• 9 Октября 2016
  • 7705

Без кого нельзя представить русский символизм?

«Серебро, огни и блестки,-
Целый мир из серебра!
В жемчугах горят березки,
Черно-голые вчера»


Не узнаете, кому принадлежат эти строки? 9 октября 1924 года ушел из жизни человек, без которого русский символизм – не символизм. Это Валерий Брюсов – поэт, прозаик, литературный критик и, конечно же, идеолог и основоположник этого течения в России. Он работал с Блоком, Пастернаком и Гумилевым. Многие поэты брали у него творческие советы и невольно подражали его слогу. Кто еще из любимцев муз считал себя символистом, как и Валерий Брюсов?

Дмитрий Мережковский (1866−1941)

1.jpg

Если Валерий Брюсов продвигал символизм «в массы» в Москве, то Мережковский стоял у истоков этого движения в Петербурге. Был мужем поэтессы Зинаиды Гиппиус. Десять раз номинировался на Нобелевскую премию по литературе. Запомнился радикальными политическими взглядами и необычным религиозно-философским подходом к поэзии.

«Одна из глубочайших особенностей русского духа заключается в том, что нас очень трудно сдвинуть, но раз мы сдвинулись, мы доходим во всем, в добре и зле, в истине и лжи, в мудрости и безумии, до крайности»

Федор Сологуб (1863−1927)

2.jpg

Настоящее имя поэта — Федор Тетерников. Стал известен благодаря публикациям стихотворений и рассказов в литературном журнале «Северный вестник». У Сологуба не сложились отношения с новой советской властью после революции 1917 года, отчего он пытался переехать заграницу. Но отъезд его сорвался, и писателю часто приходилось писать «в стол» — никто его не печатал.

«Умертвили Россию мою,
Схоронили в могиле немой!
Я глубоко печаль затаю,
Замолчу перед злою толпой.
Спи в могиле, Россия моя,
До желанной и светлой весны!
Вашей молнии брызнет струя,
И прольются весенние сны».

Константин Бальмонт (1867−1942)

3.jpg

Один из самых плодотворных символистов и писателей Серебряного века русской литературы. Его перу принадлежат десятки сборников поэзии и прозы. Он переводил Шекспира, Уайльда, По, а также произведения из японской, мексиканской, болгарской, литовской, грузинской литературы. До самой старости считал себя революционером, мечтавший «о воплощении человеческого счастья на земле».

«Язык, великолепный наш язык.
Речное и степное в нем раздолье,
В нем клекоты орла и волчий рык,
Напев и звон и ладан богомолья.

В нем воркованье голубя весной,
Взлет жаворонка к солнцу — выше, выше.
Березовая роща. Свет сквозной.
Небесный дождь, просыпанный по крыше».

Александр Блок (1880−1921)

4.jpg

Александр Блок был из рядов так называемых «младших символистов» или младосимволистов. Они отличались от «старших» тем, что в основе их поэзии лежала идеалистическая концепция Владимира Соловьева. Младосимволисты смотрели на поэзию с философской точки зрения. Таким и был Блок, который уже в возрасте пяти лет черкал первые стихи. Женился на дочери известного химика Менделеева — Любови Менделеевой.

«Прямая обязанность художника — показывать, а не доказывать».

Андрей Белый (1880−1934)

5.jpg

Тоже, как и Александр Блок, был из числа младосимволистов. Вокруг его персоны образовался литературный кружок «Аргонавты», куда входили молодые поэты. Тесно сотрудничал с ежемесячным журналом «Весы», которое выпускало издательство русских символистов «Скорпион». Осип Мандельштам называл Белого «вершиной русской психологической прозы».

«Петербургские улицы обладают несомненнейшим свойством: превращают в тени прохожих; тени же петербургские улицы превращают в людей»

Зинаида Гиппиус (1869−1945)

6.jpg

Ее брак с Мережковским был одним из самых оригинальных творческих союзов в истории литературы. Несмотря на то, что они были обручены, Гиппиус была конкурентом для мужа. Потому она договорилась с Мережковским, что будет писать только прозу, а он — поэзию. Правда, их уговор был совсем скоро нарушен. Она питала особый интерес к мужской одежде, и потому часто можно увидеть на фотографиях в мужском костюме.

«Не хочу, ничего не хочу,
Принимаю всё так, как есть.
Изменять ничего не хочу.
Я дышу, я живу, я молчу.
Принимаю и то, чему быть
Принимаю болезнь и смерть.
Да исполнится все, чему быть!
Не хочу ни ломать, ни творить».