Факультатив по истории. Два поэта, два веселых друга

16 Декабря 2015 // 12:06
Факультатив по истории. Два поэта, два веселых друга

Рубрика подготовлена Diletant. media совместно с сообществом Факультатив по истории.


Выпускник Царскосельского лицея Антон Дельвиг был первым человеком, над чьей смертью плакал сам Пушкин. Как сложилась судьба лучшего друга Александра Сергеевича и что знаменитый поэт нашел в стеснительном и неуклюжем Дельвиге, — в новом материале из рубрики «Факультатив по истории».

дп_1.jpg


Читая трогательную переписку лицеиста Пушкина и лицеиста Дельвига, так и хочется задать вопрос: а почему по фамилиям-то? «Милый Пушкин!», — пишет Дельвиг. «Любезный Дельвиг!», — отвечает Пушкин. Ну прямо как два юных комсомольца, «товарища» только не хватает: дорогой товарищ Пушкин! Вы же вроде лучшие друзья, ребят?

Вообще довольно странно, что они в лицее так подружились, потому что слишком уж они не похожи на первый взгляд: Пушкин был лентяй тот еще, но лентяй веселый и бодрый, а Дельвиг представлял из себя довольно полное и неповоротливое существо, далеко не всегда разговорчивое, то есть, это был не какой-нибудь там румяный крепыш, а неловкий, медлительный юноша в очках «с тупой памятью», как Александр Сергеевич выразился. Тучный, неуклюжий, вечно роняющий свое пенсне, утром его не добудиться, встанет пораньше — голова кружится. В учебе он не блистал, языков долго не мог выучить, в общем, по воспоминаниям учителей, «барон с весьма посредственными данными». Хотя барон — это громко сказано, от барона там одно слово осталось, звучит красиво, а на самом деле отец Дельвига служил в Кремле помощником коменданта, и денег в его семье было, откровенно говоря, в обрез. А после смерти отца у Дельвига не осталось ни души. Крепостной души.

Женился он тоже не очень выгодно, скорее, по любви. О невесте — Софье Салтыковой — родителям написал прямо: наследство за ней небольшое, зато она человек хороший. Увы, хороший человек Софья Михайловна была хорошей недолго. Сначала она, как и положено влюбленной девятнадцатилетней барышне, умилялась Антоном Антоновичем («Что мне нравится, — так это то, что он носит очки»), но вскоре, видать, семейная жизнь с застенчивым очкариком ей наскучила, тем более, что в интересных кавалерах недостатка не было, и начались измены. Дельвиг деликатно молчал. В бабах он разочаровался, еще едва окончив Лицей, и в шутку объяснял это так: «В Лицее мне запрещали носить очки, зато все женщины казались мне прекрасны; как я разочаровался в них после выпуска». Жене он посвятил всего одно стихотворение.



Вот она, огромная разница с Пушкиным. Пушкин бы посвятил штук двадцать. Как минимум. И все чудесные. Правда, при этом он бы еще написал сто чудесных стихов чужим женам, но это уже другой разговор. Пушкин мог приревновать жену к человеку, которого в обществе считают чуть ли не гомосексуалистом, к человеку, который без пяти минут женат на другой, вызвать его на дуэль и всерьез с ним стреляться, даже не имея толком никаких стопроцентных доказательств измены и поруганной чести. Дельвиг, который, заходя в собственный дом, вынужден был разве что не топать и кашлять у порога, чтобы нескромные посетители дражайшей супруги успели натянуть штаны, так и не вызвал на дуэль никого. Как ему это удалось в такую горячую эпоху — загадка, право. «Его жизнь была богата не романтическими приключениями», — вспоминал Пушкин.


А чем? Конечно, литературой. Ни на какой службе он не задерживался. Даже плёвая работа библиотекарем у Крылова оказалась Антону Антоновичу не под силу. Он только сидел и целыми днями читал книжки. Многие вообще недоумевали, что Пушкин нашел в Дельвиге. Ну, поэт. Но красноречием в салонах не блещет, красотой не отличается и, в целом, довольно замкнутый тип, однако в тесной компании Дельвиг как будто преображался. Он мог часами рассказывать о еще не написанных произведениях, на ходу развивал сюжетные линии. У Дельвига, к слову, было отличное воображение. Он любил сочинять всякие небылицы, изображая себя главным героем невероятных приключений, и посмеиваться над доверчивыми слушателями. А вообще, знаете, когда такое вокруг творится, можно и посочинять немного. Красиво жить в выдуманном мире не запретишь.


Автор — Ольга Андреева.


Печать Сохранить в PDF

РЕКЛАМА

Комментарии

Чтобы добавить комментарий, необходимо авторизоваться или зарегистрироваться на сайте