нет различия лиц в боге, что это свидетельствовало бы о несовершенстве бога. Он говорил мне также (в связи с тем, что не знает другого такого времени, когда в мире процветало бы большее невежество, чем теперь), что некоторые похваляются, будто обладают величайшим знанием, какое только когда-либо существовало, ибо уверяют, что знают то, чего сами не понимают, а именно, что бог един и вместе с тем троичен; и что это — нелепость, невежество и величайшее поношение величия божия. А когда я велел ему замолчать, он ответил: «О, увидите, чего вы достигнете с вашей верой!»

Джованни Мочениго, доносчик:

— Я слышал от Джордано много раз в моем доме, что Христос был злодеем, и что ему легко было предсказать, что его повесят, раз он совершал скверные дела, совращая народы. И что Христос творил лишь мнимые чудеса и был магом, как и апостолы. И что он сам мог бы совершить столько же и даже больше. Что Христос проявил нежелание умирать и избежал бы смерти, если бы только сумел.

Франческо Грациано, сосед по камере в Венеции:

— Я слышал от него, что Христос умер позорной смертью, и что все пророки, равно как и Христос, умерли как мошенники, ибо все, что они говорили, было ложью.

Брат Челестино, капуцин, сосед по камере в Венеции, донес:

— Джордано говорил, что Христос совершал смертный грех, когда творил молитву в саду, отрекаясь от воли отца, говоря: «Отче, если возможно, да минует меня чаша сия».

Джованни Мочениго, доносчик:

— Я несколько раз слышал от Джордано Бруно в моем доме, что католики допускают величайшее богохульство, говоря, что хлеб пресуществляется в тело; и что он — враг обедни.

Брат Челестино, капуцин, сосед Джордано по камере в Венеции, добровольно донес:

— Джордано говорил, что все будут спасены, вплоть до демонов, ссылаясь на псалом: «Неужели вечно господь будет гневаться на нас?»; и что ни для кого не будет мук вечных.

Джованни Мочениго, доносчик:

— Он много раз утверждал, что мир вечен и что существует множество миров. Еще он говорил, что все звезды — это миры, и что это утверждается в изданных им книгах. Однажды, рассуждая об этом предмете, он сказал, что бог столь же нуждается в мире, как и мир в боге, и что бог был бы ничем, если бы не существовало мира, и что бог поэтому только и делает, что создает новые миры.

Брат Грациано, сосед по камере, на допросе показал:

— Он говорил, что мир вечен и вечно существовал и вовсе не был сотворен богом.

Франческо Грациано, сосед по камере в Венеции:

— Он говорил, что Авель был палачом животных и живодером, а Каин был честным человеком и поделом убил своего брата, ибо тот зарезал лучших его овец.

Брат Челестино, капуцин, сосед Джордано по камере в Венеции, донес:

— Когда он видел, что кто-нибудь в камере творил молитву или читал литании, он по этому поводу заводил речь о молитвах святым и говорил, что суетно и смешно молиться им и призывать их, ибо они не могут ничем помочь.

Джованни Мочениго на допросе показал:

— Когда Джордано говорил мне о величайшем невежестве, царящем в мире, и относительно троицы, он высказывался также и о девственности Марии, и сказал, что невозможно, чтобы дева родила, смеясь и издеваясь над этим верованием людей.

Джованни Мочениго, доносчик:

— Я несколько раз слышал от Джордано в моем доме, что нет наказания за грехи. Еще он говорил, что для добродетельной жизни достаточно не делать другим того, чего не желаешь себе самому.

Печать Сохранить в PDF

РЕКЛАМА

Комментарии

Чтобы добавить комментарий, необходимо авторизоваться или зарегистрироваться на сайте