VIP-опрос: какую музыку, запрещенную в СССР, вы слушали?

23 Июня 2016 // 22:48
VIP-опрос:  какую музыку, запрещенную в СССР, вы слушали?

Строгость цензуры советского времени иногда пугает, а иногда и смешит. В СССР существовали целые списки запрещенной музыки, которая могла бы пагубно влиять на советского человека. В этом списке десятки зарубежных и отечественных исполнителей: AC\DC, Metallica, Pink Floyd, Майкл Джексон, Дэвид Боуи, Гражданская оборона, Аквариум… К каждому из пунктов списка прилагалось объяснение, чем именно исполнитель заслужил немилость советского руководства. Все эти группы и музыканты, как выяснилось — растлители, пропагандирующие неправильные ценности. Однако люди даже в условиях такой цензуры умудрялись проложить себе дорожку к хорошей музыке, переписать на пластинку или кассету, послушать и обсудить «запрещенку» в хорошей компании. Слушали ли вы или ваши родители такую музыку? На этот вопрос сегодня отвечают собеседники diletant. media, а вы можете присоединиться к обсуждению в комментариях.


Павел Бардин, кинорежиссер

Павел Бардин, кинорежиссер

Я, честно говоря, помню уже поздний Советский Союз, когда проблемы с музыкой уже не возникало. Все ходили с кассетами, переписывали друг у друга музыку, хеви-металл, брейкданс (так назывался танец, но все думали, что музыка). Я знаю, что были проблемы у «Гражданской обороны», но мы уже слушали все, нам никто не мешал. Наверное, все эти запреты были, но система не была в состоянии с ними справиться. Когда мы были пионерами, у каждого из нас на галстуках были названия каких-нибудь хеви-металлических групп на английском языке или что-нибудь еще. Ругались все страшно, но сделать ничего не могли. Надо понимать, что это, ко всему прочему, было хореографическое училище. Тяжело приходилось тем, кто пытался бороться с этим массовым явлением. В мое время в милицию забирали за рваные джинсы, а за прослушивание музыки уже нет.


Андрей Архангельский, журналист, редактор отдела культуры журнала «Огонек»

Андрей Архангельский, журналист, редактор отдела культуры журнала «Огонек»

Я абсолютное дитя Перестройки, когда никаких запретов не было. Мои родители не были диссидентами, поэтому ничего запрещенного в доме не могло быть. Это все какая-то история из книг, с этим я не сталкивался. Дома были только официальные пластинки. Единственное — в том же советском детстве были так называемые «записи эмигрантов»: это Любовь Успенская, Михаил Шуфутинский и так далее. Их называли эмигрантами, и это была такая неофициальная, белогвардейская тема, они заигрывали и с криминальной темой. Это все имело хождение в школьной среде, это нельзя было купить в магазине, такие записи ходили только в виде кассет. Это было совершенно не похоже на то, что транслировалось официально, там были совсем другие слова и темы, и эту часть параллельной культуры я застал, Еще важно отметить, что такой же частью параллельной неофициальной культуры были записи Высоцкого. У нас дома очень его любили, но весь набор его записей исчерпывался парой гибких и парой официальных пластинок. Но вот ровно в момент Перестройки, когда Высоцкого вдруг издали в количестве 22 пластинок, издали все то, что у людей раньше существовало только в виде самодельных записей. Мое взросление как раз совпало с этим моментом, когда-то, что раньше можно было услышать только в пересказе или в гостях, стало разрешено. Это очень важный момент, потому что я застал эту перемену с неофициального на официальное, момент легитимации бардовской песни.

Кстати, мой дедушка уже в период Перестройки слушал западные голоса, и это было очень забавно. Нужно понимать, кем он был: полковником советской армии, коммунистом с 1942 года, то есть, это был огромный стаж, и, кроме того, он был совершенно убежденным советским человеком. И вот мой дед, советский человек до мозга костей, слушал BBC. Это, конечно, производило впечатление, и это странное противоречие запало. Почему он брал информацию о Советском союзе «оттуда»?


Даниил Дондурей, культуролог, главный редактор журнала «Искусство кино»

Даниил Дондурей, культуролог, главный редактор журнала «Искусство кино»

Я, честно говоря, не меломан, и могу сказать только в общем плане. Советская власть, и сегодня наши руководители берут у нее пример, чрезвычайно серьезно относилась к тлетворному влиянию зарубежной, буржуазной идеологии. Это касалось и фильмов, и музыки, может быть, только кроме классической. В догорбачевское время это всегда было подозрительным, существовало множество надзорных органов, которые следили, чтобы люди с запрещенной музыкой не связывались. Однако люди, как и сегодня, умело обходили запреты, покупали пластинки, продавали здесь их за бешеные деньги (дороже были только джинсы), так что эта замечательная забота о чистоте нравов советскую власть все равно не спасла.

Я был в 1986 году продюсером первой свободной независимой выставки, 17-й московской молодежной выставки. Тогда у нас в ЦДХ выступал «Аквариум». Вы не представляете, что происходило, когда в зал, рассчитанный на 800 человек, пришло около 2 тысяч! Там был полковник милиции, и он бросился ко мне, как к главному организатору: что будем делать?! Я сказал, что беру всю ответственность на себя, что у меня есть решение секретариата московского союза художников, и ничего не произойдет. Это были первые свободные концерты, и вы не представляете счастливые лица людей, которые попали на этот концерт! Это было счастье, пуповина счастья, которую в 1991 году советская власть перерезала. Правда, ненадолго.


Артемий Троицкий, музыкальный критик

Артемий Троицкий, музыкальный критик

В советское время была не то что бы запрещенная музыка. Первые черные списки появились в СССР довольно поздно, уже на излете застоя, в 1983—1984 годах. Тогда действительно были составлены и одобрены настоящие списки советских и западных артистов. Подразумевалось, что, если артист попадает в черный список, то ему нельзя выступать в публичных местах и его нельзя транслировать по радио и телевидению. Поскольку тогда в стране было огромное количество дискотек, и это была очень популярная форма досуга, записи этих артистов нельзя было крутить и на дискотеках тоже, фактически им объявлялся полный бойкот. Самые популярные отечественные рок-группы были в этих черных списках, то есть, и ДДТ, и Наутилус Помпилиус, и Гражданская Оборона, и Аквариум. Но это все случилось после 80-го года. До этого запрещенных списков, как я понимаю, не было. Была музыка не рекомендованная, и это была практически вся западная музыка, за исключением некоторых западных артистов, в основном французских и итальянских. Они не были англосаксами, к американскому империализму имели очень слабое отношение. Что касается до самой популярной музыки — это была американская и британская — она была вся не рекомендована, пластинки не продавались, мелодии практически не транслировались, а выдавались дозировано, несколько раз в году, в три часа ночи, и обязательно это бывало под Пасху, чтобы отвлечь молодежь от крестного хода и по каким-то еще большим праздникам.

Практически вся музыка, которую я слушал, была не рекомендованной или даже запрещенной. Советскую эстраду, всю эту кобзоновщину, я не слушал вообще, это было абсолютное, сорри за блатной язык, «западло». До поры до времени я слушал только западную музыку, исключительно западный рок, а не какую-то слащавую итальянскую эстраду. Потом, когда начало разворачиваться советское рок-н-ролльное подполье, я стал активно слушать русскоязычные песни в исполнении наших отечественных групп. Рок-н-ролл я слушал всегда, и впервые я его услышал в 1963 году, и тогда мой плейлист был сформирован на многие десятилетия вперед.


Печать Сохранить в PDF

Комментарии

Чтобы добавить комментарий, необходимо авторизоваться или зарегистрироваться на сайте